Дорога охотника 2 - Ян Ли Страница 11

Я знаю всё.

Охота — это не про силу и не про численное превосходство. Охота — это про терпение, тщательную подготовку и выбор правильного момента для удара.

И, судя по всему, охота только начиналась.

Гости обустроили лагерь — криво, косо, без малейшего представления о маскировке и защите периметра. Костёр горел постоянно, даже днём, когда дым был виден за километры, словно приглашение для каждого хищника в округе. Палатки — две штуки, потёртые и дырявые, явно видавшие не один сезон — стояли на самом видном месте, будто их специально выставили напоказ. Охранение… а не было никакого охранения. Вообще. Ни дозорных, ни сменных постов, ни даже элементарных верёвок с колокольчиками.

Я чуть не офигел, когда осознал это в полной мере. Серьёзно? Пришли в неизвестную местность, полную хищников и неведомо чего ещё — и не выставили даже одного дозорного на ночь? Они совсем страх потеряли?

Или просто идиоты. Что, по здравому размышлению, представлялось гораздо более вероятным.

К вечеру группа выдвинулась к башне — все пятеро, никого не оставив в лагере. Типичная ошибка новичков, которые не понимают ценности тыла. Я следовал параллельным курсом, держась в тени деревьев на границе пустоши, скользя от укрытия к укрытию. Камуфляж работал отлично — они прошли в тридцати метрах от меня, переговариваясь на ходу, и ничего не заметили. Даже не почувствовали.

В башне начался настоящий цирк, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться вслух. Собственно, начиная с момента, когда клоуны бодрым стадом вломились в неё, даже не подумав выставить охранение.

— Вот эта хрень, — Вакс ткнул пальцем в массивную каменную плиту под магическим кругом, без видимых швов и замочных скважин. — Как её открыть?

Старик с посохом подошёл ближе, осторожно провёл сухой ладонью по древнему камню. Его пальцы дрожали — то ли от возраста, то ли от волнения, то ли от прикосновения к чему-то, что ощущалось даже мне с такого расстояния.

— Запечатано, — произнёс он после долгой паузы. — Магия Старых. Очень сильная, очень древняя. Такие чары живут тысячелетиями и не слабеют с годами.

— И? — нетерпеливо бросил Вакс.

— И ничего. У меня не хватит силы это вскрыть. Даже если потрачу всю ману до капли, даже если сожгу себя дотла — этого не хватит и на сотую часть.

— Тогда какого хера мы тебя с собой тащили⁈ — взвился Крыса, сжимая дубинку так, что побелели костяшки пальцев. — Кормили, поили, терпели твоё нытьё!

— Чтобы я определил, что это настоящее хранилище, а не пустышка-обманка, которых Старые оставили немало для отвода глаз. — Старик невозмутимо пожал плечами, словно не замечая угрозы в голосе молодого психопата. — Это настоящее. За этой дверью — а это именно дверь — артефакты Старых, гарантирую. Я чувствую их присутствие, как чувствуют тепло очага в морозную ночь.

— И что толку, если мы не можем войти? Будем стоять и облизываться, глядя на закрытую дверь?

— Можем. Нужен ключ. Или очень, очень много времени и ресурсов — армия магов, работающих днями без перерыва.

— Ключ, — повторил Вакс задумчиво, почёсывая рыжую бороду. — Где его взять?

— Был у голема, который охранял башню до недавних событий. Если верить слухам.

— Голема больше нет. Развалили его.

— Значит, ключ где-то здесь, в округе. Или его забрали те, кто убил голема.

Ночью они напились.

Я не шучу и не преувеличиваю. Притащили с собой несколько бурдюков с какой-то местной бормотухой — судя по запаху, дешёвое пойло из забродивших ягод — и накачались до состояния полного нестояния. Песни орали на весь лес — фальшивые, непристойные, с припевами про разные части женского тела и подвиги на любовном фронте. Кто-то блевал за палаткой, судя по характерным звукам. Кто-то лез драться, размахивая кулаками.

Охотничий инстинкт фиксировал всё это безобразие в мельчайших подробностях, которые я предпочёл бы забыть. Хищники в округе тоже фиксировали — и благоразумно держались подальше от источника шума. Пьяный гвалт отпугивал лучше любой магии или охранных заклинаний.

— Сказочные долбоёбы, — вздохнул я себе под нос, устраиваясь на ночлег в развилке дерева метрах в ста от их лагеря. — Как их только из больницы выпустили.

Но долбоебы с оружием и желанием забрать то, что им не принадлежит. Недооценивать нельзя — даже дурак с мечом опасен, если подпустить слишком близко.

— ТВАРЬ! — орал Вакс и со всей силы врезал кулаком в камень. Хрустнуло — кажется, костяшки пальцев. — СУКА! НЕНАВИЖУ!

Это развесёлая компания искателей наживы попыталась вскрыть, очевидно, портальный камень. С помощью кирки и молотка. С предсказуемым результатом. Остальные благоразумно держались на расстоянии от впавшего в ярость командира. Я наблюдал сверху, с безопасной позиции на дереве, и мысленно делал заметки для будущего использования.

Нервный. Вспыльчивый. Плохо контролирует эмоции под давлением. Это можно использовать, если дойдёт до прямого столкновения.

Вечером они не пили — видимо, запасы закончились накануне. Сидели у костра злые, голодные — я заметил, что с едой у них было негусто, припасы подходили к концу, — и ругались друг на друга, перебрасываясь обвинениями.

— Это всё Керт виноват, — шипел Крыса, и яд в его голосе мог бы отравить колодец. — Он сказал, что здесь будет легко!

— Керт не знал про магию Старых, — возражал коренастый устало. — Никто толком не знал, какая там защита.

— Должен был знать! На то он и проводник — знать такие вещи!

— Проводник довёл нас до места. Его работа на этом закончена.

— А моя работа — без добычи возвращаться? С пустыми руками, как последнее чмо? — Крыса сжал кулаки так, что хрустнули суставы. — Три недели просрано! Три проклятых недели!

— Заткнитесь все, — рявкнул Вакс, и воцарилась тишина. — Дайте подумать.

Молчание повисло над лагерем. Потрескивание костра, далёкий крик ночной птицы. Где-то вдалеке завыл хищник — охотничий инстинкт автоматически определил: крупный, но далеко, в нескольких километрах, непосредственной угрозы не представляет.

— Есть ещё вариант, — сказал Вакс после долгой паузы, и что-то в его голосе заставило меня насторожиться. — Тот охотник.

— Какой охотник? О чём ты?

— Местный. Который якобы голема убил в одиночку. — Рыжий задумчиво почесал бороду. — Если он реальный — он знает эти места лучше нас. Знает, как открыть башню. Или