Шрамы седьмого чародея - Алессандра де Амальфи Страница 3

– Точно! – воскликнула она, вскакивая с постели, и махнула рукой стражнику, мол, дальше разберется сама. – Там же… этот… в общем, герцог просил вас об аудиенции, помните? Вы уже два раза переносили встречу. Полагаю, можно перестать испытывать его терпение, раз Эгельдор проснулся.

– Встреть герцога, – кивнул Фабиан. – Я скоро буду.

Раздался тихий скрип, и комната утонула в тишине. Король молчал. Я не знал, что сказать. Вопросов накопилось столько, что никак не удавалось понять, есть ли среди них и правда важные. Сколько бы времени я ни провел в постели, кажется, я упустил слишком много. Все вышло из-под контроля, ничто не поддавалось объяснению. Гордая божественная сила Фабиана оттолкнула меня, не позволив себя вобрать, чтобы облегчить его ношу, так почему же ему стало легче? Почему он обрел над ней власть? И что мешало сделать это в прошлых мирах? Впрочем, на эти вопросы он ответить не мог.

– Прочтешь?

Фабиан указал на торчащее из-под подушки послание. Я коротко кивнул. В следующую секунду он уже развернул лист и подал мне.

«Ну что, принцесса в башне, у меня есть новости.

Ты не успел устроить все так, чтобы меня пустили к архивам, но теперь я уверен – это необходимо. Встреться со мной. Или договорись, чтобы я смог тебя посетить, когда наконец выспишься.

Твое созвездие кое-куда меня привело».

– Мне стоит знать?

– Пожалуй, – признался я. Их общее прошлое теперь ставило под угрозу всю затею. Больше не хотелось выводить Фабиана из себя… да и не нужно было. – Могу я попросить о назначении Тобиаса моим личным стражником?

Фабиан чуть потряс головой, как будто это могло помочь ему что-то осознать.

– Есть и более опытные.

– И все же?

Он думал лишь пару секунд, будто ради приличия, а затем пожал плечами и кивнул.

– Как пожелаешь. – С моих губ сорвался шумный выдох. – А что… а, ты же стал свидетелем его пьяной выходки. – Фабиан хмыкнул, поглаживая подбородок. – Признаться, я на него не злюсь. Уже нет. Все это произошло так давно и было так глупо, что сейчас мне стыдно за свое поведение. Просто из-за… ты сам знаешь, из-за моих… сил сложно было сдерживать эмоции. Давно стоило вернуть ему место. Он хороший воин. А когда-то и другом был неплохим.

– Ты слишком строг, – улыбнулся я. – К вам обоим.

– Этого требует трон.

Что ж, справедливое замечание. Держать подле себя тех, кто может подвести, чревато переворотами, бунтами и обеднением казны. А королей мало кто способен держать в узде – редкие советники и жены могут похвастаться хоть каким-то на них влиянием.

Значило ли это, что отныне все… предотвращено? Повсеместный ужас, разрушения, смерти – все, что я видел и от чего бежал? Лейфт не сумел поразить его сердце красотой Иветт, а Редрами не подбила развязать войну ради мести. Краарис не обольстила возможностью забрать тысячи жизней, а волны Нетрикс не помогли потопить прибрежные города. Все, казалось, встало на свои места.

И все же предзнаменование будущих бед витало в воздухе, словно само будущее замирало, ожидая моего следующего шага.

Восемь звезд все еще красовались на чьем-то гербе.

Глава 2

Землю уже три дня как окутало снежной вуалью, когда я наконец сумел встать без страха, что ноги подогнутся и на лице появится еще один постыдный синяк. В Тэлфорде редко бывало так холодно, и в какой-то миг, стоя перед окном, я замер, посчитав, что остров плотным ковром устлал пепел… пока дети на дороге не начали играть в снежки.

Слуги перенесли в мое временное пристанище часть моих вещей, так что при первой же возможности я скинул пропитавшийся лечебной мазью халат и принялся переодеваться. Старался при этом не слишком рассматривать покрытое увечьями тело, чтобы не понять, какую боль должен испытывать. Магия частично вернулась и притупила ощущения, поэтому я предпочитал думать, что здоров – если не полностью, то хотя бы физически, – а значит, могу действовать решительно и самостоятельно.

Вот только король, по-видимому, так не считал.

– Ваше сиятельство, приказа выпускать вас из покоев я не получал, – отчеканил стражник, дежуривший у двери. Голос из-под забрала и сам казался металлическим.

– Попросите его величество впредь различать пленников и гостей. – Я отмахнулся, попытался пройти, но путь тут же преградили скрещенные копья. Хватило одного взгляда, чтобы доспехи стражника зазвенели, забившись друг о друга, и он опустил оружие. Второй дежурный, чуть подумав, поступил так же. – Премного благодарен.

Я накинул капюшон и постарался поскорее убраться оттуда, но в ногах загудело; пришлось замедлиться. Сколько же той гадости попало внутрь меня, раз требуется так много времени, чтобы вновь стать собой?

– Говорил же, что он жуткий, – раздался позади тот же скрежет.

– Да ты затрясся еще до того, как он тебе слово сказал.

– А ты чего язык в жопу засунул, раз такой смелый? Поговорил бы сам!

Чудо, что хотя бы нужное впечатление я все еще производил.

После тщательно протопленных покоев коридоры показались ледяной тюрьмой, но все слуги, что встретились мне на пути, выглядели в разы счастливее, чем прежде. Неудивительно: жители замка редко покидали его в такой мороз, поэтому дел у работников оставалось мало – принести еду да искупать. Последнее некоторые, конечно, могли бы делать сами, но это лишило бы их основной доли развлечений в столь скучные дни.

Отыскать место, где держали Иветт, оказалось в разы проще, чем я полагал, – достаточно было прийти туда, где мы делили постель, или обратить внимание на дверь, около которой толпилось больше всего стражи.

– Думаете, двое ее не удержат? – усмехнулся я.

Стражники, поначалу вальяжно оглянувшиеся, вдруг выпрямились и ударили об пол древками копий.

– Никто не знает, чего от нее ждать, ваше сиятельство! – отчитался тот, что был выше. Неужто они выбирали главного по росту? – Рады видеть вас в добром здравии!

– Добром, как же… Позволите?

Я кивнул на дверь, и все тут же расступились, освобождая дорогу. Эти оказались посообразительнее.

В комнате Иветт пахло пряным маслом и чем-то горьким. Я ожидал, что увижу вместо цветущей юной девы ее убитую горем, потускневшую тень, но на пуфе перед зеркалом сидела прежняя леди Дюваль – розовощекая, почти светящаяся. Когда она заметила меня в отражении и широко улыбнулась, дыхание на секунду сперло, будто легкие снова наполнились пыльцой.

– Эгельдор!

Расческа выпала из рук, задела какую-то из многочисленных баночек на полке, и та с грохотом разбилась. Иветт даже не дрогнула: неподвижно смотрела на