Невеста дома Доустер - Тина Солнечная Страница 42

— Я тоже хочу тебя, несносная девчонка, — прошипел он, притягивая меня ближе. — Но ты здесь всего четыре дня. Не можешь немного подождать?

Я чуть вскинула подбородок. Ждать я не могла, потому что собиралась сбегать вообще-то, но отвечать так не стоило.

— Докажи, — вырвалось у меня.

Он моргнул, прищурился.

— Что?

— Докажи, что хочешь меня, — повторила я, нарочно спокойно.

Он замер, глядя так, будто хотел прожечь мне кожу своим взглядом. В уголках его губ мелькнула кривая усмешка, и он медленно произнёс:

— Решила взять меня на слабо, Мишель?

— Это не имеет смысла, — пожала я плечами. — Я точно знаю, что выиграю. Ладно. Все, чего я хотела, это ответы. Но ты мне их давать не собираешься. Так что пойду поищу того, кто мне их даст…

Ашер тихо выдохнул, ухмыльнулся ещё шире, и в следующую секунду его ладонь легла мне на шею, пальцы осторожно подняли подбородок.

— Маленькая ведьма, — пробормотал он, прежде чем впиться в мои губы.

Поцелуй вышел не мягким — нет. Жадным, почти грубым, со вкусом злости и желания, будто он действительно хотел доказать. Его дыхание смешалось с моим, пальцы вжались в мои волосы, в губах чувствовалось нетерпение.

— Решила поиграть со мной? — прошептал он между поцелуями, касаясь моих губ, снова и снова.

— Это не игра, — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё сжимается от жара. — Мне просто нужны ответы.

— Тогда слушай, — прошептал он, губами касаясь моей щеки. — Я хочу тебя, Мишель. Так сильно, что боюсь сорваться.

Он снова поцеловал меня — на этот раз глубже, горячее, будто хотел стереть все мои сомнения и слова, заставить просто чувствовать. Его руки сжали мои бёдра, притягивая ближе, и я уже не пыталась сопротивляться.

Между нами не осталось воздуха, только дыхание, пульс и жар, который становился почти невыносимым.

Его губы снова накрыли мои — уже без остатка, без пауз. Поцелуй стал жадным, тяжёлым, как будто он пил из меня воздух. Я чувствовала, как с каждой секундой он теряет контроль, пальцы сильнее сжимают мою талию, а его дыхание становится горячее, глубже, будто сам жар драконьего пламени проходил через нас обоих.

Мой ответ был таким же — неосторожным, голодным. Его язык встретился с моим, и всё вокруг растворилось. Мир стянулся до одной точки — до того места, где его ладони держали меня, не позволяя отступить.

Ашер рывком оторвался от моих губ, тяжело дыша. Его глаза горели — не просто страстью, в них было что-то опасное, почти первобытное.

— Ты просто наказание какое-то, — выдохнул он, а затем без предупреждения поднял меня, усадил на край стола и сам навис сверху.

Холод дерева встретил кожу сквозь ткань, а его тело — наоборот, пылало. Ладони легли по обе стороны от меня, заперев в ловушке, а дыхание касалось губ.

Я смотрела прямо в его глаза — там уже не было сдержанности. Только желание и борьба с самим собой.

— Ашер… — начала я, но не успела договорить — он снова поцеловал. Глубоко. С жаром, от которого закружилась голова. Поцелуй стал неровным, отчаянным, будто он сам не знал, хочет ли остановиться или наоборот — забрать всё.

Его пальцы прошлись по моей шее, вниз — по ключицам, по груди, и я выгнулась навстречу, чувствуя, как между нами трещит напряжение.

Его поцелуи стали глубже, настойчивее, всё смелее. Ашер двигался так, будто между нами не осталось воздуха. Его ладони скользили по моим бокам, оставляя огненные следы даже сквозь ткань, а потом он потянулся ниже — туда, где дыхание смешалось с жаром, и каждая клетка тела знала, что сейчас всё изменится.

— Я обнимала его за шею и отвечала на поцелуи с тем же жаром, шептала его имя и всячески старалась отвлечь от анализа ситуации. И у меня получалось. Потому что он произнес что-то непонятное и стянул мои лосины с меня, бросив на свой стул. Я послушно раздвинула ноги, позволяя ему прижаться ко мне. Его огненные обычно глаза стали необычно темными и манящими.

— Хочешь стать моей, значит?

— Хочу…

— Нетерпеливая маленькая драконица. Как я потом отдам тебя другому?

— Давай мы сконцентрируемся на сейчас, Ашер. Возьми меня…

Он снова накрыл мои губы поцелуем, то ли, чтобы не передумать, то ли потому что тоже не мог сопротивляться нашему общему влечению. Я сама расстегнула его брюки, намекая на то, что хочу большего.

Я шептала его имя, просила не останавливаться, и он откликнулся — взгляд стал тёмным, почти дико голодным. Он наклонился ко мне, его лоб упёрся в мой, и мир сжался до пульсации в висках.

— Мы с тобой оба пожалеем об этом решении, — сказал он и провел пальцами по моим мокрым трусикам, отодвинул ткань вбок и провел по моим складочкам головкой.

Я застонала от предвкушения и нахлынувшего возбуждения. Его вторая рука сжала мою грудь, слегка ущипнула за сосок.

Я раскрыла бедра шире и он обхватил их руками, слегка притянул меня к себе и я почувствовала, как головка упирается в мой вход.

Ещё одно движение и эта чертова невинность покинет меня навсегда.

— Мишель, — шепчет он и в этот момент в дверь резко постучали. Глухо, тяжело, так что воздух словно сразу остыл.

Ашер замер, руки всё ещё держали меня, а грудь поднималась в одном ритме с моей. Он закрыл глаза и вдохнул — глубоко, почти сквозь зубы.

— Чёрт, — прошептал он и отстранился ровно настолько, чтобы смотреть на меня с всё тем же горячим, невозможным взглядом.— Да вы шутите, — вырвалось у меня, но он тут же закрыл мой рот рукой.

Глава 40

— Кто? — спросил он того, кто стучал, а его член все еще упирался в меня и я поерзала, позволяя головке раскрыть складочки и проникнуть чуть глубже. Он перевел на меня крайне недовольный взгляд, а я подалась к нему еще чуть ближе. Внутри было узко и