Дети Разрушения - Адриан Чайковски Страница 6

– Нет. И я в целом поддерживаю ваше решение… – ответил Сенкови, оставив но невысказанным.

И были те, кто, очевидно, предпочли бы терраформировать. Они прилетели сюда, чтобы выполнить работу, и, хотя были поражены увиденными чудесами, они не были готовы просто сидеть сложа руки.

– Я предлагаю изменить нашу миссию, – сказал Балтиэль всем. – Наш комплекс технологий предназначен для выполнения широкого спектра исследовательских задач, а также для фактического изменения планет. У нас есть долг изучить то, что мы здесь обнаружили, и доложить об этом на Землю. Мы не будем последними здесь. Эта планета станет жемчужиной галактики для учёных. Но мы можем быть первыми и хорошо выполнить подготовительную работу. Мы можем войти в историю, все мы.

Все мы – это, конечно, я, но, вероятно, в примечаниях будут другие имена, или они будут увековечены как географические объекты. Гора Сенкови… или, может быть, нет. Звучит как инструкция для таксидермиста.

И снова, Балтиэль был согласен с большинством, но некоторые были недовольны таким поворотом событий. Они были экспертами, выбранными для выполнения определённой задачи, и это было не то. Сенкови пересчитал: Мейлем, Хан, Лортисс, Пуллистер. Остальные семеро были согласны с Балтиэлем в том, что им следует делать.

Сенкови решил, что это его шанс, и запросил слово. Балтиэль посмотрел на него с подозрением и попросил предоставить больше контекста, а Сенкови в ответ просто вывалил на него весь план. Посмотрим, настолько ли он умён, как он думает.

Балтиэль моргнул дважды – это была единственная пауза, которую заметили остальные, – а затем кивнул.

– Мистер Сенкови, вам слово.

Сенкови тоже моргнул, облизнул пересохшие губы, предпочитая быть тем, кто оценивает, а не тем, кого оценивают. Он откашлялся, чтобы выиграть немного времени, и сказал:

– Дело не в том, что они просто оставят нас в покое, в конце концов. – У него не было такой патетики, как у Балтиэля. Ему было трудно не заговорить тихим голосом.

– Вы знаете, как называли инициативу терраформирования, когда мы покинули околоземную орбиту? Проект Бессмертия. Потому что это оно. Это когда человечество становится бессмертным, понимаете? Мы уходим с Земли. Мы создаём новые дома среди звёзд, нравится это звёздам или нет. У нас есть божественная сила. Люди придут сюда и будут ожидать, что у них будет дом. Они будут впечатлены медузами и движущимися камнями и прочими штуками, но потом они начнут задавать неудобные вопросы, такие как: А какой дом мой? Ну, вы знаете людей. Они будут ныть, требовать: Мы прилетели на тридцать световых лет, а вы показываете картинки прибрежных болот. Он попытался улыбнуться, и несколько человек ответили ему тем же. Балтиэль был бесстрастен, ждал. Как он всё это переварил? Может быть, он заставил корабль проанализировать это для него? Может быть, он взломал мои файлы и прочитал их до встречи?

– Но Юсуф прав, – продолжил он, нервно жестикулируя в сторону Балтиэля. – Мы не можем выполнить миссию так, как должны были. Но мы можем сделать это всё равно. Смотрите. – Он начал показывать свои схемы и данные, которые он мог скрыть, чтобы его голос становился сильнее по мере того, как он продолжал. – Следующая планета, Тесс 834g – это в основном ледяной шар, находящийся на самом пределе зоны жидкой воды, но она геологически активна, и, согласно теории терраформирования 101, мы можем точно бомбардировать разломы, чтобы запустить всё это, и тогда это больше не будет ледяным шаром, и газ, который мы получим, уберёт альбедо, и после этого станет достаточно тепло, чтобы вода оставалась водой. И там будет немного земли. Всего лишь немного. И будет больше, когда лёд растает до жидкого состояния.

– Не так уж и много, – заметила Хан. – Я получила 2,1 процента от общей площади поверхности, это всего лишь цепочки небольших островов. – Она вывела свои собственные расчёты на общий экран.

Ли Хан была самой старшей из них, на два года старше Балтиэля, и её знания математики были безупречны, причём она могла продемонстрировать их практически мгновенно. Никто не перебивал другого участника, подумал Сенкови, но Хан, по крайней мере, была вовлечена в происходящее.

– Значит, колонисты будут жить на кораблях, – предположил он. – Или они будут жить рядом с вашими инопланетянами, и как это будет выглядеть через три-четыре поколения? Вы думаете, все будут ответственными соседями?

– Это очень пессимистичная оценка человеческого духа, – возразил кто-то. Сенкови выяснил имя этого человека – Спарк, – и получил справку, в которой говорилось о надёжной компетентности, но без выдающихся способностей.

– Я с этим согласен, – легко прервал Балтиэль. – Мы не знаем, какой будет политическая обстановка среди любых колонистов. И лица людей показывали, что старые новости с Земли были в центре внимания у большинства. Любые новые прибывшие могут оказаться волной идеологических фанатиков, пришедших практиковать свой фанатизм вне досягаемости своих врагов на Земле. – Мы не знаем, какие у них будут приоритеты, – продолжил Балтиэль. – Мой приоритет – сохранить то, что мы обнаружили здесь, и изучить это. Я отправлюсь на независимом модуле с Эгейского моря, чтобы оставаться на орбите вокруг 834h. Я ищу добровольцев для этой команды. Мистер Сенкови имеет мою поддержку в попытке терраформирования Тесс 834g, и он получит основную часть ресурсов корабля для этого. Он также будет искать добровольцев, и я могу гарантировать, что, когда мы наконец получим новости с Земли или передадим их туда, именно его команда будет иметь будущее в сфере терраформирования.

Хотя это, конечно, не так интересно, как изучение летающих медуз, – заключил Сенкови, – но он не мог сказать, что Балтиэль не дал ему честного шанса. Сам он уже обдумывал технические трудности оживления ледяной планеты.

В конце концов, к нему присоединились Мейлем, Пуллистер и Хан, а Лортисс, вопреки оценке Сенкови, присоединился к команде Инопланетян. Три коллеги, по его мнению, – это, вероятно, на два больше, чем ему действительно нужно. В конце концов, машины будут выполнять основную работу.

– Один вопрос, – оживлённо