Фред Саберхаген - Книга мечей Страница 96

Животные, напуганные рыскавшим вокруг драконом, оборвали привязи и убежали. Радулеску обязал пятерых погонщиков молчать до самого возвращения в храм. Взяв с солдат ужасные клятвы, он отвел их к тому месту, где ожидала кавалерия. Наемники хотели ликвидировать погонщиков, но он запретил им это. Радулеску знал, что солдаты пригодятся для дальнейших допросов.

Председатель перешел к рассмотрению очередного аспекта ситуации:

— При подводном осмотре той части берега был обнаружен помятый шлем с инвентарным номером нашего гарнизона. К сожалению, мы не уверены, что он принадлежал пропавшему погонщику.

Радулеску поднял брови.

— Позвольте спросить, господин председатель. А магическое обследование шлема проводилось?

— Да! Конечно.

— И оно не указало на принадлежность шлема какому-то конкретному лицу?

Председатель пристально взглянул на него.

— К сожалению, нет. Работе помешали вредные влияния.

— Влияния?

Радулеску почувствовал отчаяние. Все обстоятельства складывались против него. Очевидно, председатель тоже колебался с принятием решения. Но он принял его.

Верховный жрец поднялся с кресла и подошел к стене, на которой висела большая карта. На ней не было отмечено местоположение сокровищницы, но глаза Радулеску тут же отыскали эту точку близ береговой черты. Председатель поднес указку — не к тому месту, где располагалось хранилище, а к соседнему участку суши.

— На другой стороне узкого пролива находится мыс. Вы видите, кому принадлежит эта территория?

Мыс выглядел маленьким цветным пятном, ничего не значащим для Радулеску. Он сверился со сноской внизу карты.

— Императорские земли! — Немного помолчав, он добавил: — Да, господин председатель, я начинаю понимать.

Это было смелым заявлением, и верховный жрец одарил его строгим взглядом. Возможно, он ожидал от Радулеску чего-то большего. Полковник начал путаться в словах.

— Император… Он наш противник?

Председатель аккуратно положил указку и, заложив руки за спину, прошелся перед картой.

— Мне кажется, вы ничего не поняли. Хотя я не виню вас за это. Откуда вам знать, что на самом деле происходит в мире? Впрочем, придет время, и вы узнаете… Как кандидат на продвижение вы войдете в совет, как только откроется следующая вакансия. И мы даже планируем пригласить вас на совещание с нашими высшими чародеями, где будет обсуждаться тема императора. Однако это предполагает условие, что в ближайшем будущем ваш статус не понизится по каким-либо причинам.

При упоминании о повышении честолюбивый дух Радулеску воспарил к облакам, но тут же съежился до нужного размера.

— По крайней мере, вы должны понять, что император не является мифом. Он — реальный фактор, с которым нам приходится считаться.

Реплика председателя не требовала ответа, и поэтому полковник промолчал.

— Я наметил провести это совещание в ближайшие дни. Если только нам ничто не помешает.

Верховный жрец вернулся в кресло. Его голос снова стал беззаботно веселым.

— Я считаю, что собранные нами доказательства позволяют сделать следующий вывод: солдат по имени Бен… Тут написано — Бен из Пуркиндж-тауна… Одним словом, мы можем предположить, что он нашел свою смерть в море — если только ему удалось убежать от дракона. Судя по рапортам и донесениям, этот солдат был довольно медлительным человеком, и вероятность того, что он уцелел при нападении дракона, довольно мала.

Председатель помолчал и задумчиво добавил:

— Мне хотелось бы задать вам вопрос. Как вы думаете, мы можем считать это дело закрытым? Я прошу вас учесть такие стандартные предосторожности, как, например, изменение чар для дракона и инвентаризация сокровищ. Скажите: все ли сделано для защиты хранилища?

Радулеску откашлялся. Имея за плечами немалый опыт, он сразу понял, что вкрадчивый вопрос содержал в себе какой-то подвох.

— Господин председатель, я полагаю, погонщики были допрошены?

— Конечно. Никаких намеков на заговор не выявлено.

Радулеску задумался.

— И, судя по вашим словам, вы уже провели инвентаризацию сокровищ?

Председатель кивнул.

— Я сам сделал это. В целях безопасности.

Помолчав немного, Радулеску скромно сказал:

— Меня беспокоят несколько моментов, господин председатель.

— Конкретнее, полковник.

— Умный человек, убегая от дракона, мог отбросить плащ в сторону и тем самым отвлечь внимание зверя. Исходя из того, что я слышал о драконах, такой маневр дал бы солдату небольшой запас времени.

— Судя по отчетам командиров, этот Бен из Пуркиндж-тауна был тупым деревенским увальнем. Как вам известно, мы не используем умных людей для транспортировки сокровищ.

— Вы правы, господин председатель. Но…

— Но — что?

— До этого случая я надзирал за тремя разгрузками. При транспортировке четырех обозов использовалось более двадцати погонщиков, и только один заподозрил неладное. Я имею в виду «неладное» с его точки зрения. По крайней мере, он был единственным, кто предпринял шаги для спасения своей ничтожной жизни.

Председатель помолчал какое-то время. Когда он наконец заговорил, его слова удивили Радулеску.

— Эти люди влачат жалкое существование. Я не понимаю, почему они так противятся смерти. Ведь она несет им избавление от страданий. Вы когда-нибудь размышляли над такими вопросами?

— Нет, господин председатель.

Верховный жрец выдержал долгую паузу и произнес:

— При подготовке к этой работе вас должны были предупредить, что в прошлом ваши предшественники неоднократно сталкивались с сопротивлением погонщиков.

— Да, господин председатель. Мне говорили о такой возможности. Я понял, что подобные случаи уже происходили в прошлом.

— А вам сказали, что надзирающим офицерам всегда удавалось решать возникавшие проблемы? Именно для этого вас снабдили мечом, а они остались без оружия!

Радулеску покраснел от стыда.

— Да, господин председатель. Я знал, зачем мне нужен меч.

— И что же нам делать, Радулеску? У вас было два месяца, чтобы подумать над этим. Какое решение вы приняли бы на моем месте? Возможно, мои слова удивят вас, но у меня в совете есть враги. Если я совершу какую-нибудь серьезную ошибку, они поднимут вопрос о моем смещении с поста верховного жреца.

Радулеску действительно думал о своей судьбе, но его мысли имели настолько сомнительный характер, что он не хотел произносить их вслух.

— Господин председатель, мы можем патрулировать территорию — хотя бы какое-то время. Я знаю, что прежде мы этого не делали, так как…