Граф Суворов. Книга 18 - Иван Шаман Страница 8

— Время истекло! — объявил я, и все замерли. — Не определившиеся и не попавшие ни в одну из команд выбывают. Прошу покинуть зал. Благодарю, что посетили наш вечер, и желаю вам приятной дороги домой.

— Но постойте, я же… — начал было возражать кто-то, но его вежливо и настойчиво проводили к выходу.

Хорошо хоть он сопротивляться не начал, осознав кто перед ним. А то пришлось бы применять силу. К счастью, из всех приглашённых таких нерадивых перебежчиков оказалось всего трое.

— Благодарю. Откройте свои флаги, сейчас вам выдадут конверты с первичным дополнительным условием. У вас будет полчаса, чтобы ознакомиться и провести совещания внутри команд. После этого вы должны будете решить, участвуете ли вы в дебатах, и подать заявку по форме Лиги Наций, — пояснил я, обведя оставшихся в зале. — В случае если вы посчитаете нужным, вы имеете право подготовить, заверить в канцелярии Лиги и передать третьим странам свои предложения, пожелания или ультиматумы. Всё на ваше усмотрение. Есть ли вопросы?

— Ваше величество, можем ли мы проводить тайные от Лиги переговоры? — встав и поклонившись, спросил князь Преображенский, мужчина сорока пяти лет, с аккуратно зачёсанными и тронутыми проседью волосами, в идеально сидящем деловом костюме. И при этом он оказался младшим в своей команде.

— Можете. Но для чистоты игры должны предоставить заверенные копии документов, чтобы после мы могли оценить вашу команду, — с улыбкой ответил я.

Вопрос был хорошим — мы закладывали его с самого начала, но задала его только одна команда, за что тут же получила балл. А ещё множество улыбок других дипломатов, которые уже начали заполнять бумаги ещё до того, как им выдали конверты с условиями. Потому что пустые бланки требовали стандартных оборотов и форм, которые ложились на бумагу легко и естественно, ведь намертво отпечатались в памяти за годы работы.

Стоило информационным пакетам оказаться на столах, как уже через пару минут передо мной лежало несколько официальных писем. Пять открытых и три секретных, которые мы вскроем только после игры. Быстро пробежав глазами по тексту и отбросив официальные формулировки, я завизировал все документы и передал для исполнения.

— Передайте приглашение к переговорам от Словении — Словакии, от Руси Киевской — Руси Новгородской и от княжества Ровелького — королевству Румынскому, — кивнул я, и слуги побежали разносить корреспонденцию.

Наряду с реальными государствами мы добавили несколько исторических и даже откровенно фантастических, чтобы разрядить обстановку и не привязываться к реальной геополитике.

— У вас ещё двадцать пять минут на формирование документооборота и переговоры при согласовании. Комнаты для них свободны, — предупредил я всех.

Рядом с каминным залом поставили несколько перегородок, достаточно тонких, так что, если прислушиваться можно было понять, кто и что говорит во всех. Своеобразная замена разведке, если кто-то догадается её применить. И тут меня сильно удивили — догадались сразу. Назначали переговоры и сразу уходили, подслушивать, что скажут другие. А я рассчитывал, что это произойдёт только на второй-третий раунд.

— Осталось десять минут, — предупредил я, мысленно подсчитывая объём уже исписанной бумаги.

Передо мной лежала стопка высотой сантиметров сорок, и это всего от десятка команд. И нельзя было сказать, что они зря переводили чернила. Просто в дипломатии даже чих требовал отдельного письма, трёх согласований и двух заверенных копий.

Приглашение к переговорам, ответ на приглашение, согласование предварительных условий — по два экземпляра от каждой стороны, согласование списка делегатов, времени и места. Протокол встречи, принятые на переговорах решения, список возражений — снова в двух экземплярах, по одному от стороны…

И ведь всё это было нужно. О существовании некоторых документов я до этого момента даже не подозревал, но с точки зрения документооборота всё выглядело безупречно. Стоило исчезнуть хотя бы одной такой бумаге — и переговоры уже можно было объявлять несостоявшимися.

— А я как-то словами обходился… — пробормотал я, глядя на стопку, которая росла буквально на глазах.

— Это потому что за тобой постоянно секретари бегают. И я не про твоего Ваську, — заметила Мария. — Всё, что ты говоришь, протоколируется, расшифровывается и превращается в императорские указы или распоряжения. Ни то ни другое не является обязательным к исполнению до подписания тобой в письменном виде. Но вспомни, сколько ты их подмахиваешь каждое утро?

— Да блин, сам себе работу увеличиваю, — вздохнул я, вспоминая бесконечные вереницы отчётов и приказов. — Хоть не всё подряд превращают в законы?

— Чувствую, дорогой, придётся тебе внимательнее читать, что подписываешь, — улыбнулась Ангелина, погладив меня по руке.

Но здесь я был спокоен. На самом деле читал я всё и старался вникать в каждую бумагу, насколько хватало образования и понимания. А если чего-то не понимал, не стеснялся задавать вопросы, вплоть до созыва профильной комиссии или целого комитета. Так что откровенно бредовых или случайных документов на мой стол всё же не попадало.

И всё же были бумаги, которые значились как проверенные и прошедшие экспертизу, с визированием несколькими доверенными лицами. К таким у меня вопросы если и возникали, то исключительно редко. Разве что теперь приходилось больше внимания уделять бюджетным делам, которые раньше держались на Инге. Но это была едва ли не самая незначительная из проблем, связанных с её потерей.

— Время истекло. Прошу отложить письменные принадлежности. Верните все переговорные группы за столы, — приказал я, и слуги прервали продолжавшиеся совещания. — Предварительные итоги были учтены и запротоколированы. Переходим к следующему раунду. Раздайте новые вводные.

А вот теперь многие нахмурились, а некоторые принялись перечитывать новые вводные по несколько раз подряд. Ну ещё бы. Первый пункт касался мирного времени: кому-то нужно было сформировать торговый альянс, другим добиться снижения пошлин, третьим увеличить поставки определённых товаров, настаивая на лучших условиях.

Вторая была более жёсткой. В зависимости от того, сумели ли они добиться успеха в первом раунде, теперь нужно было озаботиться безопасностью страны. Но не всем. Некоторые продолжали торговую политику, оказавшись в относительной защищённости вдали от потенциальных угроз, и теперь могли выиграть на обеспокоенности соседей или будущем конфликте. Если он произойдёт.

— Время второго раунда — полтора часа. Переговорные будут работать в прежнем режиме. Разговоры между странами вне переговорных будут штрафоваться, — предупредил я, и несколько обернувшихся к соседям дипломатов тут же отвернулись. — Удачи вам, господа. Начали.

Стопка документов передо мной выросла едва ли не вдвое. При этом и тайная переписка также увеличилась в разы. Несмотря на то что времени было предостаточно, один из дипломатов попросил дополнительные листы и с удивлением услышал, что они стоят небольшое количество баллов.

Мы долго думали, как