Водяной 3 [СИ + иллюстрации] - Константин Паули Страница 10

— Нашли в обережном круге? — уточнил я.

— Да. Всё произошло прямо в конюшне, в магическом круге, в присутствии шокированных лошадей.

Она передёрнула плечами.

— А дед-конюх всё это время был в жилой части комплекса. Телевизор смотрел.

— Ничего не видел, ничего не слышал? — уточнил я, хотя картина была ясна.

— Да, именно так. Как я и говорила, конюх плохо видит, не очень хорошо слышит, соображает тоже не блестяще. Возраст. А когда вышел покормить лошадей — нашёл тело, вызвал полицию. Что касается следов от машины… — Василиса вздохнула. — Там двор не асфальтированный. Грязь, месиво. Столько протекторов наслоилось, что эксперт-криминалист просто руками развёл. Ходил, матерился, фотографировал. Есть шесть вероятных образцов, и ни один ничем не примечателен. Обычная резина, какая стоит на половине внедорожников края.

— Что мы имеем? Мужчина, роста выше среднего, телосложение тоже без особенностей, плюс машина. Это, мягко говоря, широкий круг подозреваемых, — заметил я, барабаня пальцами по рулю. — Я, например, тоже ношу синюю куртку. И тоже подхожу под описание «высокий парень».

Василиса смерила меня оценивающим взглядом.

— У тебя ещё и машина есть. «Большая», — саркастически улыбнулась она.

— Но-но, — я погрозил ей пальцем. — Что за намёки, гражданин помощник участковой? Я сейчас пряник заберу. Будешь пить чай с почтовыми квитанциями.

— А ты не заводись, — возразила она, но в глазах мелькнула теплота. — Я же понимаю, что ты не фанатик. У тебя алиби железное — ты у меня на виду, да и ты не по ту сторону баррикад, чтобы дворовых по конюшням резать. Но полиция-то ищет не фанатика, знающего ритуалы, а маньяка. Для них это серийник, поехавший крышей. Они будут искать кого-то, кто ненавидел экотуризм или имел зуб на старика.

— Но мы-то знаем, что для фанатика личная причина и не нужна, — подытожил я. — Если он гастролёр, то может быть уже за Ростовым. А может, сидит сейчас в кафе в Усть-Алкостре и трескает борщ.

В это время со мной на связь вышел Мегалит, мой личный стационарный артефакт, к которому нет инструкции, мой источник силы и моя головная боль в прямом и переносном смысле.

Мегалит связался со мной безэмоциональным системным сообщением.

АДМИНИСТРАТОРУ. СООБЩАЮ, ЧТО ДВОЕДУШНИКУ ГРОЗИТ ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ.

И всё. Ни пояснений, ни приписки, ни геопозиции. Сообщение оборвалось так же резко, как и началось, оставив после себя лёгкий звон в ушах и привкус железа во рту. Мегалит отключился от меня так же резко, как сервер от второстепенного устройства.

Я моргнул, возвращаясь в реальность. Видимо, я выпал из неё на пару секунд, потому что Василиса смотрела на меня с тревогой:

— Ты чего завис? Почему глаза стеклянные стали?

Я глубоко вздохнул, прогоняя остатки неожиданно принятого сигнала:

— Да… Тут такое дело. После того как Тамару похитили, а я об этом ни сном ни духом, потому что меня не было рядом… Я тогда потолковал с Мегалитом. На правах, так сказать, управляющего.

Василиса приподняла бровь:

— И?

— И он пообещал сообщать, если кому-то из двоедушников, проживающих на нашей территории, будет грозить опасность. Типа система раннего оповещения.

— И что сейчас?

— Ну, что сказать? — я развёл руками. — Вот, получил сообщение. Прямой эфир из мира Мегалитов. Только оно лаконичное, как телеграмма. Ни имени двоедушника, ни координат, ни насколько эта опасность реальная, ни от кого исходит. Просто: «Грозит опасность». Может быть, Кузька украл самогон и сейчас пьёт с Русланом вусмерть, и опасность грозит его печени. А может, тот самый парень в синей куртке точит нож.

Василиса покачала головой:

— Ты знаешь, что Мегалит не шутит и не обманывает. У него нет чувства юмора, это штука хтоническая. Ты вообще по степени владения им пока примерно, как питекантроп с компьютером.

— Это в тебе зависть говорит, — отмахнулся я, хотя в глубине души знал, что она права. — Я учусь. Сам, никто не подсказывает. Например, ты не подсказываешь, хотя могла бы.

Василиса на долю секунды закатила глаза и мой достаточно прямолинейный намёк проигнорировала.

— Давай так, — Василиса сдвинула брови, как делала в моменты раздумий. — Методом исключения определим. Кто у нас есть? Мы с тобой вроде бы в порядке. Сидим в машине с пряником и квитанциями. Никто на нас с ножом не несётся. Согласен?

— Кто у нас есть ещё? — подхватил я, перебирая в уме особенных обитателей нашего посёлка.

— Тамара, — подсказала Василиса.

— Я сегодня её навещал, только что от неё. С ней все в порядке, сидит дома, чай пьёт, никого не трогает. Да, вид имеет болезненный, но она вне опасности.

— Дальше, — подбодрила меня Василиса.

— Руслан с Кузькой. Эти два оболтуса. Руслан, хоть и бывший человек, но сейчас вполне себе магическая единица, а Кузька — домовой опытный.

— А почему ты про них обоих речь завёл, объединил? — спросила Василиса.

— Потому что они у меня дома, дружно играли на «плейстейшене», когда я уходил. Ведьмак. Они тоже, по идее, в нормальном состоянии. Дом закрыт, лбы здоровые, на своей территории час назад были в полном порядке.

— Ох, уж этот мне Руслан, — вздохнула Василиса. — Оборотень-наркоман. Куда катится мир двоедушников?

— Всегда так было. Нашими становились либо слишком хорошие, либо слишком плохие, либо же те, кому не повезло, — я вздохнул. — Получается, я всех перечислил? Ты, я, Тамара, Руслан, Кузька. Всех собрал?

Я замолчал. Я ещё не признавался ей, что являюсь владельцем завода и что Макс Бобр держит меня в курсе по миграции двоедушников на нём. Сейчас там никого «особенного» не должно быть. Такие вот у меня маленькие секретики.

Василиса посмотрела на меня странным взглядом.

— Не всех, Вадим. Ты плохо знаешь свои владения и их обитателей.

— В смысле? — не понял я.

— Есть ещё леший.

Я чуть не поперхнулся воздухом.

— Леший? Что? У нас есть в Колдухине леший? Настоящий?

— Нет, китайская подделка. Мы посёлком скинулись и на «алике» купили со скидкой. Ну, конечно, настоящий!

— Но леса-то нет?

— Это тут при чём?