Невеста дома Доустер - Тина Солнечная Страница 43

— Твой дядя, дорогой племянник, — услышали мы знакомый голос и синхронно закатили глаза. — Открывай, есть разговор.

— Я занят, — отозвался Ашер, а я начала посасывать один из пальцев, которым он закрывал мне рот. Надо было видеть лицо этого грозного дракона.

— Ашер, открывай. Я не собираюсь играть в игры! — услышали мы и Ашер сделал то, что мне совсем не понравилось. Он отстранился и надел брюки, а меня с моими лосинами затолкал под стол. Не буквально затолкал, но довольно выразительно показал, что мне надо лезть под стол. Почему я не поняла, но если Ашер считает, что так будет лучше, то спорить не имело смысла. Он не Торас, чьи решения я могу с легкостью оспорить.

Я поспешно опустилась на колени, скользнула под массивную столешницу — там пахло бумагой, пылью и теплом дерева. В тот момент дверь с глухим щелчком распахнулась.

Ашер успел натянуть рубашку, накинул жилет и опустился в кресло. Из-под стола я видела только складки ткани на его брюках и руку, сжимающую подлокотник — напряжённо, почти до побелевших костяшек.

— Что ты хотел? — голос Ашера был ровный, холодно-вежливый.

— Хочу поговорить о том, что ты с братьями, — Флам произнёс это слово с особым нажимом, — намеренно лишаете меня моего законного права на общение с женой.

Слово «женой» резануло слух; я непроизвольно сжала пальцы на собственных коленях, задерживая дыхание.

— Твоё «законное право», — спокойно ответил Ашер, — не даёт тебе основания появляться у её двери среди ночи.

Над столом послышался тихий смешок — насмешливый, ленивый.— Ах, так она пожаловалась… мило. А я-то думал, что наша маленькая женушка умеет держать язык за зубами.

Я стиснула губы. В полутьме под столом было трудно оставаться недвижимой, когда хотелось выскочить и врезать этому самодовольному типу. То, что Сайлас рассказал Ашеру о том, что было ночью меня удивило.

Ашер тихо постучал пальцами по краю стола. Я замерла.

— Твоя «жена», — произнёс он чуть тише, — под нашей защитой, Флам. И пока идёт отбор, ты не имеешь права даже прикасаться к ней без её согласия.

— Но она уже носит мой брачный знак, — ответил Флам, — и, полагаю, это значит, что в её согласии я могу не сомневаться.

Под столом я почувствовала, как напряглись мышцы на ноге Ашера — он явно сдерживался.

И в этот момент мне пришла в голову самая бредовая из возможных идей. Но удержаться я не смогла. Я слышала, что Ашер рассказывает Фламу о том, что никто из мужей не прикасается ко мне без разрешения и все в таком духе, пока расстегивала его брюки, доставала оттуда то, что еще какую-то минуту назад должно было решить часть моих проблем и провела рукой по стволу. Ашер едва заметно дернулся. Замолчал. Во время, как раз Флам начал ему что-то говорить о том, что согласие жены в таких вещах чистая формальность и из поколения в поколение все это знали. Он говорил, а я радовалась тому, что стол довольно высокий или стул у него низкий, не знаю. но я уже разместилась поудобнее и провела языком по головке, слизывая солоноватую капельку.

Рука Ашера скользнула под стол и попыталась меня вразумить, но все чего он добился, я ускорила свое знакомство с внушительным органом и вобрала его в рот, пока мое новое развлечение не отобрали.

Все, что он смог, это выразить недовольство, сжав мои волосы на затылке, но Флам продолжал говорить и ему пришлось включиться в диалог.

А я вот отвлекаться не намеревалась, наслаждаясь той властью, что неожиданно мне досталась.

Ашер

Флам вошёл без приглашения, как всегда, шумно, с чувством собственного права. Я даже не успел толком выровнять дыхание, когда он уже захлопнул за собой дверь и опустился в кресло напротив, хмуро глядя на меня, будто я только что совершил государственную измену.

— Я хочу поговорить, — заявил он тоном, не терпящим возражений. — О том, что вы намеренно лишаете меня моего законного права на общение с женой.

Отлично. Только этого мне и не хватало.Я попытался сосредоточиться на разговоре, но концентрация ускользала, потому что Мишель ерзала у меня в ногах, а член все еще стоял колом. Я только что чуть не трахнул ее. Грудь сжала волна раздражения и жара одновременно. Теперь даже благодарен немного этому ублюдку.

— Никто тебя не лишает ничего, Флам, — сказал я, стараясь говорить ровно, но в голос всё равно прокралась хрипотца, потому что чьи-то шаловливые пальчики полезли в мои брюки. — Мы лишь следуем правилам. Ни один из нас не прикасается к Мишель без её согласия.

Он усмехнулся, и этот звук больно резанул по нервам.— Ах, согласие. Всё это пустая формальность, ты же знаешь. В нашем роду женщины всегда подчинялись мужьям. Так было из поколения в поколение. Ее согласие не более, чем формальность.

Я сжал зубы. И не только зубы. Хотелось встать и дать ему в морду. Вот толька моя жена решила подрочить мне прямо сейчас и своей нежной ладошкой ласкала мой каменный стояк. — Наш род меняется, — ответил я, глядя ему прямо в глаза, хотя взгляд предательски дрогнул. Воздух казался слишком тёплым, воротник мешал дышать. — И Мишель имеет полное право выбирать, с кем ей быть.

Флам откинулся на спинку стула, скрестил руки.— Ты говоришь, как будто она выберет тебя. Неужели ты считаешь, что она достанется тебе? Ха. Такого, как ты, она не выберет никогда.

Я чуть не выругался. Не потому, что вопрос задел, а потому что ответить на него в здравом уме сейчас было сложно. Потому что та самая Мишель, которая “никогда меня не выберет” сомкнула свои пухлые губки вокруг моего члена и начала ласкать его языком. Какого демона она творит? Сосредоточься, Ашер. Только разговор. Никаких других… ощущений.

— Я считаю, — произнёс я медленно, — что это решат предки.

Он скривился.— Предки. Удобная отговорка для тех, кто боится проиграть.

Я напряг пальцы, сжимая подлокотник стула. Больше всего на свете хотелось чтобы Флам просто вышел и не развозил свои длинные и не нужные разговоры как раз тогда, когда мне сосут член. Боги, а хорошо так сосут. Я пытался оторвать эту маленькую пиявку и призвать к порядку, но она начала сосать только яростнее. Это сбивало с мысли. Я