Темный Лорд Устал. Книга VII - Тимофей Афаэль Страница 18

Он двинулся вперёд, стараясь держаться в тени.

Город был странным. Пустым и тихим, словно вымершим, хотя время было не позднее, часов девять вечера, не больше. Обычно в это время люди возвращались с работы, гуляли с собаками, сидели на лавочках у подъездов. Сейчас улицы были мертвы.

Люди чувствуют, понял Степан. Ещё не знают, что город закрыли, но уже чувствуют, что-то случилось. И явно что-то плохое.

Он пересёк двор, нырнул в арку между домами и замер.

Впереди, на перекрёстке, мигали синие огни.

Степан вжался в стену, стараясь слиться с тенью. Патрульная машина медленно ползла по улице, и в свете фар он разглядел силуэты двух полицейских внутри. Они не торопились, просто патрулировали, но Степан знал, что одного взгляда на его разорванный грязный пиджак хватит, чтобы остановить для проверки. А там по рации сделают запрос в управление, и через пять минут он окажется в наручниках.

Машина проехала мимо арки, и Степан перестал дышать.

Свет фар скользнул по стене в метре от него. Потом машина свернула за угол, и синие отблески растворились в темноте.

Степан выждал ещё минуту, прежде чем двинуться дальше.

Он шёл дворами и переулками, обходя освещённые улицы. Несколько раз замечал патрули. Их было много, слишком много для обычного вечера, ии каждый раз замирал в тени, за мусорными баками, за припаркованными машинами, за углами домов.

Полноватый мужчина в дорогом испачканном костюме, крадущийся по собственному городу как вор.

Смешно, подумал он, перебегая через тёмный двор. Ещё вчера я был мэром, уважаемым человеком, представителем Хозяина, а сегодня уже прячется от собственной полиции за мусорными баками.

Но смеяться не хотелось.

Он не знал, кому теперь можно верить. Шубов переподчинил полицию города, а это значило, что любой полицейский в городе мог оказаться его врагом. Сержант Петренко, с которым они здоровались каждое утро? Капитан Иванов, который приходил на день рождения Катеньки с огромным плюшевым медведем? Любой из них мог сейчас везти его к Шубову в наручниках, выслуживаясь перед новым начальством.

Доверять нельзя никому.

Кроме Хозяина.

Степан проверил футляр с печатью. Он был на месте, прижимал его к груди и двигался дальше. До «Эдема» было километров пять, если срезать через промзону. Можно дойти за час, если не нарвёшься на патруль.

Если не нарвёшься.

Он свернул в очередной тёмный переулок и ускорил шаг.

Последние полкилометра он не шёл, а фактически полз.

Ноги гудели от усталости, рубашка насквозь промокла от пота несмотря на холод. В боку кололо так, что каждый вдох отдавался тупой болью. Степан давно не бегал, лет десять, наверное, с тех пор как врач запретил ему нагрузки из-за давления. И вот теперь организм мстил за годы сидячей работы.

Но он дошёл.

Высокие, кованые ворота «Эдема» выплыли из темноты как спасительный маяк. За ними светились огни резиденции, и этот свет казался Степану самым прекрасным зрелищем в его жизни.

Он вывалился из кустов на освещённую площадку перед КПП и тут же ослеп от ударивших в лицо прожекторов.

— Стоять! Руки!

Голос был резкий, командный. Степан послушно поднял руки, хотя они дрожали так, что едва слушались.

— Свои, — прохрипел он, щурясь от света. — Свои… К Хозяину… Срочно…

Из будки КПП выскочили двое Стражей в чёрной броне с эмблемой ворона на плечах. Один держал его на прицеле, второй приближался осторожно, как к дикому зверю.

— Имя! Цель визита!

— Это я, мэр… — он закашлялся, сплюнул вязкую слюну, — Степан Васильевич… Мэр Воронцовска… Город блокируют, Шубов под Громова лёг, надо предупредить…

Стражи переглянулись.

Тот, что держал на прицеле, чуть опустил оружие.

— Мэр? Это который с субботником приезжал?

— Он самый, — второй подошёл ближе, всмотрелся в лицо Степана и присвистнул. — Точно он. Только выглядит как бомж после драки.

Степан хотел огрызнуться, но сил не было даже на это. Он просто стоял, покачиваясь, и держался на ногах только упрямством.

— Мне надо… к Хозяину… срочно…

Ноги подкосились, и он начал заваливаться вперёд. Стражи подхватили его под руки, не дав рухнуть на землю.

— Тихо, тихо, господин мэр. Держим вас.

— Вызывай старшего, — бросил один другому. — И медика на всякий случай.

Степана довели до будки КПП и усадили на скамью. Кто-то сунул ему в руки стакан воды, и он выпил залпом, расплескав половину на грудь.

— Печать, — прохрипел он, хлопая себя по внутреннему карману. — Печать цела… Сохранил…

Стражи снова переглянулись, явно не понимая, о чём он говорит.

Степану было плевать. Он сидел на жёсткой скамье за воротами «Эдема», и это было главное. Шубов не достанет его здесь и Громов не достанет. Никто не достанет.

Он прислонился к стене и закрыл глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Главное он успел добраться. Теперь надо было лишь всё рассказать Хозяину. А дальше…

…дальше Хозяин разберётся. Он всегда разбирается.

Степан сжал футляр с печатью и позволил себе слабую улыбку.

Он больше не являлся мэром города под губернатором Громовым. Отныне он был человеком Воронова, и точка. Пусть это называется как угодно — правительство в изгнании, мятеж, предательство. Ему было плевать.

Он сделал свой выбор.

Глава 8

Степан Васильевич

Приёмная Резиденции была тихой и тёплой, а Степан Васильевич сидел на краешке дивана и боялся пошевелиться.

Но не потому что устал, хотя ноги гудели так, будто он пробежал марафон, а не пять километров по тёмным дворам. И не потому что замёрз, хотя рубашка до сих пор липла к спине от холодного пота. Просто он вдруг остро осознал, как выглядит: грязный порванный костюм, пыльные ботинки, ссадина на щеке от ржавой проволоки. Мэр города, представитель Лорда-Протектора сидит в роскошной приёмной как бродяга, которого пустили погреться из жалости.

Он машинально проверил внутренний карман. Футляр с печатью был на месте, и от этого становилось чуть легче. Пока печать у него — он ещё мэр. Пока печать у него — он ещё нужен.

Стражи у ворот узнали его сразу, напоили водой, вызвали кого-то по рации. Потом провели сюда и велели ждать. Степан ждал уже минут десять, хотя казалось целую вечность.

Что он скажет Хозяину? Как объяснит, что потерял город? Что Шубов предал, что полиция переподчинена области, что он, Степан Васильевич, сбежал через дыру в стене как крыса?

Хозяин доверил ему Воронцовск. А он…

Воздух в приёмной дрогнул, и прямо перед Степаном материализовалась