Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 6

– В чем дело, Леон?

– Монсеньор прислал меня узнать, не надо ли вам чего-нибудь.

Сен-Вир бросил на него быстрый взгляд. Он сидел, откинувшись в кресле, положив на стол руку, сжатую в кулак.

– Спасибо, Леон, ничего не надо, – ответил Хью. – Впрочем, может, выпьете со мной, Сен-Вир? А вы, господа?

– Спасибо, Давенант, – сказал граф. – Вам хочется выпить, Лавулер?

– Не особенно. Впрочем, если вам хочется, то выпью и я.

– Принеси, пожалуйста, бургундского, Леон.

– Слушаю, сударь, – с поклоном произнес Леон. Ему эта игра начинала нравиться. Он пошел в буфет, с удовольствием оглядывая зал. Вернувшись, он учел урок, преподанный ему герцогом, и подошел с подносом к Сен-Виру.

Граф повернулся, взял графин, налил бокал и протянул его Давенанту. Потом налил еще один, не спуская глаз с Леона. Почувствовав его взгляд, Леон прямо посмотрел ему в лицо. Держа в руке графин, Сен-Вир спросил:

– Как тебя зовут, юноша?

– Леон, сударь.

Сен-Вир улыбнулся.

– А фамилия у тебя есть?

Леон тряхнул кудрявой головой.

– Я больше ничего не знаю, сударь.

– Ты настолько невежествен? – Сен-Вир стал разливать вино. Взяв последний бокал, он заметил: – По-моему, ты недавно служишь герцогу.

– Да, сударь, вы правы. – Леон встал с колена и спросил Давенанта: – Больше ничего не нужно, сударь?

– Ничего, Леон, спасибо.

– Значит, он тебе пригодился, Хью? Видишь, как хорошо, что я взял его с собой. Ваш покорный слуга, Лавулер.

Тихий голос прозвучал так неожиданно, что у Сен-Вира дрогнула рука, и из бокала выплеснулось немного вина. Эвон стоял рядом с ним, подняв к глазам лорнет.

– Золото, а не паж, – улыбнулся Лавулер. – Ну, как идет игра, Джастин?

– Скука, – пожаловался герцог. – Вот уже неделю не могу проиграть ни луидора. Судя по задумчивому лицу Хью, у него дела не очень хороши.

Он подошел и встал позади кресла Хью, положив руку ему на плечо.

– Посмотрим, дорогой Хью, может быть, я принесу тебе удачу.

– Такого еще ни разу не было, – отозвался Давенант и поставил на стол бокал. – Ну что, сыграем еще?

– Обязательно, – кивнул Сен-Вир. – У нас с вами дела идут неважно, Давенант.

– А скоро пойдут еще хуже, – заметил Хью, тасуя карты. – В следующий раз напомни мне, Лавулер, что в партнеры надо брать тебя. – Он раздал карты и тихо сказал герцогу по-английски: – Отошли мальчика вниз, Элистер. Он тебе не нужен.

– Я готов выполнять любое твое желание, – ответил герцог. – Он сделал свое дело. Леон, иди вниз и жди меня в вестибюле. – Он протянул руку и взял карты Давенанта. – Бог мой! – Положив карты на стол, он некоторое время молча наблюдал за игрой.

В конце роббера Лавулер спросил герцога:

– А где твой брат, Элистер? Очаровательный юноша! Но до чего же безрассуден!

– Да, прискорбно безрассуден. Насколько мне известно, Руперт или сидит в английской долговой яме, или паразитирует на моем бедном зяте.

– Вы имеете в виду мужа миледи Фанни? Эдварда Марлинга? У вас ведь только один брат и одна сестра?

– С меня и этих хватает, – сказал герцог.

Лавулер засмеялся.

– До чего же у вас забавная семья. Неужели вам совсем не дороги ваш брат и сестра?

– Не могу сказать, чтобы я ими очень дорожил.

