Водяной 3 [СИ + иллюстрации] - Константин Паули Страница 56

— Хорошо, есть у меня одна мысль…

— Здорово. Давай тогда подумаем, как он сможет контролируемо сбежать? — спросил я.

— Если отбросить пилу в пироге, лопату для подкопа и прочие требующие подготовки варианты, — рассуждала Василиса, — то ему нужен толковый помощник. Само собой, подставной. Тот, кто побежит, потянет его за собой. Но кто?

— Только двоедушник. Ты сама говорила, что дела двоедушников должны оставаться чем-то не выходящим за пределы «клуба».

— Ты и я не можем, — Василиса загнула пальцы. — Тамара тоже засветилась.

— Леший в больнице, к тому же он под угрозой, — продолжил перечисление я.

— Ну, вот у нас и кончились кандидаты на роль узника замка Иф, — развела руками Василиса.

— Как кончились⁈ — я показал пальцем в направлении подвала. — А как же наши молодые таланты? Ну, не все там молодые, Кузьме лет двести. Но он молод душой.

— Даже слишком, — возразила Василиса. — Да и с головой у него не всё в порядке.

— Он уже почти в порядке, рассуждает здраво, помог мне с коктейлями Молотова.

— Спасибо ему. Спасибо, на этом всё. Достаточно с него этой помощи.

— Руслан? — предложил я.

Василиса немедленно скривилась. Они с Русланом были как кошка с собакой. Для меня это было странная ситуация, ведь я легко находил общий язык с каждым из них. А они между собой — нет.

— Он же… раздолбай! — выдала, наконец, Василиса.

— Ну и что! Как это мешает ему помочь нам?

Василиса сидела, скрестив руки и какое-то время, молчала.

— Считаешь, он сможет?

— Да. К тому же, он часть нашего сообщества. Так уж получилось, что мы все поучаствовали в этом деле, остаётся только он. Он стреляный воробей, в жизни много где бывал.

— Ты про его опыт жизни в наркоманских притонах и арестах? — сощурилась Василиса.

— А хоть бы и так. Наверняка, он камеру не в первый раз увидит изнутри. Как оборотень, он стал чуть сильнее, как человека, его трудно чем-то удивить.

— А если фанатик поймёт, что он двоедушник?

— Ты же сказала, что артефактов у него не обнаружено?

Василиса уверенно кивнула.

— Ну, значит, не сможет. К тому же Руслан двоедушник совсем недавно, на чём-то косвенном, вроде старинных словечек он себя не выдаст. Ну и мы будем рядом, прикроем.

Василиса вздохнула.

— Вадим, я отдаю должное тому, что ты не так давно согласился на мою идею про «цветные сообщения». Поэтому готова, скрепя сердце, пойти тебе навстречу и согласиться на самоубийственную идею про побег. При условии, что мы продумаем детали, а Руслана уговариваешь ты. Инициатива за инициатором.

Я поднял голову и крикнул в направлении хода в подвал:

— Руслан! Русла-а-а-а-ан!

— А!

— Можешь подняться?

Послышались шаги. Руслан довольно быстро начал подниматься, однако увидев, что на первом этаже сидит Василиса, замедлил шаг и скорчил недовольное лицо.

— Привет, Василиса, — буркнул он, останавливаясь на середине комнаты. Перевёл взгляд на неё, потом на меня. — Мне кажется, ты смотришь на меня с подозрением.

Василиса сидела, скрестив руки на груди.

— Руслан, — я постучал пальцем по столу, привлекая внимание. — А как у тебя в школе, с таким упражнением, как метание гранаты, обстояло дело?

Руслан искренне удивился этому вопросу.

— Чего это ты вдруг вспомнил? — он почесал затылок. — Дефицит тем для разговора? Ты бы ещё про скворечники на уроках труда вспомнил⁈ Если подумать, то хреново у меня было с метанием. Прямо скажем, танк я могу подорвать, только если весь под него прыгну. Вместе с гранатой.

— Ладно, это всё мелочи, — отмахнулся я. — Главное — намерение, а не точность.

Я подвинул к себе лист бумаги и ручку, чувствуя себя генералом-тактиком перед решающей битвой, у которого из армии — только толпа бывших каторжан.

Ручкой я стал чертить схему опорника. Получалось не очень. Художник из меня от слова «худо».

— Руслан, присядь, пожалуйста… С чего бы начать… Я прошу тебя о помощи.

— Ну, я — без проблем, Вадим. Ты меня приютил, столько всего для меня сделал, — говоря это, Руслан бросил на Василису подозрительный взгляд.

— Ты не спеши. Речь не идёт о том, чтобы с котиком посидеть или там, фикусы полить, пока я буду в отпуске. Вопрос серьёзный. Для понимания расскажу тебе, кто такие фанатики.

Руслан вздрогнул:

— Не надо. Мне Кузьма уже в красках их расписал. Сэкономь время, давай к сути.

— К сути? В посёлке завёлся фанатик, его поймала полиция, но за мелкий поджог. По некоторым причинам нам надо, чтобы он сбежал.

— Вы ему помогаете? — нахмурился Руслан.

— Наоборот. Грубо говоря, мы его подставляем.

— Это звучит намного лучше, — обрадовался оборотень. — А в целом? Что почём? Расскажете, кто из себя этот фанатик, в двух словах. Что за ситуация с ним?

— Нет, — нахмурилась Василиса. — Я тебе не доверяю. Мы не можем рассказать тебе всю историю, в целом.

Руслан отзеркалил её жесты и тоже сел, скрестив руки.

— Вот когда ты об этом говоришь, Василиса, звучит обидно. Типа, я должен заслужить доверие.

— Руслан, ты не должен ничего заслуживать, — попытался проявить дипломатический талант я.

— Да ладно, ладно. Сделаю это ради тебя, Вадим, — Руслан повернулся к Василисе и показал ей язык.

Это было так неожиданно, что у Василисы расширились глаза.

— Короче, господа присяжные заседатели, — провозгласил я, подвигая вперёд рисунок. — План у меня такой…

* * *

Дверь опорника с грохотом распахнулась, будто её ударили ногой.

Василиса втолкнула внутрь помещения Руслана с такой силой, что тот чуть не упал на колени. У него был подбит глаз, причём синяк уже начал наливаться, но парень ухмылялся, как будто только что выиграл в покер.

Позади них оставалась открытая дверь, и через неё, медленно, осторожно и незаметно, вдоль пола — левитировала камера наблюдения, автономная камера наблюдения, которую я «нёс» при помощи капель, скрывая свои манипуляции за спинами своих товарищей.

— Иди давай, нарколыга, — бросила Василиса недовольным голосом, причём говорила она эти слова искренне, вкладывая в него всю накопившуюся неприязнь к Руслану.

— Давайте без оскорблений, мадемуазель, — отозвался Русик,