Мыслящие машины Дженсена Хуанга: История Nvidia и мировой ИИ-революции - Стивен Витт Страница 14

и снимал стресс, стреляя из пластикового пистолета и побивая на Sega рекорды Прима в шутере Virtua Cop. «Как только ты понимаешь механику игры, становится ясно, как ее пройти, – говорит Кирк. – А заодно можно было побесить Кёртиса». По мере того как эмуляция близилась к завершению, напряжение между Хуангом и Примом нарастало. Прим вспоминает, как они однажды схлестнулись прямо в коридоре из-за какого-то технического вопроса. «Я сказал Дженсену, чем ему следует заняться, а он стал орать о том, что ему приходится делать, – вспоминал Прим. – В тот момент я осознал, насколько одиноким он себя чувствует».

Еще одним преимуществом позднего выхода на рынок было то, что легко было предвидеть действия конкурентов. Чтобы привлечь внимание, они предоставляли бета-версии своих продуктов СМИ и профильным интернет-сайтам. Кирку удавалось задействовать свои связи и выяснить, на что способна продукция конкурентов. Поскольку Nvidia решила пропустить стадии изготовления прототипов и публикации предварительных обзоров, времени хватило, чтобы внедрить такие же возможности в NV3.

Тейп-аут для NV3 был завершен в начале 1997 года. Отправив чертежи в Европу для запуска производства графических процессоров, три десятка сотрудников Nvidia собрались отпраздновать это событие за кружкой пива в соседнем торговом центре. Дженсен произнес тост, но, как он признавался позже, в тот момент совершенно не был уверен в успехе NV3. «Вероятность была пятьдесят на пятьдесят, – сказал он мне, – но нам было все равно, мы и так уже были фактически банкротами». Пока шло производство чипов, Дженсен предложил Кирку постоянную работу и выплатил невероятно щедрую компенсацию акциями. Хотя это и означало работать под началом Кёртиса Прима, Кирк решил, что человек в здравом уме не должен от такого отказываться. Хуанг придумал для него должность руководителя исследовательских работ.

Долгожданные схемы NV3 прибыли в конце весны. Будущее компании зависело от того, соответствуют ли эмуляции все 3,5 миллиона транзисторов в каждом экземпляре. Диркс подключил видеокарту к тестирующему устройству и запустил демонстрационный видеоролик. Все впервые увидели, как на экране плавно и безукоризненно воспроизводится движение с частотой 30 кадров в секунду.

Хотя NV3 в основном копировала устройства других производителей, у нее были и уникальные функции. Во-первых, она могла передавать 128 бит данных за раз, что вдвое превышало среднеотраслевой стандарт. Во-вторых, была универсальна, как швейцарский нож: ее можно было использовать в играх, проектных программах, для воспроизведения видео. Чтобы подчеркнуть эти широкие возможности, NV3 переименовали в Real-Time Interactive Video and Animation accelerator, или Riva 128.

Микросхемы распространяли через партнеров Nvidia, которые устанавливали их на платы и продавали в магазинах вроде Best Buy. В августе 1997 года, когда видеокарты начали поступать в продажу, Nvidia работала на износ. «Пар из ушей, – говорит Хуанг. – Больше нам ничего не оставалось». Nvidia, не представившая публике предварительных образцов, теперь вынуждена была уговаривать журналистов уделить ей внимание. К счастью, продукт им понравился. Один обозреватель даже написал: «Этот акселератор, способный отрисовывать до пяти миллионов треугольников в секунду, – лучший, который сейчас есть в продаже». В первые четыре месяца Nvidia продала миллион карт Riva.

Запустив Riva, Хуанг вложился в эмуляторы и отказался от физических прототипов. «По сей день мы крупнейшие пользователи эмуляторов в мире», – отмечает он. Можно понять, почему в отрасли предпочитали физические прототипы: представьте машину, которая поступила в продажу, ни разу не проходя краш-тест. Тестирование прототипов казалось разумным. Но Дженсен, трудоголик, работавший круглыми сутками и запрещавший сотрудникам играть в игры на работе, понимал, что рисковать необходимо. NV1, передовая разработка, в которой использовались актуальные востребованные технологии, провалилась. NV3, вторичный продукт, созданный в спешке в ситуации, когда терять уже нечего, стал успешным. Так что риск оказался оправданным.

Этот опыт открыл Хуангу глаза на многое. К победе привело отчаяние, а не вдохновение. Теперь Хуанг призывал сотрудников сохранить боевой дух, вызревший во время кризиса, и работать так, будто компания балансирует на краю провала, даже когда дела идут отлично. Много лет подряд Дженсен начинал свои выступления фразой «Нам осталось тридцать дней до банкротства». И сегодня в Nvidia эта фраза остается корпоративной мантрой.

Глава 5

Метод параллельных вычислений

Последняя ссора между Дженсеном Хуангом и Кёртисом Примом продолжалась почти целый день. Произошло это в 1998 году. Никто уже не помнит, с чего все началось, но они сцепились в конференц-зале, осыпая друг друга оскорблениями. Время от времени они замолкали, пытаясь взять себя в руки, но затем снова срывались на крик. Прошло несколько часов, оба уже охрипли, и хотя сотрудники Nvidia более-менее привыкли к подобным сценам, на этот раз им стало казаться, что ситуация достигла критической точки и разрыв неминуем. Первым не выдержал Прим. Резко развернувшись, он проследовал в свой кабинет и заперся, громко хлопнув дверью. Когда он вышел, то наотрез отказался разговаривать с Хуангом.

Прим своим упрямством окончательно исчерпал запас терпения окружающих. При разработке NV1 ему предоставили полную свободу действий, возможность создать именно то, что он хотел, но его амбиции разбились о зрелище забитых нераспроданными видеокартами полок в магазинах. Ранее в том же 1998 году Хуанг повысил Дэвида Кирка, сделав его соразработчиком архитектуры процессоров Nvidia и тем самым уравняв в правах с Примом, бывшим до этого его начальником. После этого Прим повел себя по-ребячески, закрыв ряду сотрудников доступ к производственной базе данных. Так он пытался восстановить свое влияние, но на деле лишь мешал работать.

Крис Малаховски, который раньше сглаживал конфликты, на этот раз сдался. По решению совета директоров Nvidia наняла специалиста по конфликтам. «Эта женщина до нас работала с Джоном Скалли и Стивом Джобсом в Apple, и в итоге Джобс был уволен, – рассказывает Прим. – Она сказала, что у нас с Дженсеном все намного хуже». К тому моменту в руководстве Nvidia уже ходила поговорка «Никогда не позволяйте Кёртису разговаривать с инвесторами и клиентами». Сам Прим позже признавал: «Это было справедливо».

В итоге после работы со специалистом по конфликтам Прим был дважды понижен в должности. Некоторое время он был техническим советником Кирка, но его это не устраивало. «Он отказывался работать под моим руководством и вообще под руководством кого-либо из бывших подчиненных», – рассказывает Кирк. Потом Приму поручили управление патентным портфелем Nvidia – должность, которая фактически вывела его за рамки процесса принятия решений в компании. Под началом Кирка в итоге оказалась почти тысяча сотрудников Nvidia. Прим впоследствии никогда уже не руководил более чем четырьмя.

Несмотря на пережитые унижения, Прим сохранил свою долю в компании. И Хуанг, и Малаховски продолжали считать его другом, и когда Прим через год