Истинная для Императора. Любовь по приказу - Сима Гольдман Страница 34

Эта навязчивая мысль уже начала изрядно раздражать, но ничего поделать с собой всё равно не могла.

К вечеру седьмого дня моё терпение было на пределе. Я мерила шагами свою спальню, не в силах усидеть на месте. Вернулись мысли о побеге. Хотя бы в сад. Только чтобы почувствовать свободу, вдохнуть свежий воздух.

Но я останавливала себя. Арман рисковал жизнью, защищая меня. Может быть, сейчас он тоже в опасности. И это, казалось, в действительности и было причиной моего настроения.

В дверь постучали. Я замерла, надеясь, что это он…

Но вошла снова Хель с очередным подносом еды.

— Госпожа, ужин готов, — произнесла она, стараясь не встречаться со мной взглядом.

Я вздохнула и кивнула. Ещё один вечер в одиночестве. Ещё одна ночь без сна, в ожидании того, что дверь откроется и он войдёт.

Но дверь оставалась закрытой.

Поковырявшись вилкой, я отставила тарелку. Хеот быстро прибралась и пожелала спокойной ночи, а затем вышла, оставив меня одну.

Я взяла книгу со столика и улеглась на кровати. Вот такая странная императрица под замком…

Послышался “клац” с улицы. Я замерла, прислушиваясь. Звук повторился, как будто бы кто-то бросал камешки в окно.

Осторожно, стараясь не шуметь, я подошла и чуть отодвинула тяжёлую штору.

В саду было тихо. Только лакей и девушка из числа моих подружек-землячек сидели в беседке, о чём-то тихо переговариваясь.

Может, это просто ветер? Или птица?

Я вгляделась в темноту сада. Никого.

Внезапно шорох раздался снова, на этот раз ближе к окну. Я напряглась, сердце забилось чаще.

Что-то здесь было не так.

Решив не рисковать, я отступила от окна и приказала себе не быть параноиком. Наверное, это просто игра воображения.

А что, если кто-то пытался привлечь моё внимание?

Я вернулась к книге, но читать уже не могла. Может, стоило позвать охрану? Но что я им скажу? Что слышала какие-то звуки? Бред.

Решив не поддаваться панике, я попыталась снова вернуться к книге.

Сон уже начал окутывать меня, когда я уловила едва различимый шум за дверью. Сначала это были просто гул, но потом я ясно расслышала приглушенные женские голоса.

Приподнявшись на локте, я прислушалась внимательнее. Неужели кому-то в такой поздний час кроме меня не спится?

Медленно я поднялась с кровати и на цыпочках подошла к двери. Приложив ухо к дереву, услышала обрывки фраз.

— Тихо, императрица спит уже, — прошептал один голос.

Ну конечно, девочки нагулялись с лакеями в саду и решили отправиться на боковую. Мне бы их заботы.

— Тише, — шикнул кто-то из них.

— Охраны нет?

— Они на обходе…

Что-то мне это не нравилось.

На всякий случай я вернулась к столу, схватила тяжелый подсвечник и застыла у двери. Сердце колотилось как сумасшедшее.

Кто-то поворачивал ручку…

Я отступила к окну, готовая защищаться. В этот момент дверь начала медленно открываться.

В проёме показалась рыженькая.

— Госпожа, с вами всё в порядке? — спросила она, шагнув вперёд.

Я наконец выдохнула.

— Нет… То есть да, — я пыталась привести дыхание в порядок. — Всё хорошо.

Девушка кивнула, поклонилась и вышла.

Я отставила подсвечник и оперлась руками о стол. Опустила голову и сама удивилась своей реакции.

Нельзя же теперь от каждого шороха на людей бросаться или дрожать от страха.

— Стой на месте, — услышала я и вздрогнула.

Это была не девушка. Мужской голос. Рука потянулась снова к подсвечнику, но прежде чем я успела что-либо предпринять, мне накинули на голову плотный мешок, лишив зрения и почти лишив дыхания.

45

Мешок душил, воздух с трудом просачивался сквозь грубую ткань.

— Не дёргайся, — прошипел незнакомец в ухо, просовывая руку под ткань и запихивая мне в рот тряпку. — Одно неверное движение, и ты покойница.

Я замерла, чувствуя холодное лезвие ножа у горла.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди от страха.

Меня повели по коридорам. Шаги эхом отражались от стен, а в ушах стоял гул. Я пыталась понять, куда меня ведут.

Внезапно дверь скрипнула — мы вышли наружу. Ночной воздух обдал лицо, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Меня подхватили под руки.

— Быстрее, — скомандовал кто-то. — Повозка ждёт.

Меня потащили по ступенькам, затем через двор. Я слышала цоканье копыт и скрип колёс. Моё тело бросили в жёсткое сидение, и дверь захлопнулась.

— Свяжите её, — приказал всё тот же голос.

Верёвки больно впились в запястья, но мешок всё ещё не снимали.

Страх заполнял каждую клеточку тела.

Повозка тронулась.

Ехали мы быстро, подпрыгивая на кочках. Я пыталась кричать, но кляп во рту заглушал любые звуки.

Экипаж мчался сквозь ночь, увозя меня всё дальше и дальше от замка.

Каждая кочка отдавалась тупой болью во всём теле. Казалось, что внутренности вот-вот перевернутся, а кости не выдержат этой тряски.

Похитители молчали. Ни единого слова, ни намёка на то, куда меня везут. Только скрип колёс и мои подвывания.

Запоминать было нечего из-за мешка, я не понимала, куда меня везут, хотя догадаться было нетрудно. Остановки были короткими, но даже на них мне не разрешали выйти и размяться.

Неужели боялись, что сбегу? А я бы и попробовала, но они, видать, слишком хорошо старались выполнить свою работу.

Слёзы навернулись на глаза, но я запретила себе плакать. Нельзя показывать слабость. Арман обязательно найдёт меня. Он не бросит.

Повозка резко остановилась.

Я замерла, прислушиваясь. Тишина. Ни звука.

— Вылезай, — наконец раздался грубый голос.

Меня вытащили из повозки. Ноги подкосились от долгого полулежания в неудобной позе. Кто-то подхватил меня под локоть, не давая упасть.

— Мне плевать, если ты переломаешь себе ноги, — прошипел похититель. — Мне платят не за твою целостность, а за тело.

Вот даже как… Значит, всё же им нужен свиток…

Одна мысль не давала покоя, откуда им знать, что он во мне? Только если в замке был у них шпион, а им мог быть кто угодно.

Меня куда-то повели. Ступеньки. Много ступеней вниз.

Подвал? Тюрьма?

Наконец меня бросили на холодный каменный пол. Верёвки ослабили, но мешок не сняли. Я лежала, пытаясь собраться с силами.

Где же ты, Арман? Почему так долго? Неужели ты не чувствуешь, что мне нужна помощь?

Но время шло, а спасения всё не было. Только холод камня и липкий страх.

Я услышала приглушенные шаги. Приближаясь, они эхом отражались от каменных стен.

Казалось, каждый такой шаг вбивал гвоздь в крышку моего гроба.

Я напряглась всем телом, готовая