Немертвые самураи - Баптист Пинсон Ву Страница 8

самурая, служившего немногим более важному самураю, у мелкого правителя клана Мори. Они посылали меня в битву за битвой, с того времени как я мог назвать себя мужчиной, и, заключая союзы, предавая, терпя поражения и так далее, я служил разным лордам. Затем в один прекрасный день все это прекратилось, и я тоже мог бы написать это на своем эма, — сказал он, указывая на дощечку Ронина. — Я участвовал более чем в тридцати битвах и ни разу не был убит, хотя, можно сказать, я так и не добился ничего стоящего упоминания, кроме того, что выжил. Все, на что я сейчас надеюсь, — это не умереть без хозяина. Вы поможете мне, Ронин?

— Вы спасли меня раньше, — ответил Ронин, — это я должен просить вас о помощи.

— Я сомневаюсь, что он бы…

Мужчина, бегущий прямо в их сторону, остановил Таро Дайсуке на полуслове. Оба воина опустили головы и потянулись к рукоятям мечей, но быстро поняли, что в этом нет необходимости. Это был еще один беглец, и Ронин узнал его; самый молодой из трех головорезов.

— Помоги мне, помоги мне, — умолял он, хватая Ронина за край поношенной рубашки, задыхаясь и с расширенными от страха глазами. — Не дай им добраться до меня, пожалуйста. — Его лицо было забрызгано каплями крови, судя по всему, не его.

— Где твои друзья? — спросил Ронин.

— Они… ради всего святого. — Молодой головорез внезапно побледнел. Ронину показалось, что его вот-вот вырвет, но он сумел сдержаться. — Они мертвы. Все произошло так быстро. Секунду назад они стояли там. Мы даже поймали одного из тех бандитов, и здорово его отделали. Мы смеялись, а потом они появились, и, и…

— Еще бандиты? — спросил Дайсуке.

— Нет, не люди, это были не люди. Они, они… — Молодой человек с трудом сглотнул, его взгляд вернулся к смертям его друзей. — Я бежал. Я просто бежал.

— Ты молодец, — сказал старый воин, опуская руку на плечо молодого человека. — Солдат сказал, что мы должны покинуть гору, если хотим быть в безопасности.

— Где это произошло? — спросил Ронин, думая избежать встречи с тем, кто убил друзей молодого головореза.

— Вон там, — сказал он, поворачиваясь и указывая по прямой линии на вершину горы. Ронин услышал, как щелкнула тетива лука, сбрасывая напряжение, затем звук выпущенной стрелы, вонзившейся в глаз молодого человека. У того даже не было времени закричать.

— Дерьмо! — рявкнул Дайсуке, когда в тело молодого бандита вонзилось еще несколько стрел. Он и Ронин разделились, чтобы найти укрытие за двумя деревьями. Последний лук выпустил стрелу, которая попала в мертвого молодого человека, заставив его упасть навзничь на ковер из коричневых листьев.

— Ронин, как ты? — спросил Таро Дайсуке.

— Лучше, чем он, — ответил Ронин. — Вот тебе и возможность благополучно спуститься вниз.

— Он обернулся, — крикнул старый воин. Казалось, он осознал внезапную тишину, потому что его следующие слова прозвучали тише. — Они подождали, пока он поднимет глаза, как будто снова собирается подняться.

Ронин выглянул из-за своего дерева, чтобы взглянуть на тех ёкаев, которые следовали правилам людей и с выдающимся мастерством стреляли из лука. Они двигались медленно, бесшумно, в тени деревьев. Ронин увидел существ, передвигающихся скорее на корточках, чем стоя, с накидками из перьев и бараньими рогами, растущими из косматых голов. Они разговаривали, используя дребезжащие звуки и хрюканье, координируя свои движения при приближении к двум прячущимся воинам. Но, несмотря на все свое звериное поведение, они держали в руках длинные луки самураев или копья.

— Хотите вернуться? — спросил Ронин у Дайсуке.

Старый воин, надув губы, покачал головой:

— Я слишком стар. Спускаться с горы было бы тяжело для моих коленей.

Ронин улыбнулся в ответ. Дайсуке вытащил свою катану во время боя и теперь держал ее опущенной, в то время как он сам, конечно, не вынимал ее из ножен, пока не придет время нанести удар.

— Я насчитал троих, — сказал Дайсуке.

— То же самое.

Стрела отскочила от дерева, которое Ронин использовал для защиты, заставив его полностью спрятаться за ним. Они подходили все ближе. Теперь он мог слышать их дыхание, почти такое же прерывистое, как и его собственное. То тут, то там все еще раздавались звуки сражений, изредка стреляли тэппо. Ронин сделал Дайсуке знак, что он возьмет теми двумя, что слева, и обойдет дерево первым. Старый воин кивнул и повернулся, чтобы осмотреть другую сторону. Чтобы обмануть их, Ронин высунулся наружу там же, как и раньше, и чуть не получил стрелу в челюсть. Он немедленно зашел с другой стороны, выскочив прежде, чем лучник успел подготовить следующий выстрел. На мгновение он подумал, что, возможно, старый воин просто использовал его в качестве приманки, но услышал топот ног Дайсуке, который тоже выскочил из своего укрытия.

— Эй! — крикнуло одно из существ, указывая своим длинным копьем на Ронина, в то время как его товарищ готовил еще одну стрелу.

Ронин скорректировал курс, чтобы атаковать лучника, и чуть не поскользнулся на опавших листьях. Лучник уже менял стойку, медленно, методично опуская лук, как сделал бы любой мастер кюдо. Стоявшее рядом с ним существо с копьем выставило вперед свое грозное оружие, готовое пронзить приближающегося воина. Ронин свернул влево, в сторону копейщика, понимая, что никогда не доберется до лучника вовремя и что любой шаг сделает его более легкой мишенью. Казалось, он кружит вокруг них, но в то же время приближается, не сводя глаз с копейщика, давая понять существу, что идет за ним. Оба противника были сосредоточены на нем. Они хотели его жизнь, и один из них уже убил молодого головореза, так что на этот раз Ронин не колебался. Он услышал, как тетива натянулась до предела, и почувствовал, что стрела направлена в него. За долю секунды до того, как лучник выстрелил, лук наткнулся на копье его товарища, и два оружия столкнулись из-за разницы в досягаемости. Это был момент, к которому стремился Ронин, и его время действовать. Он переступил с ноги на ногу и бросился прямо к ним.

— Дерьмо, — сказал лучник, непроизвольно выпуская стрелу в пустоту леса поверх плеча Ронина.

Катана вылетела из ножен с быстротой молнии, пронзив копье и запястье существа в направленном вверх ударе, а затем рассекла лицо лучника на пути вниз. Второй не мог закричать, первый не мог остановиться. Копейщик упал на колени, держась за наполовину отрубленную кисть, по левой руке Ронина потекла кровь. Странствующий воин повернулся на правой ноге и вонзил острие своего меча в рот мужчины, потому что теперь он знал, что эти двое были не ёкаи, а