Выйди за моего мужа замуж - Майарана Мистеру Страница 35

— Какую?

— Что ты сегодня сразу едешь домой. Поужинаешь, ляжешь и поспишь. Никаких больше чертежей до конца недели.

— Хорошо.

— И что ты пока… — он чуть запнулся, — не будешь обсуждать эту идею ни с кем. Ни с Алифантой, ни с Виерой, ни с отцом. Даже на фабрике у графа.

Я удивленно подняла брови.

— Зачем? Ты же сам сказал, что идея слабая.

— Идея слабая, — он мягко кивнул, — но недодуманные слабые идеи иногда выглядят соблазнительно для тех, кто хочет покрасоваться. Я не хочу, чтобы ты ставила себя в неловкое положение перед мастерами. Понимаешь? Они улыбнутся в лицо, а потом будут шептаться за спиной, что «барышня Мортим путает Венке с собственными изобретениями».

— Я бы не хотела таких разговоров.

— Вот и я не хочу.

— Хорошо. Никому.

— Дай слово.

— Даю.

Клэйд накрыл мою руку обеими своими и легко поднес к губам. Прикоснулся теплыми сухими губами к костяшкам пальцев.

— Умница моя.

«Умница» в его устах прозвучала ровно так же, как в той, прошлой жизни, когда я создавала новый артефакт и готовила документы для подачи на патент, где было вписано его имя. Та же мягкая, удовлетворенная нотка хорошо накормленного зверя.

— Я провожу тебя до кареты, — сказал он, поднимаясь.

— Спасибо.

— И сразу домой, помнишь?

— Помню.

Я неторопливо собрала свои принадлежности. Намеренно медленно, как двигается человек, у которого вытащили из тела последнюю каплю сил. Закрыла учебник. Сложила чистые листы в кожаную папку. Завинтила чернильницу. Сунула карандаш в специальную прорезь сумки.

Клэйд галантно подал мне плащ, помог надеть. Его руки задержались на моих плечах чуть дольше необходимого, и сквозь ткань я почувствовала легкое, собственническое поглаживание.

— Идем.

Я кивнула.

Мы вышли в коридор, в котором уже зажгли вечерние лампы. Шаги наши гулко отдавались под высоким сводом. Клэйд держал меня под локоть с подчеркнутой бережностью, будто боялся, что я споткнусь. Я опиралась на его руку чуть сильнее, чем следовало. Маленький дополнительный штрих.

У парадного крыльца уже выстраивались наемные экипажи. Клэйд подал мне руку, помог сесть в карету, аккуратно расправил мой плащ. Захлопнул дверцу с тихим щелчком.

— Спокойной ночи, родная.

— Спокойной ночи, Клэйд.

— И не забудь, что ты мне обещала.

— Не забуду.

Он улыбнулся, отступил на шаг и махнул кучеру.

Карета тронулась.

Я не оглядывалась. Я знала, что Клэйд провожает меня взглядом, и я знала, какое именно у него сейчас выражение лица.

Через два квартала, когда экипаж свернул в боковую улочку, я наконец позволила себе откинуться на спинку сиденья и улыбнуться.

Я представила, как Клэйд приедет домой. Закроется в своей комнате. Разложит на столе мой лист. Принесет учебники, циркули, расчетные таблицы. Будет сидеть над схемой ночь, две, неделю, силясь додумать центральный узел. И додумает. Он умный мальчик, мой Клэйд, в пределах того, что ему по силам. Он подберет подходящее на вид плетение из учебника, вставит его в пустое окно, проверит на бумаге, увидит, что расчеты сходятся, и обрадуется.

А потом он соберет макет.

Соберет. Активирует. Артефакт будет работать идеально.

А на защите рванет.

И весь столичный артефакторский цех еще долго будет вспоминать, как молодой адепт Клэйд Авинталь во время публичной защиты предъявил «свою революционную разработку», и как эта разработка эффектно опровергла все его амбиции.

Я опустила голову на холодное оконное стекло.

И впервые за долгий день уснула с настоящей, безмятежной улыбкой.

Глава 10

Карета подкатила к воротам фабрики ровно без четверти десять. Я расплатилась с извозчиком, спустилась на брусчатку и подняла взгляд на тяжелый серый фасад.

Привратник узнал меня издалека и распахнул створки ворот раньше, чем я успела подойти.

— Леди Мортим. Их сиятельство ожидают.

— Благодарю.

Я прошла через вымощенный двор, поднялась по широким ступеням. Парадные двери раскрылись передо мной с тихим, обходительным щелчком, свойственным лишь дорогим петлям.

В холле меня встретил уже знакомый молодой служащий в темной ливрее.

— Леди Мортим. Граф Сайс ожидает вас в малой мастерской на третьем этаже. Прошу следовать за мной.

— В мастерской? — переспросила я. — Не в кабинете?

— Сегодня его сиятельство пожелал начать с практики.

Я едва удержалась, чтобы не скрипнуть зубами. С практики. Вот так сходу.

Дракон не любил терять время.

— Ведите.

Мы поднялись по правой мраморной лестнице, прошли через длинную галерею с витринами, в которых я в прошлый раз успела разглядеть стабилизатор городского водопровода и сложный прибор с тремя стрелками. Сегодня витрины пестрели новыми экспонатами, и краем глаза я зацепила миниатюрный навигационный артефакт с подвижной картой. Я не знала такого. Видимо, разработка последнего полугодия.

Дверь мастерской открылась.

— Прошу, леди.

Я переступила порог и остановилась.

Помещение оказалось не таким, каким я представляла себе мастерскую дракона. Я ждала простора, подобного кабинетному, или хотя бы привычного промышленного хаоса с десятком верстаков и подмастерьями. Вместо этого передо мной открылась небольшая, очень светлая комната с двумя высокими окнами, длинным рабочим столом из темного дерева, узким боковым шкафом с инструментами и одним-единственным креслом у дальней стены.

Камерная мастерская. Личная.

В нее не каждого приглашают.

Граф стоял у окна, спиной ко мне, склонившись над чертежом, разложенным прямо на широком подоконнике. В одной белой рубашке с закатанными до локтя рукавами и темном жилете.

Он обернулся, и солнце из окна высветило золото в его глазах.

— Леди Мортим. Точны до минуты.

— Доброе утро, ваше сиятельство.

Я присела в книксене.

— Прошу.

Он повел ладонью на стол.

Я подошла и положила сумку на свободный край. Расстегнула верхние пуговицы плаща, и служащий, тихо стоявший за моей спиной, тут же его подхватил и беззвучно удалился, прикрыв за собой дверь.

Мы остались вдвоем.

Воздух в мастерской был необычным. Тяжелым, упругим, как перед грозой. У меня в детстве, перед сильным летним ливнем, всегда так гудело в висках, и я бегала по двору, размахивая руками, ловя кончиками пальцев первые тяжелые капли. Сейчас никаких капель не было, только это плотное, давящее ощущение нависшего электричества в самом воздухе между мной и графом. Будто дикий эфир сходил с ума.

Я заставила себя дышать ровно.

— Я планировал начать с обзорной беседы, — произнес граф, не отрывая взгляда от моего лица. — Но утром