Великолепный Дуся - Матвей Геннадьевич Курилкин Страница 21

гордился своей находчивостью. Он же ранен, так что изначально мы собирались его пристроить где-то в малозаметном месте, и надеяться, что ему не придётся участвовать в драке. Но когда оказались внутри… Долинка ведь в предгорьях. И она не только окружена скалами, на ней самой тоже полно валунов разных размеров. Некоторые — большие, метров до четырёх высотой. Не будь у меня таких замечательных Вити и Мити, это было бы глухое дело. А так они вдвоём затащили Кигана на верхотуру одного из таких камней. Прекрасное место, вся долина как на ладони! Я даже почувствовал себя спокойным и защищённым. Ну, а что? К Кигану не подобраться, зато сам он любого, кто высунется, тут же упокоит. Винтовкой-то парень пользоваться умеет прекрасно! Я ему свою отдал во временное пользование, всё равно сам почти не пользуюсь. Моё оружие — это револьвер, я уже понял. Ну и высокий интеллект, не без того. А ещё — искромётный юмор.

Очень не хватало только связи. Раций каких-нибудь. У нас-то с Илве обзор получается так себе, и Витя с Митей тут тоже не панацея. А вот Киган как на карту смотрит сверху, всех видит. Если вдруг кто появится — сразу же и сообщит. Короче, нет предела совершенству, но и так получилось прекрасно. Хотя я всё равно нервничал. Как бы я ни хорохорился и не выпендривался, колдун есть колдун. Тем более — некромант. Мы когда мимо того заборчика проходили, я прям почувствовал опять, как меня сковывает ужас. Хотя бояться в тот момент было нечего — значит, наведённое. И хотя страх мы легко перебороли, всё равно некоторое опасение было. Умелый, сволочь. Мало ли какие сюрпризы он может преподнести?

Сейчас мы с Илве тусовались недалеко от входа в пещерный особняк, и никак не могли решиться, что делать дальше. Тем более, никаких средств контроля и наблюдения Митя не нашёл. Ни голов там, ни хотя бы отдельно глазок и ушек, если вдруг некромант не хочет портить себе фасад. Это было странно.

Понятия не имею, как долго мы бы ещё мялись, но тут судьба сработала в нашу пользу. Она была той ночью на нашей стороне! Наверное.

Короче, колдун вышел сам. В туалет. Ничего удивительного, человек уже не молодой, да ещё в камне живёт. Сырость, промозглость, простатит. Вот его и понесло среди ночи пописать, я так думаю. И никакого балахона на нём не было — только сорочка длинная, до колен. Женская, по-моему, иначе я не могу объяснить наличие на ней кружавчиков. Между прочим, красивая — Илве даже завистливо вздохнула. А на ногах у него были тапочки пушистые. Просто ми-ми-ми, как это мило выглядело. Мы с Илве аж замерли от неожиданности, растерялись. Особенно когда у колдуна разлетелась голова, а потом по долине разнёсся одинокий хлёсткий звук выстрела. Киган не растерялся. Ну вот, а ещё недоволен был, что без пристрелки — вон как ловко получилось!

Безголовый колдун упал, как будто у него ниточки обрезали. И всё затихло.

— Эммм… — озадаченно пробормотал я. — Это чего, всё что ли? А нервов-то сколько! Обидно даже!

— Не всё! — Внезапно охрипшим голосом сказала Илве и вцепилась мне в плечо. — Слушай! Ты разве не чувствуешь?

Я ничего такого не чувствовал, но долго оставаться в неведении не пришлось. Шорох изнутри скалы доносился очень неприятный. Пробирающий такой.

— Мне кажется, или мы зря его кокнули? — Спросил я, а Илве вдруг взвизгнула и сорвалась с места. Ещё и меня за шиворот вздёрнула неделикатно, я даже отреагировать не успел.

— Бежим!

И у неё были все основания так со мной поступать, вот что я скажу! Из-под циновки, закрывавшей вход в пещеру, сплошным потоком выплёскивались костяные пауки. С ладонь размером. С хелицерами.

Когда духи затаскивали Кигана на камень, я был уверен — это совершенно неприступная позиция. Если ты не умеешь летать, или там, верёвок у тебя нет — гиблое дело туда забраться. Не прав был. Мы с Илве оказались наверху вообще без проблем и без чьей-то помощи. Правда, вряд ли я смогу такое когда-нибудь повторить, потому что понятия не имею, как у меня получилось. А пауки между тем разделились на несколько ручейков и заползали внутрь строений. Кто-то из местных уже успел выбежать, так что мы получили прекрасную возможность понаблюдать за расправой — безъязыкие балахонщики падали почти сразу после укусов. А потом вставали, но выглядели как-то не очень.

— Вот это — зомби, — стуча зубами от ужаса, констатировал я. — А не то, в чём меня тогда обвинили! Понятно теперь, почему этот урод никакой сигнализации не поставил. У него, наверное, все подчинённые были в курсе, что случится, если он помрёт. Интересно, на тепло наводятся, или на звук?

Я почему-то наивно надеялся, что нас это не коснётся. Мы ж на камушке сидим, высоко. Совершенно безосновательная надежда, так-то. И она рассыпалась всего через несколько секунд. Они, блин, к нам двинулись! Все вместе, кроме тех, которые уже кого-то укусили. Эти после укуса падали окончательно мёртвыми.

— Они же не залезут? Не залезут ведь, да? — С надеждой пробормотала Илве. А Киган принялся отстреливать костяных тварей на подходе. Только патроны зря тратил. Не, он в них попадал, и тяжёлые пули разбивали пауков только в путь, вот только патронов у него было мало, а пауков — много. Киган и сам быстро понял, что это бесполезно, перестал.

Пауки лезли. Это ж пауки, пусть и костяные, они очень хорошо лазают! Даже по вертикальным поверхностям. Окружили наш камешек и поползли. Не прям вот быстро, по горизонтальной поверхности они гораздо шустрее двигались. Но, блин, всё-таки ползли!

— Шамань! — Встряхнул меня за плечи Витя. — Камлай что-нибудь, они ж вас щас упокоят и поднимут сразу!

Я, собственно, попытался. Схватил бубен, принялся им трясти, какие-то песни пытался вспомнить подходящие… Но, блин, как-то отказа мне фантазия в такой ситуации. Даже не знаю, почему, но никак не получалось отрешиться от ситуации и что-то такое забабахать весёлое. Вот что тут можно сделать?

И естественно, с таким настроем ничего у меня не получалось. Пауки всё ближе. Митя с Витей ожесточённо срывают их со стен и сбрасывают вниз — высоты хватает, чтобы хрупкие твари приземляясь, разлетались на кусочки. Только они ж прям лезут! Да ещё, блин, и не спляшешь толком на узкой верхней площадке.

Бубен — инструмент универсальный, вообще-то. Когда первый