Дело не в кофе - Лари Эл Страница 12

Ну конечно. Я же живой кофейный автомат-джокер: сегодня бодрость, завтра апатия, а послезавтра — не дай бог, коллективный смех в тридцать голосов.

Пребываю в полнейшем шоке. И это, вы говорите, светлые маги? Да по сравнению с ними тёмные — это детский лепет какой-то. И тут меня словно обжигает мысль: вот о какой «защите» говорила Соня. Тёмные обещали защиту от светлых и от их «корректирования» дара.

Так, надо успокоиться. Нельзя сразу отказываться, иначе они прямо сейчас «стиранием» дара займутся, не дожидаясь Переговоров. Я же по их мнению опасна.

— А если я соглашусь? — ласково спрашиваю я, наклоняясь чуть вперёд. — Что тогда?

— Тогда вы будете под нашим контролем. Ваш дар будет скорректирован, уменьшен до безопасных норм. Вы останетесь магом, но действовать будете по нашим правилам и заданиям.

Я делаю вид, что заинтересовалась. — О, это серьезное предложение! Мне нужно время, чтобы всё взвесить и подготовиться.

Страж хмурится, порываясь что-то сказать, но я продолжаю:

— Я готова объявить о своём присоединении прямо на Переговорах. Отказавшись там же от тёмных. Публично. Подготовлю речь… Мне кажется, это будет красиво!

Он на секунду задумывается, затем кивает. — Действительно. Это придаст нашему авторитету вес. — отпивает из чашки и салютует мне ею. — Тогда будем ждать вашего выступления на Переговорах!

Он встаёт, желает мне добра и уходит.

Я остаюсь за столиком, долго смотрю на недопитую «Облачную нежность», но ощущаю, что внутри у меня «Чёрный эспрессо тревоги».

Кажется, я попала в ловушку: если не желаю присоединиться ни к той, ни к другой фракции, но при этом хочу остаться магом, придётся придумать железные аргументы в пользу нейтралитета.

Может, даже согласиться ослабить свой дар, чтобы Светлые не имели претензий.

Но как мне убедить сразу обе фракции? Какую пользу от своей нейтральности я могу предъявить магическому обществу?

Я даже Дениса до сих пор не придумала, как спасти. Какую выгоду для магов обменять на его память и жизнь. А теперь нужно ещё и свой нейралитет выгодно продать.

Как же мне не хватает сегодня Дмитрия! Виола утром сообщила, что он куда-то уехал, а сама унеслась по делам, и вся эта магическая политика снова свалилась прямо на мою голову.

И Виолы тоже не хватает. Хотела бы я услышать историю о том, как она продавливала свой магический нейтралитет. Какие доводы приводила. Да и аргументы Дмитрия перед магами в пользу нейтралитета тоже хочется узнать.

Вытираю стойку, хотя там и так чисто. Всё внутри меня дрожит.

И тут я словно слышу свой собственный голос — как будто репетирую речь, которую мне придётся произнести на Переговорах.

«Я не прошу полной свободы. Я прошу права быть собой. Я согласна, что сила должна быть ограничена — но не уничтожена. Я согласна, что каждый маг несёт ответственность за то, что вкладывает в напиток. Но я также верю, что мой кофе может быть не угрозой, а пользой. Я могу дать магам то, чего у них нет: силу объединять, а не делить. Пусть моя сила станет меньше, но она будет работать на мир, а не на разрушение».

Я представила, как говорю это вслух. Зал шумит, маги переглядываются, кто-то кивает, кто-то морщится. А я стою там с чашкой кофе в руках и думаю: «Отлично, Алиса. Ты только что предложила им добровольно обрезать твои крылья. Браво, Мастер компромиссов».

И всё же — может быть, именно это спасёт меня.

Глава 14.Честный кофе

Приезжаем к Виктору Петрову домой, и я, честно, слегка в шоке. У человека, которого в новостях называют «акулой бизнеса», оказывается, не дворец, а вполне себе скромный (по меркам акулы) двухэтажный коттедж. Хотя слово «скромный» тут стоит обернуть в кавычки: вокруг раскинулся пышный сад, бассейн искрится в лучах заходящего солнца, а на террасе уютно потрескивает камин. Ладно, не потрескивает — никого нет. Но когда-то же в нём зажигают огонь и вокруг собираются люди.

Ловлю себя на мысли, что тоже хотела бы так собраться возле камина в уютной компании. А ещё лучше — проснуться утром и сварить кофе на этой просторной кухне. Тут так много воздуха и света, что даже мои тревожные мысли кажутся бледными тенями.

Понимаю, что это скорее всего место для деловых встреч. Он же сказал, что с магами здесь решает какие-то дела. А живёт, наверное, в пентхаусе с панорамными окнами, о котором упоминал в «Бэйжстаре».

— Нужно будет замаскировать магию напитка, — спокойно говорит Петров, как будто речь идёт не о вещах мирового масштаба, а о лишней щепотке корицы. — Пусть ваш визит выглядит деловым. Объясню магам, что с вами мы решаем вопросы по поводу сети кофеен.

Я киваю. Честно говоря, идея «маскировки» меня успокаивает. Когда всё выглядит официально, как будто мы обсуждаем дизайн стаканчиков и стратегию франшизы, я чувствую себя куда увереннее.

— Вот, — он достаёт из коробочки кулон. Тонкая цепочка и камень цвета спелой сливы. Камень таит в себе блеск, будто в нём спрятан фейерверк. — Это артефакт, который фиксирует магию.

Он сам застёгивает кулон у меня на шее. Момент почти романтичный, если забыть, что речь идёт о прикрытии от магических спецслужб.

— Спасибо, — бормочу я.

И тут я ловлю себя на мысли: этот человек осыпает меня подарками, будто я участвую в какой-то магической лотерее. Сначала спас мою «мемную» репутацию, потом вручил турку-артефакт, теперь кулон. А ещё — доверие и целый ворох магических тайн, о которых в книжках нигде не прочитаешь. «Собери три подарка — и получи четвёртый в виде внезапной жизненной мудрости», — иронично думаю я.

— Артефакт реагирует на магию лёгкой вибрацией, — объясняет Петров. — Но если вы заранее нанесёте на чашку обережный узор, магия в кофе останется незаметной, то есть вибрацию не почувствуете.

Понятно, артефакт нам нужен для контроля. Вот и понадобились подпольные обережные узоры. Достаю конспект с ними.

Чувствую себя студенткой, которая готовится даже не к экзамену, а к ритуалу по перепрограммированию вселенной. Переворачиваю протянутую Петровым чашку и фломастером аккуратно рисую обережный узор на дне, стараясь держать руку ровно. Линии простые, но рука дрожит. Хотя… это ведь магия. Пусть узор выглядит чуть криво — главное, чтобы работал.

Виктор стоит рядом, кивает — всё сделала правильно.

Теперь принимаюсь за кофе.

Когда кофе, сваренный в медной турке готов, переливаю в чашку и осторожно вкладываю эмоции. Те самые —