Как построить магическую академию? - Ксения Кис Страница 44

Кора ясеня пошла следующей. Крошила, роняла, слушала: если треск — значит мало, если шепот — угадала. Пена собралась в уголок, и я сняла его деревянной ложкой и бросила в огонь, чтоб не подсматривал.

Я взяла комфебру. С ней всегда тонко: она и лечит, и убаюкивает, смотря кто держит. Листья обмыла над котлом, чтоб капли ушли в общее дело, потом связала ниткой и окунула на счет «девять», не больше. На восьмом в воду упала капля смолы — чтоб слова держались, а не рассыпались. На девятом я вынула пучок, отжала зеленую горечь обратно.

Семена сонника слегка обжарила на железной ложке прямо на краю огня, когда они начали потрескивать — всыпала, дала им утонуть без помешивания. Если мешать — они обидятся и сделают все наоборот.

Воду приподняло, цвет ушел в болотный, потом всплыл в янтарь. Хорошо. Я добавила каплю меда — связать вкусы, и щепотку истолченного изумруда — ну, почти, это был зелёный шпат; камни любят порядок, даже если они дешевые. Прошептала названия: не те, что в травниках, а те, что шепчут бабки у печей.

Проверка — капля на ноготь. Если цвет не поменяется — рано. Если край чуть березовый — можно. Капля села, дрогнула, как пленка, на миг показала мне изнанку круга — и березовый край явился.

Я набрала в ложку побольше жидкости и медленно пошла к кусту, очень надеясь, что он сейчас не выпустит лианы и не побежит.

Куст, правда, уже выпустил лианы и хотел дать деру, но я начала шептать ему ласковые слова и успокаивать. Говорить, что понимаю, как ему тяжело столько веков нести груз магии, пообещала освободить его от этой ноши, и куст, вроде как, проникся.

Вылив на него поочередно девять ложек зелья и проговорив все необходимые слова я обернулась, в надежде, что Стайхон снова придет помочь, но дракона видно не было. Пришлось тащить котелок самой, но мне не привыкать.

Разложив в комнате вещи и пообещав себе когда-нибудь разобраться, я побежала в низ, чтобы узнать, нашли ли ребята новые лазы. Спойлер: не нашли. Видимо проход через кухню был единственным, ну или сыщики из нас не очень.

Мы с Ареей наскоро приготовили ужин, накормили ребят, я с помощью магии быстро перемыла тарелки и заперлась в комнате. Правда перед этим мы попросили портреты попробовать разбудить нас ночью, чтобы узнать, действуют ли чары куста или я не справилась. Или дело было вообще не в кустике.

В комнате я приняла душ, намазалась кремом и уже хотела лечь спать, как в зеркале показался рыцарь, уоторый теперь был Эдиком.

— Еще не ночь, — буркнула я, инстинктивно запахивая халат посильнее.

— Я знаю, но тебе надо подойти в зал.

— Зачем?

— Там что-то случилось? Тебя Стайхон зовет!

— Что еще у нас случилось? — закатила глаза я. — Ты всех позвал?

— Скорее, Стайхону нужна твоя помощь.

Больше я ничего не спрашивала, а лишь вскочила и побежала вниз, надеясь, что другие оказались расторопнее меня.

В зале меня и правда ждал парень, только вот его расслабленная поза намекала на то, что у него вообще ничего не случилось.

Парень удивленно окинул мой внешний вид. Ну да, он-то был одет, как всегда, с иголочки, и я… С мокрыми волосами, в старом, но уютном халате, без какого-либо намека на макияж, еще и в тапках.

— Зачем ты меня звала? — наконец спросил парень, и тут я обомлела.

— Я звала? Мне Эдик сказал, что у тебя что-то случилось.

— Эдик?

— Ну рыцарь с букетом…

— А, точно… Но мне Кирсина сказала, что ты очень просишь меня спуститься в зал. Что хочешь поговорить.

— По мне сейчас видно, что я хочу поговорить?! — разозлилась я.

— Нет, твой внешний вид говорит о том, что ты вообще не хочешь никого видеть, — Стайхон не смог сдержать усмешку. — Хотя ты и днем выглядела неординарно.

— Днем я шла варить зелье! В чем мне, по-твоему, это надо было делать? В бальном платье?

Стайхон снова улыбнулся, и в его исполнении это даже выглядело абсолютно не зло, но я уже завелась.

— Что ты улыбаешься?

— Пытаюсь представить тебя в бальном платье.

— И как? Не получается? Ну да, я же не драконица…

— Чего ты злишься? — Стайхон был таким расслабленным, таким довольным, что на его фоне я казалась злющей натянутой пружиной. Нет, не так, злющей, натянутой и страшенной пружиной.

Не знаю, почему его поведение меня так задевало. Хотя нет, почему сама ситуация меня так задевала. Мне всегда было плевать на мнение других. Но почему-то именно перед Стайхоном мне было неприятно появиться в таком виде.

— А чего мне не злиться? — сорвалось у меня. — Меня выдернули из ванной ради твоих, видимо, очень важных улыбок.

— Из ванной? — он приподнял бровь. — Тогда я ценю твое самопожертвование. Могла хотя бы полотенце на голову накинуть. Визуально было бы концептуальней.

— Угу. А тебе, видимо, концептуально родиться с ухмылкой? — я скрестила руки на груди. Халат шуршал, тапок на правой ноге угрожающе свисал с пятки. — Что вообще здесь за цирк, Стайхон? Кто кого позвал?

— Похоже, нас обоих развели, — он пожал плечами. — Эдик с Кирсиной, вероятно, нашли новое развлечение.

— И ты такой: «О, мне сказали, что меня зовёт она, — слетаю-ка с небес в зал, сверкающий и прекрасный»?

— Я, кстати, не летаю без повода, — лениво отозвался он. — Но если дама просит… Я вежливый.

— Дама сейчас выбросит тебя в окно, — сквозь зубы сказала я. — Вежливо.

Он усмехнулся. Опять спокойно. Слишком спокойно. Как вода в котле, за секунду до того, как у нее сорвёт крышку.

— Слушай, — протянул он, — ты, конечно, очаровательна в гневе, но, может, начнём с фактов? Ты не звала. Я не звал. Мы пришли. Мы посмотрели. Мы поссорились. Классика.

— Я ещё не ссорилась, — сказала я. — Но очень хочу.

— Это слышно, — кивнул он и сделал шаг ближе. От него, как всегда, пахло чем-то свежим и дорогим. А от меня пахло травами. И почему, чёрт возьми, я это заметила? — Подожди, я правильно понимаю, что тебе сказали, что я тебя жду, и ты понеслась сразу… В том, в чем была… — заломил бровь он.

— Он! Мне сказали, что ты в беде! Если бы ты просто меня позвал, я