Признаки Эволюции - Пётр Денисов Страница 38

— Ну как? — с надеждой спросил Скрипун, его синий глаз сверкал. — Помогает?

— Да, — прошептал я, едва веря себе. — Он… работает!

— Конечно работает! — обрадовался Скрипун. — Теперь ты мой самый тихий друг! А теперь… — его взгляд стал хищным, — теперь мы можем поговорить по-настоящему. Без лишнего шума. О КРЭЧ. О том, кто ты. Почему TW-1 так в тебе заинтересован? — он улыбнулся, и в этой улыбке не было дружбы. Был лишь сумасшедший интерес. — Скажи мне инициалы и свой порядковый номер!

Я посмотрел на своих. Николас сжал челюсти, его взгляд говорил: «Держись и не говори лишнего». Алекс побагровел от бессильной ярости. Диана смотрела на меня с сочувствием и тревогой.

— Расскажи ему всё! — резко выдал реплику Ник. Это было максимально неожиданно для всех. Даже Алёша вопросительно посмотрел на него. — В деталях, с подробностями! Что было, когда очнулся! Что было потом! Что было ДО, — выделил он предлог, — пробуждения! Рассказывай! Друзьям ведь нужно доверять!

— Да! — подхватил Скрипун. — Где мои манеры?!

Он развернулся и стал рукой манить внутрь своего дома:

— Идёмте внутрь, налью вам чаю!

Мы зашли внутрь, поднявшись по трём застывшим мешкам цемента, служившими ступенями, и очутились в просторной комнате в стиле минимализм: в правом дальнем углу — несколько матрасов с одной подушкой, в левом дальнем углу у окна — стол с тремя стульями, и… из мебели всё! На стенах были криво приклеены разные обои. На потолке висело подобие люстры, но только там, где должен быть патрон с лампочкой, были криво припаяны (а может и приварены!) металлические блюдца, служившие подсвечниками для того самого светящегося мха. А-а… ну ещё находился полукамин-полупечка в правом ближнем углу.

Дед подошёл к необычному камину, в бок которого была пристроена, если так можно выразиться, кирпичная печь с двумя конфорками. На печи стояли чайник и сковородка. Дед согнулся, открыл дверцу в печи, удостоверился, что там есть дрова, и, вскинув руку, развёл огонь?! Что? Что это за магия?! Что это за пирокинез?! Я повернулся и очень сильно вопросительно посмотрел на Ника, но тот тоже пожал плечами.

— CTW-1.6, — выдавил я, возвращая Деда к реальности.

— CTW, значит! — Скрипун растянул буквы, словно пробуя их на вкус. Затем выпрямился и подошёл ближе ко мне. — «Клон Тихона Владимировича». Интересно. Очень интересно. И 1.6… Значит, ты не первый. И не последний. Но… ты особенный, правда? Иначе зачем бы TW-1 гонялся за тобой?

Он сделал ещё шаг ко мне, его скрипящая походка вдруг показалась угрожающей.

— Да! — подтвердил его догадку и теперь сам только сейчас понял, почему TW-1 за мной наблюдает. — Я единственный, кто выжил!

— Что ты помнишь из того, что было после пробуждения? Первые мысли? Первые ощущения?

— Я… я проснулся рядом с колбой. В лаборатории. Всё было чужим. Я помнил своё старое имя, свою жизнь… до этого всего!

— До этого? — Скрипун наклонил голову в недоумении. — До этого — до чего? Жизнь в КРЭЧ?

— Нет, — прошептал я. — Я жил в 2026 году, и там, после уличного конфликта, я отключился, а когда открыл глаза — очнулся уже в лаборатории! Я попал в будущее из прошлого, да ещё в альтернативное будущее!

— Чего?! — его лицо приобрело то ли непонимание, то ли он пытался вспомнить что-то… Я так и не понял! — Перенос сознания, чтоли? Или… вмешательство извне? Они так-то всегда хотели заглянуть в прошлое, понять истоки… CTW… Но неожиданно для них — прошлое само обратило на них внимание! Новая загадка! Слышала, Матильда, что он сказал?!

В этот момент он посмотрел на стол с тремя пустыми стульями. Мы тоже посмотрели туда, но никого не увидели. Тут мы переглянулись.

— Тоже первый раз слышишь, значит! — ответил он… ей?! — Плохо, придётся думать! Перемещение во времени! Я не слышал, чтобы они собирали какую-нибудь установку для таких случаев и…

— А когда это примерно было? — спросил Николас. — В каком году ты был там?

— Ох… — задумался Дед. — Ну и вопрос! Кажется… в двух тысяче… пятьдесят девятом, вроде. Да, Матильда? Тогда это было? Да, 2059!

— Тридцать восемь лет прошло! — констатировал Алёша. — Многое могло произойти за…

— Сколько? — удивился Скрипун. — Ты слышала, Матильда?! Тридцать восемь лет прошло! Я думал… ну, максимум лет десять!

«Чё он несёт?! — подумалось мне. — У него же планшет есть, а там календарь. Кому ты мозги пудришь?! Хотя… учитывая, что у него есть друг под именем Матильда…»

Он расхохотался.

— Вечно ты со своими шуточками! — сказал Дед подруге, продолжая смеяться. Интересно, что за шутку она пошутила?! Теперь мне это не будет давать покоя!

— Может, прервёмся?! — как-то утвердительно спросил Николас, прерывая его гогот.

Скрипун перевёл на него свой безумный взгляд.

— Ах, нет, мой вспыльчивый друг! Это только начало нашего разговора. Имей терпение! Теперь, когда он не «фонит», мы можем провести столько времени вместе, сколько потребуется! Без риска, что его ментальный крик призовёт сюда что-то… нежелательное. Для всех нас.

Он повернулся и побрёл к своей постели, на ходу бормоча: «Нужно записать… CTW-1.6… аномалия памяти… требуется дальнейшее наблюдение…»

Мы стали переглядываться в полной тишине, если не считать скрипа панциря Деда. Я поднял руку и потрогал холодный металл на голове. Он сидел плотно, без зазоров.

— Что будем делать? — спросила Диана, глядя сквозь пол.

Но Николас ничего не ответил. Лишь показал жест «Оk», намекая, что у него всё под контролем, затем он спросил, глядя на штуку на моей голове:

— Проверь — снимается?

Я сделал глубокий вдох. В голове было пусто и тихо. Слишком тихо. Затем взял обруч и тихонечко приподнял, и чем больше я его приподнимал, тем больше возвращался шёпот. И тут до меня дошла одна простая истина: опять к нему привыкать!

— Держись, Амнезик, — сказал Николас, и в его голосе впервые прозвучала не команда, а что-то похожее на поддержку. — Мы скоро выберемся отсюда! — затем он начал говорить громко: — Друг! Дру-у-уг!

Но Дед будто не слушал или не слышал. Тогда Николас стал подходить ближе.

— Скрипун!

— А?! — отозвался он наконец. — Если он попал из прошлого… — затих. — Какова вероятность вмешательства Бога?!

И тут я обратил внимание на его глаза — пустые и жутко безумные. Кажись, наш Дед окончательно поехал кукухой! Здорово!

— Я… — продолжил Скрипун. — Нет! Этого… просто не может быть! Матильда?!

Пока он слушал Матильду, Ник потихоньку закипал.

— Да не поверю