Провинциальный остеопат. Том 3 - Артем Сластин Страница 3

— Он на это намекал, спрашивал, есть ли у меня костюм, а потом я обнаружил конверт на столе в тренерской. Ну не Капустин же подкинул.

Аня ответила не сразу.

— Интересно, зачем ему тебя пропихивать… Он ведь должен понимать, что таким образом тебя уводит всё дальше от Бауманки. Впрочем, не важно… Я до сих пор поверить не могу, что тебя пригласили выступить с докладом. И когда дата?

— Третьего февраля, — ровным голосом повторил я.

— Значит, нужно как следует подготовиться и отрепетировать выступление.

— Ань, я не хочу, чтобы ты опять тратила время…

— Чушь! — перебила меня Воронцова. — Родители сегодня вечером уезжают в филармонию, так что квартира снова будет в нашем распоряжении. Прогоним доклад, поправим структуру и обязательно продумаем ответы на самые неприятные вопросы.

— Может, тогда и за меня выступишь? — поинтересовался с ухмылкой на губах.

— Нет, — мягко ответила Аня. — Выступать будешь ты, но нужно всё равно сделать так, чтобы после этих двадцати минут, после доклада к тебе подошло как можно больше людей и обменялось контактами. Второго такого шанса может и не быть. Так что заканчивай свою работу и приезжай ко мне. Я буду тебя ждать.

Аня сбросила звонок и оставила меня в подвешенном состоянии. Я представил, как она сейчас спешно начинает копаться в ноутбуке и делать первые наброски моей речи. У меня не было ни капли сомнений, что у нас, как обычно, выйдет весьма приличный доклад, и всё, что мне останется — это не опозориться на самой конференции. В принципе, ничего страшного. Как говаривал старшина: «Пять минут позора, и вы звёзды».

Ну и, конечно же, сначала закончить работу.

Через порог квартиры Ани я переступил с мыслью далеко не о докладе. Она встретила меня босоногой, в огромном вязанном свитере, едва прикрывавшим её бёдра. Волосы Аня распустила, и они волнистыми локонами опускались у неё с плеч. Я инстинктивно сбросил сумку на пол прихожей, как вдруг она остановила меня в нескольких сантиметрах от себя и прошептала:

— У нас не так много времени, Лёш. Давай сначала разберёмся с докладом.

— Ты ведь понимаешь, что я сейчас о биомеханике в совершенно другой плоскости думаю? — спросил я и ещё приблизился.

— Я тоже, — призналась девушка и прикусила нижнюю губу. — Но мы должны в первую очередь думать о твоём будущем. Кто знает, может, мы оперативно справимся, и время ещё останется.

Пришлось с ней согласиться, но надевать домашние штаны Аня отказалась, и её длинные ноги, выглядывающие из-под одежды, периодически сбивали с мысли.

Когда мы вошли в комнату, всё уже было готово. На письменном столе стоял раскрытый ноутбук с набросками презентации, а рядом с ним находились несколько книг.

— Я смотрю, ты времени не теряла.

Аня обошла меня и уселась на стул перед ноутбуком.

— Конечно, тебе предстоит выступать перед полным залом, так что в роли публики сегодня буду выступать я.

Следующие полтора часа мы занимались тем, что методично разбирали моё выступление буквально по косточкам. Мне довольно быстро стало понятно, что сама презентация — это едва ли половина дела. Намного сложнее оказалось подобрать правильные слова. Стоило заменить одно выражение другим, как весь абзац начинал звучать либо слишком обыденно, либо, наоборот, слишком заумно и скучно.

— Нет, так не пойдёт, — в который уже раз остановила меня Аня, не отрывая взгляда от ноутбука. — Ты опять говоришь языком практика.

— Потому что я практик, Ань, — ответил я ей, — а не оратор с трибуны.

— Это и хорошо, только для твоих подопечных. На конференции всегда нужно говорить иносказательно, недоговаривая ту часть, о которой потом могут спросить.

Она быстро выделила мышкой одну из строчек.

— Вот, смотри: «После проведения постизометрической релаксации отмечалось снижение патологического мышечного гиперторнуса».

— А что здесь не так? Мы примерно так же формулировали с патентом.

Аня согласно кивнула.

— Хотя ты, наверное, прав. Длинные формулировки помогут избежать двойного толкования. Вот только нужно быть осторожным и не сказать слишком много.

Постепенно текст приобретал совсем другой вид. Из него исчезали разговорные выражения и появлялись ссылки на исследования и аккуратные формулировки. Пришлось даже поработать с уточнениями, так как некоторые из них действительно вызывали вопросы.

— Здесь лучше добавить, — продолжала рассуждать Аня, — что улучшение наступило после восстановления биомеханики, а не благодаря одному конкретному приёму. Не забывай, с трибуны ты будешь не только делиться опытом с теми людьми, но фактически рекламировать и пытаться продать свою методику… Свою систему.

Я невольно хмыкнул.

— Систему…

— Именно так, Лёша, система… Любой реабилитолог знает упражнения, любой мануальщик владеет мобилизацией суставов. Ты их не впечатлишь, если будешь сухо цитировать материал учебника, как обычный студент. Тебе нужно будет представить всё в таком свете, будто причиной всех твоих успехов стала новая система… Или методика, называй как хочешь.

— Да, Ань, я помню, — ответил я, откидываясь на спинке стула. — Первопричина, устранение ограничений и закрепление результата.

Она улыбнулась.

— Именно так… Именно так ты и должен всё преподнести, и тогда к тебе потянутся люди.

Так пролетел ещё один час. Мы снова и снова прогоняли презентацию и меняли местами слайды. Причём, самое тяжело было в сокращении слишком длинных абзацев и добавлении пояснений там, где по нашему общему мнению у слушателей могли возникнуть вопросы.

— Нет, слишком быстро, — иногда прерывала она меня. — Представь, что в последнем ряду сидит профессор лет семидесяти. Пока он дочитает слайд или дослушает тебя, ты уже успеешь перейти к следующей мысли.

И тогда мы возвращались назад и начинали репетировать заново, в этот раз уже учитывая обговоренные ошибки. После пятого или шестого прогона я уже не смотрел в монитор или подсказки. Слайды всплывали в памяти сами собой, а руки невольно начинали сопровождать события привычными жестами, будто передо мной сидела целая армия специалистов.

— Алексей Николаевич, — притворилась очередным стариком Аня. — Почему вы выбрали именно такую последовательность действий?

— Потому что она сформировалась на основании наблюдений за динамикой восстановления и последовательно подтверждалась практикой.

Она поставила очередную галочку. Затем мы ещё