Сказание о второстепенном злодее - SWFan Страница 6

Сами тренировки при этом имели огромное значение — разрушенные мышцы намного эффективнее впитывают ману в процессе своего восстановления. Без этого добиться существенного результата было почти невозможно, и наглядным примером был сам Антон.

Будучи юный аристократом, он с раненного детства носил на себе наилучшие кристаллы, однако лень и нежелание тренироваться привели к тому, что в длинном списке одарённых учеников Академии Лапласа он находился в самом конце и будет барахтаться там до самой смерти.

Я положил руку на измеряющий кристалл, и он загорелся тусклым белым светом. Затем проверил табличку на стене: она трактовала данный результат как Резонанс на уровне 5–9 % — нижние пределы Начального ранга.

Всего рангов было четыре:

Начальный: 5 % — 29%

Продвинутый: 30 % — 69%

Высший: 71 — 100%

И Безграничный: 101: — ∞

На Высшем ранге находились сильнейшие генералы этого мира, в то время как Безграничным обладали немногочисленные монстры, которые в одиночку оказывали влияние на континентальную политику. В игре они представляли супер-боссов, победить которых было совершенно невозможно вплоть до самого конца третьей части, и даже тогда на стороне героя был целый отряд элитных сопартийцев, без которых у него бы не было ни единого шанса.

Логично. Со временем поднимать Резонанс становилось всё сложнее и сложнее, но и каждый последующий процент даровал немного большую силу, не просто расширяя, но углубляя последнюю. При этом существовали уникальные типы Резонанса, особенные магические кристаллы, вроде сердца древнего дракона, которые обладали уникальными силами, и другие факторы.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что в комнате никого нет — Рабле и Гимон караулили снаружи, — я открыл свой профиль:

'Имя: Антон Савин

Возраст: 16

* * *

Сила: 5,01

Рефлексы: 4,21

Регенерация: 4,04

Манипуляция Маной: 3,41

* * *

Навыки:

Фехтование (начинающий): ⅓

* * *

Бездарный имперский мечник

Резонанс: 9%

Баллы: 2,2'

Прямо сейчас я могу поднять любую характеристику на 2 балла. Какую же выбрать? Для воинов ближнего боя важнейшую роль играла сила, в плане которой Антон был на уровне простого человека. К тому же она отвечала за общую прочность организма, умение сдержать удар, и если я и дальше буду получать (заслуженные, но всё же) пощёчины, следует заранее к этому подготовиться:

'Сила: 5,01

* * *

Сила: 7,01'

«Принять?»

— Давай, — сказал я, и в ту же секунду сильнейшая боль, точно молния, пронзила меня с ног до головы и повалила на землю.

Глава 5

Планы ближайшие и отдаленные

Не знаю, сколько времени прошло к моменту, когда я пересилил боль и приподнялся на ноги. Болевой шок вызвал помутнение рассудка, и даже придя в себя я чувствовал, будто мои мышцы покалывают раскалённые иглы.

Именно так.

Мышцы.

Я пощупал свои руки, затем стянул жилет и рубашку, встал перед высоким зеркалом на стене тренировочного зала и увидел, что тело Антона теперь покрывала определённая мускулатура. Сложно было провести сравнение, потому что у меня не было образца «до», но даже ощущалось моё тело теперь намного легче. Нечто похожее испытываешь, когда сбрасываешь тяжёлый груз, который носил несколько часов подряд.

И нет, я знаю это чувство вовсе не потому, что в детстве посмотрел Наруто и целую неделю прятал камни в рукавах и за пазухой а… потому что.

В данном случае моя новоявленная сила была вполне реальной, а не просто обманом восприятия. Даже у Гимона, который мог сравниться в этом плане с тренированным имперским пехотинцем, она была только на «8.8». Его рефлексы и навыки ближнего боя всё равно значительно превосходили мои собственные, так что в битве с ним у меня не было ни малейшего шанса, но сам факт, что я почти догнал его физические способности совсем не тренируясь и всего за один день, просто потому что единожды повёл себя как мразь, был немного невероятным.

Я посмотрел в зеркало, играя мышцами, как вдруг раздался щелчок, открылась дверь, и на пороге показался Рабле:

— Господин, я принёс вашу шпагу.

— Х-хорошо. Положи её куда надо и не беспокой меня больше, увалень.

Юноша смиренно кивнул, с опущенной головой прошёл в тренировочный зал, положил свёрток с оружием на стол, вышел и тихо прикрыл за собой дверь.

Нужно отдать ему должное: он действительно хороший слуга, ибо ни словом не обмолвился про мою позу. Или Антон имеет привычку красоваться перед зеркалом, и в этом не было ничего странного? Всё равно немного неловко…

Я снова натянул рубашку и пощупал шпагу Антона. С первого взгляда было понятно, что она принадлежала безмерно богатому аристократу. Лезвие сверкало серебром, а рукоятка представляла собой переплетение изящных линий с блестящим посредине фиолетовым камушком — магическим кристаллом.

Временами их вставляли прямо в оружие, чтобы повысить Резонанс и даровать его владельцу особые силы. В игре Антон тоже размахивал этой шпагой, но по сюжету был слишком слаб, чтобы раскрыть её потенциал. Я сделал себе заметку разузнать, что именно представляет данный кристалл, — эту и множество других, потому что дел у меня теперь был вагон и маленькая тележка.

Я (примерно) помнил сюжет игры, а также некоторые факты, которые раскрывались в процессе и представляли величайшие тайны этого мира, но про самого Антона мне было почти ничего неизвестно. Я даже не знаю, как зовут его отца. Знаю младшую сестру: уже после смерти своего брата она станет примечательным персонажем, который сыграет важную роль в начале сиквела, когда тоже поступит в Академию Лапласа на втором году обучения главного героя. Однако мне было неизвестно, в каких отношениях она была со своим братом. Дружеских? Прохладных? Запретных?

Пожалуй, следует написать ей письмо — прощупать почву.

Кроме изучения собственной биографии мне следовало посещать уроки, которые должны были начаться уже с завтрашнего дня, и влиться в социальные круги Антона — ведь у него явно было множество друзей среди других аристократов.

Забитый график, ничего не скажешь.

В итоге я ещё час упражнялся совершать удары шпагой, попутно листая книжку — учебник «Стиля Северного Имперского Клинка», тоже принесённый Рабле, а затем вернулся в комнату отдыха и рухнул в то самое кресло возле окна, очнувшись на котором впервые обнаружил себя в этом мире.

Может, это был своеобразный портал между измерениями? Испытывая смутную, заранее обречённую надежду, — ведь было очевидно, что я теперь Антон, и мне от этого никуда не деться, — очнуться за своим домашним компьютером, я позволил теплым солнечным лучам завлечь себя в мирную полуденную сиесту…

…

…

За нападение