Как построить магическую академию? - Ксения Кис Страница 43

— Мы поняли, — послышался из-за спины голос Стайхона. Я не заметила, когда он к нам присоединился, поэтому вздрогнула.

— Как ты слетал?

— Кроме деревни, которую и раньше видел, ничего не нашел. Никаких палаток, лагерей и прочего. Пытался поговорить с деревенскими, но меня, как увидели, снова испугались. И почему здесь драконы — диковинка?

— Потому что ваше величие сюда брезгует долетать. В общем, понятно, мы все делали не так. Крис прав, тут жили некроманты, которые явно в свое время заговорили территорию. Лик, тебе надо идти с Крисом, и Стайхона возьмите.

— А мы будем искать руны? — посмотрела на меня Арея.

— А надо ли? Ты слышала, что сказал Крис? Куст пытался его усыпить. Не в нем ли дело…

Мы все направились к кусту, который уже успел добежать обратно, но вот табличку «Не подходить. Пугается» скинуть не смог.

— Что с ним может быть не так? — вслух задумалась я, изучая растение.

— Это орнетог, мы его почти не используем, — задумалась целительница.

— Мы тоже, — кивнул некромант.

— А вот мы его часто заговариваем, так как он магически нейтрален, и на него можно наложить что угодно.

— Так, может, его и заговорили?

— Ты помнишь, сколько лет назад тут жили некроманты?

— А если они заговорили корни? — вслух задумалась я.

— Давайте его просто выкопаем и… — начал было придумывать план Стайхон, но уже первая фраза кусту не понравилась, потому как он дернулся и выпустил в нас сонную дымку, которая почти сразу начала действовать.

— Эй, не спать! — заорал Крис. — Неужели только боевиков учат сопротивляться подобному?

— И это мы добавим в общий план обучения, — уже ложась на траву, проговорил Лик.

— У меня в комнате… комфебрахий… — начала Арея, но тоже заснула, да и я отключилась следом.

Проснулась от того, что мне тычут какие-то листы в нос.

— Эй, что тут…

— Ура, и эта проснулась! Ну наконец-то!

Я села, непонимающе осмотрелась, поймала взглядом злющего боевика, попыталась на нем сфокусироваться, и только потом увидела вокруг других поднимающихся с земли товарищей.

— Сколько мы спали? — спросила, потирая спину.

— Часа полтора…

— Что? Почему так долго?! — заорали почти все.

— Да откуда я знаю, как эта ваша комфебра что-то там выглядит! Это уже пятые листы, которые я в вас тыкаю.

— Мда… Если тебя эта трава не берет, то почему же ты ночью спал?

— Потому что уставал. И потому что ночью все нормальные люди спят. К тому же чарам я могу сопротивляться, только когда сосредоточен, а не когда я довольный укрываюсь одеялом.

— Ох… — послышался голос Ареи, которая оценивала масштаб катастрофы, а именно осматривала, какие листья Крис успел натаскать из ее комнаты.

— В общем, я поняла, куст давно под заклятием. Скорее всего, бывшие хозяева ждали нападения, поэтому и правда заговорили его корни, а сами перед сном пили какое-нибудь противоядие. Твои предки, видимо, тоже так сделали, — посмотрела я на дракона.

— Вполне возможно, у нас дома даже амулеты специальные есть. Кстати, старинные.

— Не удивлюсь, если для этого места и сделанные. В общем, так, я сварю зелье, а вы идите искать другие ходы… — вздохнула я и поднялась.

Вернувшись в комнату, я первым делом привела себя в порядок после сна на траве и переоделась. Платье — на рабочую рубаху, плотную, с закатанными рукавами; юбку — потяжелее, чтоб искры не прожгли; поверх — выцветший кожаный передник с карманами. Волосы забрала под темный платок, затянула тугим узлом. На ноги — старые сапоги, те самые, что не жалко поставить в золу.

Мда, сложно назвать переодевание в такую одежду приведением себя в порядок, но что поделать. Да я даже комнату привести в нормальный вид не могу, все еще разруха, что уж о себе говорить...

С полки сняла низкую бутылочку с черной восковой пробкой. Отломила воск, губы уже скривились: запах хвои, полыни и чего-то аптечного, кусающегося. Сначала три капли на язык — терпкий ледок прокатился по небу, потом все же сделала маленький глоток. Настойка шибанула в горло, в глазах блеснуло. Выдохнула через зубы, фыркнула, капнула еще на запястья и под нос. Ну а что, не хочется же заболеть после такого сна, а эта настойка лучшая в своем деле.

Собрала все необходимые ингредиенты, распихав их по карманам, и прихватила три кованых штатива.

Котелок ждал под кроватью, где и положено ждать тяжелым, молчаливым вещам. Чугунный, с зазубринами на кромке, на дне — круг рунических царапин. Я поддела его крюком, прислонила к бедру, повела в коридор, стараясь не отбить себе коленку.

У самого выхода, прислонившись плечом к косяку, стоял Стайхон. Ни тени спешки.

— Тебе заняться нечем? — спросила я, не особенно вежливо.

— Почему же, — сказал он, и улыбка у него вышла какой-то уж слишком честной. — Но ты упрямо потащила железо одна. Не настолько же гордая.

— Я не гордая, я осторожная, — буркнула. — Это моя работа.

Он оторвался от косяка, одной рукой взял у меня котелок, будто тот был из перышек, и кивнул:

— Пойдем. Снаружи воздух чище.

Мы прошлись по коридору с портретами, ловя на себе странные взгляды и шепотки. И что они еще придумали?

Во дворе мы выбрали место под старой яблоней, недалеко от куста, но не прямо под ветвями — чтобы искры не зацепили. Я втиснула в землю три кованых штатива. По периметру посыпала толченой яичной скорлупой и щепотью соли — вода любит знать, где она хозяйка, а где — граница. Стайхон без слов подвинул сухой хворост, сложил пирамидкой, я щелкнула огнивом, добавила шепоток — и огонь пошел. На всякий случай дракон присел напротив, ладонью прикрыл ветру путь. Ну да, кому, как не дракону, договариваться с пламенем…

— Принесешь воды? — обратилась я к Стайхону. Ну а что? Все равно же пришел.

Он подал ведро из дождевой бочки. Я влила половину в котелок, добавила щепоть соли.

Пока вода собирала первые пузырьки, я разложила травы и корешки. Правильная комфебра рядом — корень синей валдры, скрученный, как кулак, кора ясеня тонкими лентами, горсть семян сонника — пусть спят чары, а не мы, — и немного смолы с темной стороны ствола.

Пока я все это раскладывала, а Стайхон молча наблюдал, вдалеке показались ребята, которым дракон, естественно, очень был нужен. Дракон вздохнул от усталости, а я от облегчения. Никогда не любила работать при свидетелях.

Ступка пострадала за свое дело: валдру надо было