Неукротимый Бастард 3 - Сергей Измайлов Страница 3

— А что это вы, господа хорошие, по нашему лесу без спроса ходите? — спросил один, помахивая топориком, который сделан был явно не для рубки дров.

— Да ещё и бесплатно, — ухмыльнулся второй, демонстративно крутанув кистенём. — Нехорошо получается.

— Во-первых, лес княжеский, а не ваш, — невозмутимо ответил Каменский, выдвинувшись вперёд в их сторону. — А мы люди князя Пожарского, чьи законы вы здесь нарушаете. Так что вопрос стоит в том, что это скорее за вами долг неоплаченный в виде каторжных работ.

— Не в тех ты условиях, человек княжеский, чтобы нам свои правила диктовать, — самоуверенно произнёс тот, что с кистенём. — Расклад не в твою пользу.

Я только сейчас понял, что разговоры там за кустами боярышника давно прекратились, и нас тихо окружают десятка два лихих мужичков в обносках, но все как один при оружии, хоть и простом, мужицком. Они неторопливо обступили нас со всех сторон, держа оружие наготове. Среди них оказалось даже несколько лучников.

— Крайне не советую пытаться причинить нам какой-либо вред, — невозмутимо продолжил Каменский.

— А то что? — спросил, наклонив голову набок, мужичок с кистенём. Видимо их главарь.

— А то нам придётся причинить вам много вреда, — спокойно ответил барон. — Поэтому просто дайте нам спокойно пройти дальше, по своим делам. И, может быть, я на какое-то время забуду о вашем существовании. Только вот боюсь, что ненадолго. Дам вам небольшую фору, чтобы уйти из этих земель или разойтись по домам и заняться земледелием.

— Вроде солнце только восходит, а ему уже голову напекло, — сказал стоявший рядом с главарём мужичок, вся окружившая нас банда дружно расхохоталась, показывая чёрные зубы.

— Выкладывайте всё, что у вас есть, и ступайте с миром, — сделал встречное предложение главарь. — Мы про вас забудем ненадолго. Может быть.

Снова прокатились ехидные смешки, кольцо вокруг нас медленно начало сжиматься. Степан выхватил меч из ножен и описал им круг, оставив в воздухе быстро растаявшие сиреневые всполохи. Стоявшие перед ним отпрянули, но реально отступать вовсе не собирались.

Вслед за Степаном, мечи повыхватывали и все остальные, но я пока не торопился.

— Можно я? — спросил я у Каменского, поравнявшись с ним.

Барон покосился на меня, на секунду задумавшись, словно сомневаясь, потом кивнул.

— У вас есть последний маленький шанс, барчуки, — рыкнул главарь, раскручивая кистень. — Сдайте оружие, отдавайте золотишко и проваливайте, пока мы вас тут по поляне не разложили.

Я тем временем нагнал в руку маны и, не проронив ни слова, испытал свой новый навык, что мы прорабатывали последние пару дней с Германом Рейнгольдовичем. Называется «воздушная волна», как раз для такого случая, чисто демонстрация силы.

Трое ушкуйников, включая главаря, кубарем улетели назад в кусты, ломая их с треском. Через мгновение их судьбу повторили ещё четверо слева, потом столько же справа. Почти половина разбойников была распихана по кустам всего за пару секунд. Витя присвистнул от восхищения.

Когда я развернулся к следующей партии разбойников, те побросали топоры и подняли руки, медленно отступая назад. В глазах вместо наглой самоуверенности теперь был вполне реальный страх. С магами им сталкиваться не приходилось по всей видимости.

Наш небольшой отряд, ощетинившись мерцающими мечами, начал неторопливо продвигаться по курсу следования, не спуская глаз с ушкуйников, которые, впрочем, прежнее желание с нами разделаться резко утратили. Извиняться за ошибку перед нами никто не собирался, лишь провожали разочарованными и злобными взглядами.

Чуть отклонившись от тропы, чтобы обойти заросли боярышника, мы направились в сторону тракта. Потрёпаное жизнью мужичьё от преследования благоразумно воздержалось, и через пару минут мы уже подошли к тракту, по которому как раз катил тот самый обоз, на который собирались напасть наши недавние оппоненты.

Мы выждали, пока последняя телега скроется за поворотом, выбрались из кустов и тут же нырнули в другие, пробежав полсотни метров.

— Как всё закончится, организую здесь зачистку, — пробубнил Каменский, когда мы быстрым шагом продолжили движение по тропе. — Развелось тут, по лесу спокойно пройти нельзя.

— А долго ещё? — жалобным голоском поинтересовался Виктор Тимофеевич, обирая с сюртука репейник.

— Меньше, чем через час такого хода, будем в Михеевке, — пояснил ему Остап Афанасьевич, который видимо не раз ходил раньше этой тропой.

Глава 2

Признаться честно, всегда мечтал научиться езде верхом, но постоянно что-то мешало. Может не так сильно хотел? Запрыгнул в седло довольно легко, проследив за тем, как это делает Каменский и его помощники. На этом лёгкость и закончилась. Чем-то я лошадке не понравился, может запах какой или цвет глаз, но она вдруг начала взбрыкивать и пятиться назад.

— Ты с ней неуважительно поздоровался что ли? — усмехнулся Виктор, помогая мне успокоить лошадь. — Лошадь ведь тоже живая, любая скотина ласку любит, ты попробуй.

— Ну что ты на меня так рассердилась? — спросил я у всё ещё довольно напряжённой лошадки, планирующей выкинуть меня из седла. — Ведь я же не враг тебе, я твой друг, и у нас с тобой общее дело — добраться до Царьграда, давай не будем ссориться.

Всё это время и наглаживал гриву, склонившись вперёд и держась одной рукой за рожок передней луки седла, даже дотянулся потрепать за ушком. Лошадь удивлённо покосилась на меня, повернув голову, но почти сразу прекратила нервно топтаться на месте и жевать удила. Уже сидевший неподалёку верхом Каменский ухмыльнулся, наблюдаяя за процессом укрощения.

— Ну, раз вы уже разобрались, тогда поехали, — сказал барон, стукнув стременами по бокам своего коня и быстро перешёл с шага на рысь.

Остальные уверенно последовали за ним, а я постарался не отставать, но в то же время не делать больно животному, которое в итоге решило мне довериться. Витя первым заметил, что я отстал и замедлился, пока не поравнялся со мной. Потом подсказывал, что делать дальше, как держаться в седле, чтобы у меня всё не посинело от поездки. Езда верхом оказалась сложнее, чем я раньше думал, но вполне возможной.

Из Михеевки мы демонстративно выехали по главной дороге, но, выехав за пределы видимости, сразу свернули на лесную тропу, уходя в сторону. Мы проезжали леса и овраги, перешли вброд небольшую речушку, взобрались на холм по козьей тропе. По пути созерцал столько красот практически родной земли, что возникло желание сюда вернуться когда-нибудь потом, в более спокойной обстановке.

Когда Каменский объявил короткий привал, своих ног и ещё одного места я уже почти не