Не злите бабу Клаву, или Каждому дракону по тыкве! - Ольга Ивановна Коротаева Страница 14

— Вот она! — воскликнул Нэхмар, поднимая лестницу, которая упала в высокую траву. Приставил к стене: — Я подержу, лезь первой!

Не стала спорить и привычно быстро забралась наверх. Присела на выступ и, подобрав юбки, осторожно влезла в квадратное отверстие. Таких на чердаке было несколько, что обеспечивало отличную циркуляцию воздуха. Здесь даже в дождь было сухо и хорошо проветривалось. Позвала дочь:

— Мила?

Осмотрела стеллажи, которые Нэхмар соорудил для того, чтобы на каждую из множества полок ставить деревянную доску, присыпанную сахарной пудрой. Она не давала цукатам слипаться, а ещё подкрепляла теорию о секретном рецепте моей семьи.

В Дерездуре не было снега, который часто выпадал в горах Мурзуша, поэтому маленькая деталь работала на нас и придавала конфетам оригинальный вид. Повезло, что до меня никто в городке не додумался крошить сахар, который здесь добывали из сахарных деревьев, в пыль.

Я заглянула за стеллажи, полки которых были пусты, а часть подставок опрокинута, и увидела дочь:

— Вот ты где!

Мила сидела на полу посреди этого хаоса, икала и поглаживала животик, а рядом с ней округлым пузиком кверху лежал дракончик.

— Ну что же вы натворили? — собирая деревянные подставки, пожурила я. Мила засмеялась, показывая крепкие белоснежные зубы, а дракончик сыто рыгнул, выпуская в воздух облачко пара. Я покачала головой: — Всё с вами ясно.

Я не волновалась, что у малышки начнётся кариес, ведь наш рацион практически состоял из дешёвой тыквы. Каши и супы, сок и отвары, мы постоянно питались практически только этим. Мякоть тыквы, в которой содержится много витаминов, включая фтор, укрепляет эмаль и отбеливает её. Ни у меня, ни у дочери, ни разу не возникло проблем с зубами. Да что там! Зубы стали крепче даже у Нэхмара!

А вот и он сам. Поднялся и, залезая внутрь, проворчал:

— Ну вот, опять начинать сначала! Продавать теперь нечего… — Осёкся, заметив дракончика, и попятился: — Ч-что эт-то?

— Думала, ты скажешь, — придержала его за локоть. — Не бойся. Не укусит.

В этот момент дракончик громко лязгнул зубами и снова рыгнул, выпуская облачно пара, а Мила засмеялась. Похоже, им обоим очень нравилась эта игра.

— Никогда не встречал ничего похожего, — осторожно ответил Нэхмар и обошёл дракончика так, чтобы держаться как можно дальше. Приблизился ко второму стеллажу и выдвинул деревянный поднос, на котором осталось меньше половины цукатов. Судя по следам когтей, здесь порезвился новый друг нашей крошки. — И тут?

Вздохнув, обернулся и укоризненно покачал головой, а Мила спрятала лицо в ладонях. Дракончик попытался повторить её жест, но лапки не доставали до мордочки, и малыш прикрылся крылышками. Я невольно улыбнулась, а Нэхмар недовольно проворчал:

— А вот мне не смешно. Конфет осталось очень мало! Сделать новые до базарного дня мы не успеем.

— Ничего страшного, пап, — утешила его, и мужчина тут же растаял. Ему нравилось, когда я называла отцом. — Сделаем побольше тыквенных левашек.

— Их не очень хорошо покупают, — делая сердитый вид, пробубнил Нэхмар, но я уже видела, что мой приёмный отец и дедушка Милы уже готов сдаться. — Всё же люди предпочитают либо привычное, либо необычное. В прошлый раз больше половины левашек пришлось отдать фанг Отонии для подарков. Бесплатно!

— Всё реклама, — убедительно продолжила я наш вечный спор. — Уверена, горожане рано и ли поздно оценят наше ноу-хау и жить не смогут без тыквенных левашек. А у меня возникла ещё одна идея, до которой раньше руки не доходили. Как раз появился повод попробовать свернуть из сладких тыквенных лепёшек не рулетики, а какие-нибудь фигуры. Мила, поможешь?

— Да! — обрадовалась девочка, которой понравилось оригами так же, как и мне. — Сделаю Рыню!

Дракончик снова выпустил в воздух облачко пара, и Нэхмар, схватившись за грудь, подпрыгнул:

— Тьфу ты! Забыл про этого… — И тут же сурово спросил внучку: — Мила, кто это такой?

— Его зовут Рыня, — важно сообщила моя дочка. — Он добрый и любит сладкое!

— Это мы поняли, — мягко ответила я и протянула ей руку. — Идём. А дедушка пока тут всё приберёт.

Нэхмар кивнул, соглашаясь:

— Пришли Гэрхея в помощь. Надо спустить вниз доски и помыть. А он из троих цакхов самый толковый.

Оставив мужчину разбираться с последствиями детского произвола, я спустилась по лестнице и подождала дочь. Мила крепко держала в одной руке дракончика, другой вцепилась в перекладину и не позволяла себе помочь.

— Сама, — предупредила меня, и я кивнула.

— Гэрхей! — позвала помощника. — Неси корзину! Предстоит много работы.

Пока моя девочка осторожно слезала, я страховала её, придерживая лестницу, а сама раздумывала о неожиданном визите Гронира. Появление мужчины, который пять лет назад бросил жену, было подозрительным, но сейчас я вспомнила о своём первом желании. Почему, когда лорд появился, первым делом мне захотелось спрятать дочь?

«Ходили слухи, что чужаки ищут дитя дракона», — вспомнила разговоры цакхов.

Сейчас, когда опасность отступила, мысленно похвалила себя за правильное решение. Ведь Мила действительно дочь дракона. И не какого-нибудь, а самого владыки Лэйна!

«Не потому ли король поспешил спрятать принцессу до родов? — возникла мысль. — Что, если идёт игра, о которой я не знаю?»

Быть пешкой в политических интригах не хотелось, но и вступать в противостояние я не могла себе позволить. Чужачка, занявшая тело дочери короля, что я могла? Будучи бабушкой Клавой мало что понимала в политике, а сейчас, став фанг Клавой, знала ещё меньше. Ведь это чужой мир!

«Лучше жить тихо, растить тыкву и продавать конфеты».

Мила вдруг крикнула:

— Мам, лови нас!

И прыгнула ко мне с середины лестницы. Я поймала дочь и со смехом закружила её вместе с дракончиком. Тот распахнул пасть и, замахав крылышками, испуганно запищал. Остановившись, я отпустила малышню и, наклонившись, осторожно погладила нового питомца Милы по голове:

— А он хорошенький, когда не плюётся огнём.

— Фанг Клава, — с вызовом в голосе позвал Лагдум, и я выпрямилась. С подозрением посмотрела на цакха, который переступал с ноги на ногу и мял в руках свиток. Глянул недобро: — Можете записать на моё имя ещё один золотой?

Так вот о чём шептались эти проходимцы? Лагдум спросил, кто подойдёт ко мне с очередным его долгом? Даже пытался уговорить Гэрхея, который и медяка не поставит на карту? Ха! Боится, значит, уважает. А хорохорится сейчас из страха. И правильно! Встав руки в боки, топнула:

— Да сколько можно? Зла на тебя нет!

— Пф-р-р-р! — вдруг выдал Рыня.

Струйка пламени почти коснулась цакха. Думала, что почти, но ощутимо запахло палёным, и Лагдум заорал:

— Спасите! Помогите!