– Но я слышал, что вы вырастили их обоих!

– Что-то я этого не припоминаю.

– Брось, Джастин, – возразил Давенант, – когда умерла твоя мать, ты взял бразды правления в свои руки.

– Но я их не натягивал. Лишь немного, чтобы они меня побаивались.

– Леди Фанни очень к тебе привязана.

– Да, с ней это бывает, – спокойно согласился Джастин.

– Ах, миледи Фанни! – воскликнул Лавулер, целуя кончики пальцев. – Она обворожительна!

– А Хью между тем выиграл, – сказал герцог. – Поздравляю, Давенант. – Он сделал шаг в сторону, чтобы видеть лицо Сен-Вира. – А как поживает ваша очаровательная супруга, любезный граф?

– Благодарю, она здорова.

– А виконт, ваш прелестный сын?

– Он тоже здоров.

– Однако здесь я его что-то не видел. – Эвон поднял бокал и сквозь него обозрел зал. – Какая жалость! Вы, по-видимому, считаете, что он слишком молод для подобных развлечений. Ему ведь, кажется, всего девятнадцать?

Сен-Вир положил карты на стол и гневно взглянул на красивое загадочное лицо.

– С чего это вы заинтересовались моим сыном, ваша светлость?

Карие глаза расширились, потом опять сузились.

– Что в этом странного? – вежливо спросил герцог.

Сен-Вир опять взял в руки карты.

– Он в Версале с матерью, – коротко ответил он. – Кажется, мой ход, Лавулер?

Глава 3

Неоплаченный долг

Вернувшись в дом на улице Сент-Оноре, Давенант обнаружил, что, хотя Леона давно отправили спать, герцог еще не вернулся домой. Предполагая, что, уйдя от Вассо, Эвон отправился навестить свою возлюбленную, Хью отправился в библиотеку и сел там его ждать. Скоро в библиотеку вошел герцог, налил себе бокал мадеры и подошел к камину.

– Весьма полезно провел вечер. Надеюсь, что мой любезный друг Сен-Вир быстро пережил печаль, вызванную моим ранним уходом.

– По-моему, да, – с улыбкой ответил Давенант.

Он откинул голову на спинку кресла и с недоумением воззрился на герцога.

– За что вы так ненавидите друг друга, Джастин?

Прямые брови приподнялись.

– Ненавижу? Я? Откуда ты это взял, Хью?

– Ну, хорошо, скажем так: за что Сен-Вир ненавидит тебя?

– Это старая история – почти уже забытая. Наш… разлад с графом ведет начало с того давнего времени, когда мы с тобой еще не были знакомы.

– Значит, разлад все же был. Надо полагать, ты вел себя отвратительно?

– До чего же меня умиляет твоя откровенность, – заметил герцог. – Нет, в тот раз я не вел себя отвратительно. Это тебя удивляет?

– Что же случилось?

– Ничего особенного. В общем-то, тривиальная история. До того тривиальная, что ее почти все забыли.

– Дело, конечно, шло о женщине?

– Да. И не о ком-нибудь, а о нынешней герцогине де Белькур.

– Герцогине де Белькур? – Хью от удивления выпрямился в кресле. – Сестре Сен-Вира? Этой рыжей стерве?

– Да, этой рыжей стерве. Насколько я помню, двадцать лет тому назад мне ее… стервозный характер очень нравился. Она была очаровательна.

– Двадцать лет тому назад! Так давно! Неужели, Джастин, ты…

– Я хотел на ней жениться, – задумчиво продолжал Эвон. – Я был юн и глуп. Сейчас мне в это даже не верится, но так оно и было. Я обратился за разрешением искать ее руки – не смешно ли? – к ее достойному папаше. – Он помолчал, глядя на огонь. – Сколько мне тогда было лет – наверно, чуть больше двадцати. Наши отцы не очень ладили. Они поссорились