Укротитель Драконов VI - Ярослав Мечников Страница 2

— Он узнал, — сказала Пряха.

— Пока только запах или след. Я хочу понять, что именно.

— Запах тут давно выветрился бы.

Я оставил её слова без ответа. Грозовой снова потянулся вперёд. Теперь его нос оказался возле моей кисти, тёплый выдох прошёл между пальцами. Серые жилы от запястья до локтя налились холодом так резко, что мышцы свело. Я едва удержал ладонь раскрытой.

Кар-Рох дёрнул головой и посмотрел на меня.

Всё нормально. Продолжай.

В ответ пришло недоверие. Да уж, с такими ощущениями убедительно врать собственному дракону получалось плохо. Я расслабил плечо, насколько сумел, и сосредоточился на дыхании. Вдох прошёл неглубоко. Где-то за грудиной уже появилась знакомая тяжесть, возникавшая после долгой работы Нитью.

Перед глазами дрогнули строки.

[ОПОСРЕДОВАННЫЙ РЕЗОНАНСНЫЙ КОНТАКТ: АКТИВЕН]

[Проводник: Кар-Рох]

[Источник восприятия: Дрейк — Грозовой — СТОРОННИЙ]

[Целостность канала: 27 %]

[Нагрузка на сердечное веретено: ВОЗРАСТАЕТ]

[Рекомендация: ограничить длительность контакта]

Целостность оказалась ещё ниже, чем при первом разговоре. Грозовой вымотался, Кар-Рох тоже уже отдал немало сил, да и я после Тепла Истока и серого вдоха чувствовал себя далеко не свежим. В другое время я бы уже отпустил его руку и сказал: хватит, на сегодня хватит. Но я не отпустил.

Я делал ровно то, что в прежней жизни стоило бы человеку места: брал зверя, который только что решился довериться, и вёл его обратно туда, где ему было страшнее всего за всю его жизнь. Однажды я отказался вести назад к вольеру зверя, которого там чуть не забили насмерть, — начальство настаивало, я стоял на своём, и оказался прав: зверь так и не оправился бы, поведи я его туда снова. Здесь всё было наоборот. Под карнизом в снегу лежали двое, и другой дороги к ним не было — только через память этого грозового. Я взвесил это и повёл его обратно. Самому себе я в этот момент не понравился.

Я показал Кар-Роху неподвижный снег из чужой памяти. Затем добавил собственное предплечье и холод под кожей. Пусть грозовой сравнит. Пусть сам выберет тот момент, который совпадает.

Каменный передал просьбу низким звуком. Грозовой замер возле моей руки. Его глаз находился совсем близко, и я видел, как сужается зрачок. Потом нос коснулся кожи, и холод провалился внутрь так, что я не сразу понял, что это вообще холод, — ожидал привычное жжение серых узлов, а получил что-то глубже, будто тонкая струна протянулась от запястья под локоть, вошла в плечо и зацепилась возле сердца. Там она дёрнулась один раз, после короткой паузы пришёл второй толчок, затем третий, а следующий будто оборвался на середине, не успев начаться. Грозовой вздрогнул всем телом, и через Кар-Роха тут же хлынула память. Снежная крупа висела перед мордой. Кайр ещё сидел в седле, его ладонь лежала возле гребня. В воздухе впереди ничего нельзя было рассмотреть, зато теперь я почувствовал ритм. Три тяжёлых толчка проходили сквозь тишину, а четвёртый обрывался. После каждого снег вокруг будто становился ближе, сжимая пространство. Грозовой услышал это всем телом задолго до того, как Кайра накрыл ужас.

Серые узлы на моей руке ответили тем же рисунком.

Три толчка. Оборванный четвёртый.

Я попытался удержать совпадение, и Система сразу отозвалась.

[ОБНАРУЖЕН РЕЗОНАНСНЫЙ ОТКЛИК]

[Источник отклика: остаточный резонансный субстрат оператора]

[Сопоставление с памятью стороннего субъекта: ВЫПОЛНЯЕТСЯ]

[Совпадение ритмического рисунка: 74 %]

[Новый признак:]

[— воздействие проявлялось ДО резонансного удара по связанному всаднику]

[— воздействие использовало повторяющийся импульс поиска]

[Предварительный вывод: СУБЪЕКТ ОСУЩЕСТВЛЯЛ РАСПОЗНАВАНИЕ]

Последнее слово я перечитал дважды. Поиск. Распознавание. Значит, тишина над седловиной могла оказаться способом ощупать проходящих через неё. Хотя вывод оставался предварительным, а система уже ошибалась там, где данных было мало. Всё-таки новая деталь имелась, и грозовой помнил её телом. Сначала три толчка. Потом оборванный четвёртый. Уже после этого Кайр испугался.

Я хотел передать Кар-Роху благодарность и закончить контакт, но серые узлы снова сжались: первый толчок прошёл от запястья к сердцу, второй ударил сильнее, а на третьем двор исчез — весь, разом, будто кто-то одним движением убрал декорацию.

Я снова сидел между Шаатом и Сухарём. Правая ладонь лежала на холодной бездне, левая держала маленькую тёплую морду. Серый поток шёл через грудь. Где-то далеко нечто повернуло голову, и расстояние разом потеряло смысл, а следом навалился ужас, будто дверь распахнули настежь. Воздух застрял в горле. Я попробовал вдохнуть, однако грудь словно стянули ремнём. Ладонь приросла к морде грозового, пальцы перестали слушаться. Рядом Кар-Рох резко поднял голову. По Нити прокатился его вопрос, потом он тоже почувствовал то, что вошло через меня.

Четвёртый толчок оборвался.

Грозовой взревел.

Звук ударил не столько в уши, сколько в грудь — после серого отката я расслышал его с опозданием, будто через плотную ткань. Его морда ударила меня в плечо, тело рванулось вверх. Передняя лапа глубоко вспорола снег. Повреждённое крыло раскрылось от судороги и задело ограду; сланец хрустнул под перепонкой. Голубой свет вспыхнул вдоль груди, ослепительно яркий после тусклых ламп. Разряд ударил в камень возле чаши. Вода вскипела и плеснула паром.

Кар-Рох оказался передо мной раньше, чем я успел убрать руку. Он вскинулся, подставил плечо под грозовую морду и оттолкнул меня боком. Я повалился на колено. Мир качнулся, снег приблизился к лицу, и только то, что схватился за Кар-Роха помогло удержаться.

— Назад! — крикнула Пряха.

Люди возле двери бросились в стороны. Один мужчина зацепился пяткой за ступень и сел прямо в снег, сохранив лампу в вытянутой руке. Второй успел отскочить под навес. Из Длинного Зала распахнулась дверь, наружу выбежала Айра, следом показались дед и ещё несколько человек. Хранительница первым же взглядом нашла в толпе мальчишку, что выскочил без шапки поглазеть на шум, ухватила его за шиворот и потащила к стене подальше от снега.

— А ну прочь отсюда, неслух, — проворчала она, не оборачиваясь, и тем же движением махнула женщинам у навеса собираться ближе к дому.

Кто-то вынес копьё, наконечник блеснул у стены.

Грозовой бился возле ограды. Он пытался подняться, терял опору и снова падал на передние лапы. Хвост прошёл по снегу и ударил в пустую чашу. Деревянный край лопнул, одна половина отлетела к двери. Из пасти зверя вырывался рык, сорванный и хриплый. Между зубами бегали разряды, каждый вспыхивал ярче предыдущего.

Я чувствовал его ужас через Кар-Роха. Тишина вернулась. Она