Академия волшебной лингвистики - Жанна Лебедева Страница 45

Загородное имение Кирима Руфа находилось возле большого плеса реки Оловянки. Вдоль берега тянулась липовая аллея, по которой экипажи гостей поднимались к особняку. К воде уходили украшенные фонарями и шатрами помосты для отдыха на свежем воздухе. Кругом суетились слуги: подхватывали на ходу лошадей, разводили по сторонам, чтобы не случалось заторов и «пробок». Там и тут, виляя хвостами, носились охотничьи собаки в сверкающих серебром ошейниках. Тех гостей, что уже успели покинуть свои экипажи и разместиться в гостевых комнатах, переносили к месту празднования в затянутых летящим шелком паланкинах эффектные силачи в бархатных камзолах.

Князь Кирим умел произвести впечатление на окружающих. Роскошь лилась отовсюду рекой: сверкала золотом, струилась парчой, переливалась камнями. От больших уличных печей пахло мясом и специями. Мимо то и дело пробегали служанки с огромными подносами, заставленными тарелками с нарезкой, фруктами, закусками и выпечкой. Пара украшенных пышными плюмажами пони волокла исполинский самовар на колесном ходу. От него за версту тянуло чабрецом и жасмином. Среди деревьев мелькали нарядами, репетируя номера, экзотические танцовщики и танцовщицы. Перепуганный фокусник ловил сбежавшего кролика. Оркестр играл красивую легкую мелодию. Она летела над быстрой рекой, почти что знакомая, будто из родного мира…

Молчаливые улыбчивые слуги провели наших лошадей к каретному подъезду, выгрузили вещи и понесли внутрь дома. Миновав холл, украшенный чучелами вздыбленных медведей и головами оленей, развешанными по стенам, мы поднялись на второй этаж, где нас уже ждали горничные в строгих серых платьях. Они показали нам гостевые покои, помогли разместиться и поправили мою прическу, немного подпорченную тряской, после чего ушли, оставив на столе зачарованный колокольчик для вызова.

В покоях оказалось две спальни и гостиная с креслами, диваном, книжными шкафами и роялем. Больше всего мне сейчас хотелось растянуться на этом диване и досмотреть оборванный сон. Не помню, что конкретно мне этим утром снилось, но явно нечто хорошее.

Папенька поторопил:

— Пойдем скорее. Нужно срочно представить тебя князю. А то вдруг…

— Действие зелья закончится? — предположила я.

— И это тоже, — нахмурился господин Лир. — Но я вообще-то твоих конкуренток имел в виду. Нужно их опередить. Запоминают первых! Там еще несколько невест, оказывается, нарисовалось. — Ему не терпелось поскорее ринуться в наступление, а я специально тянула время, сделав вид, что на одной из туфель сломалась пряжка. — Давай, поживее. Я жду внизу.

Стоило папеньке оказаться за дверью, я вынула из расшитой бисером сумочки, — где лежали драгоценная «Галаксия», носовые платочки, гребешок, перочинный нож и прочие мелочи, — флакончик отворотного зелья. Его выдала мне Рози. «Сама смешала, — предупредила подруга виноватым тоном. — Пробный образец, поэтому лучше использовать его непосредственно перед знакомством, а то выдохнется. И количеством не злоупотреблять».

Брызнув немного содержимого пузырька на грудь и запястья (согласно полученным инструкциям), я, преисполненная надеждой на лучшее, последовала за господином Лиром.

Спустившись по главной лестнице, мы попали в парк, где уже ждал паланкин. Силачи-великаны отнесли нас к берегу. Там, в тени расшитого оленями и птицами шара, встречал гостей хозяин торжества.

Господин Лир раскланялся перед князем, затараторил:

— Добрый день и спасибо за приглашение, ваша светлость. Позвольте представить мою единственную дочь, достопочтенную девицу Лир, юную, чистую и образованную. Достойнейшую невесту для вас.

Произнеся это, папенька настойчиво подтолкнул меня вперед.

