Агент «Коршун» - Жозефина Лорес Страница 26

— Дурак ты последний, Алекс, — сказала она мягко.

— Совсем не романтик. Но… от такого оберега не откажется ни одна уважающая себя ведьма.

Она повертела рукой, наблюдая, как камень ловит слабый свет из окна и отбрасывает на стену зеленоватые блики.

— И мое ведьминское чутье, как видишь, не подвело. Я завершила все дела в Эдинбурге. Подписала бумаги об увольнении из нашего отделения МАБР неделю назад. Сдала квартиру.

Она посмотрела на меня прямо, и в ее глазах не было ни иронии, ни шутки. Только та самая стальная решимость, которую я видел у нее на расследованиях.

— Я давно поняла, что остаток жизни я проведу где-то в российской Сибири. Рядом с тобой.

У меня перехватило дыхание. Комната поплыла. Я слышал слова, понимал их смысл, но мозг отказывался верить.

— Ты… что? Когда?

— На тот Самайн, — ответила она просто, отводя взгляд к окну, за которым начинался московский рассвет.

— В Шотландии. Когда мы с тобой говорили о будущем, а ты все молчал и смотрел куда-то внутрь себя. Я все же ведьма. Я вижу нити. Мои нити вели сюда. К тебе. А потом — туда, на восток. Очень далеко.

Я обнял ее так сильно, что кости затрещали. Зарылся лицом в ее волосы, и она, смеясь и плача одновременно, гладила меня по бритой голове.

— Ты сумасшедшая, — прошептал я хрипло.

— Совершенно сумасшедшая.

— Вполне возможно, — согласилась она.

— Но это мой выбор. И я его сделала.

Потом я вспомнил. Осторожно отпустил ее, снова полез в тумбочку. Достал распечатку электронных билетов. Москва — Иркутск. На послезавтрашний день. На двоих.

Илса взяла листок, просмотрела его.

— Ну что ж, — сказала она деловым тоном, будто обсуждала план очередного расследования.

— Значит, летим. Тебе нужно уладить дела с работой?

Я кивнул.

— Да.

На следующий день я ехал в офис на Садовом кольце. Лифт поднял меня на восьмой этаж неприметного бизнес-центра. Здесь, за вывеской «Консалтинговая группа «Марс и Меркурий», располагалось московское отделение международного Магического Агентства Быстрого Реагирования.

Наш босс, Виктор Сергеевич, человек с душой старого чекиста, выслушал меня, не перебивая. Он сидел за своим идеально чистым столом, сложив пальцы домиком, и его взгляд, острый, как шило, буравил меня.

— Увольняешься, — повторил он без интонации, когда я закончил.

— В связи с семейными обстоятельствами и… изменением места жительства, — выдавил я официальную формулировку.

— Изменением места жительства, — он повторил снова, будто пробуя фразу на вкус.

— На Байкал. К деду-шаману. Для… инициации.

Конечно, он все знал. В МАБР не берут с улицы, досье на каждого агента — объемнее диссертации, а на таких, как я, с нестандартными наследственными способностями — вдвое толще.

— Алексей, — Виктор Сергеевич снял очки, медленно протер их платком.

— Ты — ценный кадр. Очень ценный. Ты хочешь все бросить?

— Пока я не пройду инициацию, не войду в полную силу, я здесь бесполезен, — сказал я твердо, глядя ему в глаза.

— Хуже того — опасен. Для себя и для окружающих.

— Опасен, — повторил Виктор Сергеевич, надевая очки.

Их стекла сделали его взгляд нечитаемым.

— Я понимаю. С точки зрения логики и безопасности — ты прав. С точки зрения агентства — мы теряем специалиста. Возможно, навсегда.

Он откинулся в кресле.

— Ты знаешь, что такое «незавершенный ритуал» с точки зрения нашего устава? Это статья 17, пункт «г». Состояние, требующее немедленного отстранения от оперативной работы и помещения под наблюдение. Фактически, ты без инициации с натяжкой можешь подпадать под этот пунк. Ты работаешь в нарушение регламента. Я, как бы, закрывал на это глаза. Потому что ты справлялся. Меня все устраивало.

Он пожал плечами.

— И теперь ты собираешься в Сибирь. Хорошо. Я не буду тебя останавливать. Но работа просто так тебя не отпустит.

Он выдвинул ящик стола, достал папку с грифом «Для служебного пользования».

— Первое. Ты не увольняешься. Это будет — длительный отпуск по семейным обстоятельствам. Сроком на один год. За тобой сохраняется доступ к базе знаний, к закрытым архивам. На случай, если тебе понадобятся… справочные материалы о местных духах, истории региона, артефактах.

Он открыл папку. Там лежал толстый конверт и несколько документов.

— Второе. Ты остаешься внештатным консультантом МАБР. С символическим окладом. И некоторыми обязанностями. Если на Байкале или в прилегающих регионах возникнет инцидент, попадающий под нашу юрисдикцию — аномальная активность, необъяснимые явления, возможное вмешательство неучтенных сил — ты будешь нашим первым контактом. Первым агентом на месте. Пока не прибудет группа. Это не обсуждается.

Он положил ладонь на конверт.

— Третье. И самое главное. Ты проходишь инициацию. Ты входишь в силу. Но ты не уходишь в тайгу отшельником. Ты не становишься… только шаманом. Ты остаешься агентом МАБР. Твои новые способности — на службе у агентства. Это не просьба, Алексей. Это условие сохранения твоего статуса, доступа, защиты. И… — он сделал паузу, — Илса работает с тобой. У нас же. Ведьмы вечно во что-нибудь вляпаются… пусть уж на службе.

Я молчал. Его условия были жесткими и… честными. Он не выкидывал меня за борт. Он бросал спасательный круг, привязанный крепким канатом к кораблю.

— А если инициация не удастся? — спросил я тихо.

— Если не смогу принять дар? Не справлюсь с ним?

Виктор Сергеевич снова снял очки.

— Тогда, — сказал он без эмоций, — тогда мы будем решать вопрос о твоем дальнейшем статусе. Возможно, о помещении под наблюдение. Для твоей же безопасности. Но давай не будем загадывать плохое. Твой дед — последний настоящий шаман в своем роду. Он готовил тебя, он поможет.

Он протянул мне конверт.

— Здесь — документы, я подписал. Контакты коллег в Иркутске и Улан-Удэ. Наличные. На обустройство на новом месте. Не спорь.

Я взял конверт. Он был тяжелым.

— Спасибо, Виктор Сергеевич.

— Не благодари. Просто прими силу. Теперь иди. У тебя, я полагаю, еще много дел.

Я вышел из кабинета, чувствуя странную смесь облегчения и новой, более сложной ответственности.

Вернувшись домой, я застал Илсу за перебиранием вещей. Квартира напоминала поле боя: сумки с гаджетами, сложенная одежда, коробка с мелочами.

— Ну как? — спросила она, не отрываясь от сворачивания свитера.

— Не уволился. Отпуск. На год. С условиями.

Я коротко пересказал разговор с начальством. Илса выслушала, кивая.

— Логично. Они не могли просто так отпустить такой актив.

— Консультант, а ты моя верная напарница, — добавил я.

— Да, конечно, — она усмехнулась.

— Консультант с правом ношения бубна и вызова духов. А рядом