С няней шутки плохи - Лесана Мун Страница 6

— Сомневаюсь я в твоей слабости Софья…

— Андреевна, — подсказываю, но мужчина игнорирует подсказку.

— Так вот, Лия пришла порталом неизвестно куда. Все няньки сбились с ног в ее поисках. Когда стало понятно, что это межмировая дыра, стало совсем невесело. Пришлось мне бросить все дела и заняться поисками.

— Надо же какие жертвы, — язвлю. — А я думала, вы — родственники.

— Так и есть, — спокойно отвечает беловолосый. — Но еще месяц назад я даже не знал о ее существовании. А потом раз — и я дядя с ребенком на руках. А я вообще-то, понятия не имею, как управляться с младенцами!

— Как я тебя понимаю, Эвер.

— В общем, много лишнего текста. Нам нужно выбираться из вашего мира, причем, чем раньше — тем лучше. Каждый день, проведенный здесь, лишает нас магии и синхронизирует с вашим миром.

— Это еще что значит? Про синхронизацию?

— Если коротко, мне сто двадцать лет. В моем мире — это отличный возраст, зрелость. А у вас?

— А у нас в таком возрасте чаще всего уже лежат в могиле, — сообщаю.

— Вот! И сейчас твой мир синхронизирует мои внутренние часы со своим временным порядком.

— Это ты сейчас заговорил на китайском? Потому что я, ну ничего не поняла, — меня просто распирает, так хочется поязвить.

— Это значит, что в самое ближайшее время, может в течении двенадцати часов, может суток я постепенно начну стареть. Пока не умру, раз у вас до ста двадцати не живут.

— Чудесно! Еще есть такие же замечательные новости?

— Нет. Есть другие. Ближайший портал находится на улице Академика Королёва, дом десять. Помоги нам. Доставь нас туда, и мы исчезнем из твоей жизни. Кроме того, я тебя щедро награжу.

— Щас, погодь, — смотрю на карте улицу. Ну такое. Далековато, час ехать точно. Из одного конца города в другой. Но, в принципе, надо же им помочь. Как никак, а он дядя малышки, ее единственный родственник, видимо, раз ее к нему принесли. — Блин. Я об этом, конечно, пожалею, но давай, собираемся, поедем. Так и быть, помогу вам.

— Ты хорошая женщина, Софья, — говорит белоголовый и внезапно улыбается.

Он уже давно ушел собирать малышку в дорогу, а я все еще стою на кухне, глядя перед собой, жуя печенье, и впервые за свою жизнь жалея, что мне уже за пятьдесят, а не двадцать лет.

— А что у вас там за климат? — спрашиваю, когда мы заканчиваем собирать вещи.

— Зима, — отвечает односложно.

— Я не о времени года…

— Всегда зима.

— Капец. И что? Лета совсем нет?

— Совсем.

— Тогда я положу в сумки еще и зимний комбинезон для Лии. Мне он все равно без надобности.

Запихиваю уже третью сумку всем, что нужно, по моему мнению, для ребенка.

— И как мы это будем нести? — задает разумный вопрос непрошенный гость.

— Вниз спустим руками, вещи не тяжелые, а там погрузим в автомобиль и поедем, — отвечаю, с трудом застегивая молнию на дорожной сумке.

— Куда погрузим?

Блин! Надеюсь, он не начнет лупить топором по машине и орать, а-ля неандерталец, когда я ее заведу?

— Долго объяснять, проще будет, если подождешь и все увидишь глазами.

— Хорошо, — удивительно быстро соглашается мужчина. Хотя оно и понятно, помощников у них тут не так чтобы много набралось. Одна я. И если начнет сейчас мозг проедать — пойдет пешком. Он это понимает и не нарывается почем зря. Мудро. Оценила.

Спустя каких-то полчаса мы в полной боевой готовности спускаемся вниз, где возле дома, во дворе, припаркован мой автомобиль. Я несу малышку, погрузив ее в переноску, а Эвер загружен по самую шею сумками. Под пристальным взглядом, открываю салон машины, устанавливаю на заднем сидении детское кресло, ругаясь и охая, усаживаю туда малышку и только потом открываю багажник.

— Все сумки, кроме вот этой маленькой — кидай сюда.

Эвер молча все складывает и стоит, смотрит на автомобиль.

— Это — машина. Работает на бензине, жидкость такая, горючая. На данном транспорте мы и поедем туда, куда тебе нужно. Так получится значительно быстрее, чем пешком. Садись рядом со мной, на переднее сиденье.

Открываю ему дверцу, дожидаюсь, пока он впихнет свое немалых размеров тело, и только потом усаживаюсь сама.

— Готов? — спрашиваю.

— К чему? — уточняет спокойно, но я вижу, что его ладони сжаты в кулаки.

— Я сейчас заведу машину, и мы поедем. Постарайся не забыть, что с нами ребенок, будь сдержан в выражениях и движениях, хорошо?

— Постараюсь.

Киваю, завожу машину, блокирую двери, и мы плавненько начинаем движение.

— Ты как? — спрашиваю через пару минут мертвой тишины. — Жив хоть? Или помер от разрыва сердца?

— Жив. У меня здоровое сердце.

— Поздравляю, — говорю. — Расслабляйся, нам ехать больше часа.

— Ня! — выдает с заднего сидения малышка.

— Достань ребенку из маленькой сумки печенье. Только одно. Пусть жует, будет спокойно ехать.

Так мы и едем. Мужчина рядом со мной напряженный до такой степени, что хочется его вырубить хуком слева, чтобы расслабился, и довольно что-то мычащая малышка на заднем сидении, съевшая всю упаковку печенья быстрее, чем мы добрались до пункта назначения, и залившая соком все кресло и свой комбинезон.

— Так, мы приехали. Давай пока не будем доставать сумки, посмотрим, где дом, мало ли, — предлагаю Эверу. — Какой там номер?

— Улица Академика Королёва, дом десять, — заучено говорит мужчина, аккуратно держа на руках пытающуюся вырваться Лию.

Старые пятиэтажки стоят в ряд, большинство окон уже темные, нормальные люди спят. И только мы тут бродим в ночи, нарываясь на неприятности, в поисках дома номер десять.

— Вообще не понимаю, — говорю вслух, когда мы в третий раз обходим все дома. — Где этот дом? Ты ничего не напутал?

— Исключено, — ответ и тон весьма категоричны.

Мимо нас проходит уже прилично выпивший мужичок, шатаясь и распространяя вокруг себя крышесносное амбре из спирта, пива и таранки.

— Эй, уважаемый, — окликаю его, — вы местный? Тут живете, на этой улице?

Мужичок останавливается, долго и со смаком чешет свой затылок, потом выдает:

— Ну да. Тут.

— А не подскажите, где десятый дом? Мы что-то не можем его найти.

— Подскажу, а че ж нет? Тока ты, красавица, дай мне на сто грамм и сразу все скажу.

Тыкаю в протянутую ладонь мелкую купюру и поторапливаю мужичка:

— Десятый дом, где?

— Так это… — наш ароматный прохожий быстренько прячет деньги в карман и, улыбнувшись щербатой улыбкой продолжает, — нету тут такого дома.

— Как нет?

— А вот так. И не было никогда. Восемь домов построили и все. Бывай, красотка. Или,