Стоило подойти к бархатному креслу князя, как меня с ног до головы обдало запахом пота, алкоголя и едких духов. Похоже, потенциальный «жених» употребил с самого утра, а потом попытался немного замаскировать выхлоп благовониями. Не получилось. Да если бы и получилось, то вряд ли что-то сильно изменилось бы. Выглядел Кирим Руф весьма отталкивающе: он был тучен, как боров, курнос, щекаст и излишне потлив. Сальные волосы, завитые в нелепые кудри, пестрели хлопьями перхоти. Она же, перемешанная с крошками еды, виднелась и в окладистой бороде.

Бр-р-р.

— Дева Лир, значит? — Князь плотоядно сощурился, схватил меня за запястье и потянулся губами к моей руке. — Подайте-ка мне вашу нежную… — Вдруг он резко отстранился, задергал широкими ноздрями и оглушительно чихнул. Потом еще раз. И еще. Из его глубоко посаженных раскрасневшихся глаз брызнули слезы. — Апчхи! Апчхи! Да принесите же воды! И носовые платки! И средство от чихания! Немедленно… Апчхи…

Слуги заметались, началась суматоха, и я незаметно отступила под сень раскидистой липы. Не успела выдохнуть, как почувствовала, что меня куда-то тянут за рукав.

— Ай! — воскликнула тихо от неожиданности, обернулась и встретилась взглядом с Мари-Клэр.

— А теперь рассказывай, что у тебя за проклятье такое мгновенное? — потребовала она, не здороваясь и ничего не объясняя.

Подруга первой завела разговор! Вот это удача.

— Во-первых, здравствуй, — ответила я, стараясь не выдавать своего ликования. — А во-вторых, это не проклятье, а зелье.

— Отворотное? — Глаза Мари-Клэр алчно сверкнули. — У тебя оно еще осталось?

Я отправила Рози мысленную благодарность. Огромную-преогромную.

— Да. Конечно.

— Дай мне тоже, — потребовала Мари-Клэр.

— Если ты поговоришь со мной и выслушаешь, — решила не упускать шанс я.

— Ладно, — пообещала подруга сердито. — Только сначала — зелье.

Я подала ей флакончик, и спустя секунду все его оставшееся содержимое оказалось на волосах, запястьях, груди и животе Мари-Клэр.

— Вот так. Едкая штука. Даже щиплет, — подметила она, тщательно растирая последние капли по пальцам и ладоням.

— Что ты наделала? — испугалась я. — Так много нельзя, может появиться раздражение.

— Подумаешь, — фыркнула Мари-Клэр. — Раздражение я как-нибудь переживу, а вот если этот боров снова мне ручку лобызать полезет, то просто не выдержу.

Я обеспокоенно предупредила:

— Ты все равно осторожнее будь. Зелье не проверенное пока…

— Не волнуйся, — перебила Мари-Клэр. — Если мне сейчас вдруг плохо станет — родители меня сразу домой отвезут, а мне того и надо. Дома целители хорошие — откачают. Только вряд ли твоя туалетная водичка мне серьезный вред нанесет. Отец с дедулей мне перед выездом лучших заговоров на удачу и на здоровье купили…

— Ты меня убедила, — успокоилась я и улыбнулась.

Подруга моей радости не разделила, нахмурилась, свела аккуратные брови, бросила зло:

— И не подлизывайся. Я тебя не прощала пока что. Только разговор обещала, а не дружбы былой возобновление.

Я сообразила, что торопить события не стоит.

— Поняла-поняла, — сказала миролюбиво. — Только, прошу, выслушай все до конца.

— Пошли, — позвала Мари-Клэр. — Не хочу, чтобы кто-то подслушал нас.

Она повела меня мимо украшенных магическими огнями деревьев вдоль берега все дальше и дальше от праздничной зоны. От дороги ответвилась тропка, ушла в заросли забытых садовниками туй, нырнула в высокие папоротники и вскоре вывела нас к низине с ручьем, под высоким берегом которого притаился каменный грот.

— Ты