История гоблина - Скотт Строан Страница 30

Они миновали десятки довольно жалких разбойников в промокшей одежде из кожи и меха, устало тащившихся по грязной дороге. Кто-то из них поглядывал на Сэйтера и его гоблина враждебно, кто-то — с любопытством, но большинство из них выглядели слишком уставшими, чтобы обращать внимание на происходящее вокруг.

Сэйтер направился в конец каравана. Там Херад руководила разгрузкой сломанной повозки.

Деревянная повозка, завалившись на бок, лежала на обочине. Одно из передних колес отвалилось, обнажив сломанную деревянную ось.

Под пристальным взглядом атаманши несколько человек разгружали сломанную повозку и привязывали вещи к лошади, которую выпрягли из повозки, либо несли их по дороге сами.

Херад пылала яростью и, казалось, вот-вот взорвется, впрочем, это было ее обычное состояние. Сэйтер остановился в нескольких футах от Херад, так, чтобы она его видела, и терпеливо ждал, а Черный Коготь спрятался сзади, стараясь не привлекать внимания Херад.

Спустя пару минут Херад обратила свой хмурый взгляд в их сторону. Она как всегда была одета в темные кожаные доспехи, увешанные множеством клинков. Капюшон ее плаща был поднят, и теперь по нему стекала вода.

— Надеюсь, в лагере меня будет ждать хороший костер и крыша над головой. Я послала вас вперед не для того, чтобы вы бездельничали, — сказала она Сэйтеру, повернувшись к нему лицом.

— Конечно, а еще горячее рагу из оленины, — ответил Сэйтер без капли беспокойства.

— В один прекрасный день ты сделаешь кого-то счастливой женой, — язвительно заметила Херад.

— Боюсь, я уже вышел из брачного возраста, — ответил он с каменным лицом.

Херад мрачно усмехнулась ему в ответ. Ее это явно забавляло.

— Вот что мне нравится в тебе, Сэйтер. Ты никогда со мной не споришь, но и не всегда соглашаешься, — сказала она ему. — Как обстоят дела? — серьезным голосом продолжила она после небольшой паузы.

— Лагерь готов. У нас есть еда, огонь и несколько бараков для людей. А для тебя мы подлатали старый фермерский дом, — доложил Сэйтер.

— Что насчет дорог? — спросила она.

— Разведчики говорят, что впереди чисто. Я отправил всадников на главную дорогу к Ривердауну, и они тоже не заметили ничего необычного. Никаких следов патрулей или засад. Впрочем, я бы не рассчитывал на то, что патрули возьмут и уйдут с главной дороги. Я больше беспокоюсь о том, что о нашей добыче пронюхает какая-нибудь другая банда. Но опять же я ничего не заметил. Посланники, которых ты отправила в город на встречу с твоими знакомыми, отбыли и, вероятно, уже добрались туда, — доложил он.

— Хорошо, — буркнула в ответ Херад.

— И мы еще никого не потеряли в лесу. Дурной знак, — подумав секунду, добавил Сэйтер. Херад бросила на него скептический взгляд.

— По-твоему, это дурной знак, что мы никого не потеряли в лесу? — сухо спросила она.

— Лес всегда рано или поздно кого-то забирает. Если он еще этого не сделал, в следующий раз это могу быть я, — ответил он.

— Дурацкие суеверия, — в раздражении фыркнула она. — Но раз тебя это так беспокоит, можешь бросить своего маленького гоблина на съедение волкам.

Гоблин отшатнулся от нее. Он не был уверен, пошутила она или говорила всерьез. Похоже, он ей не слишком нравился.

— Он все еще довольно тощий. Скорее всего, они вернутся за добавкой, — сказал ей Сэйтер, мельком взглянув на гоблина, но Черному Когтю показалось, будто в голосе хозяина послышались веселые нотки.

— Ну, раз уж тебя до сих пор никто не сожрал, Сэйтер, думаю, ты продержишься еще какое-то время. Значит, так, я хочу, чтобы ты и другие разведчики следили за тем, чтобы ни одна опасная тварь из чащи леса не застала нас врасплох. Если вы что-то заметите, я хочу знать об этом сразу же. Кроме того, чем больше еды вы сможете раздобыть, тем меньше нам придется покупать, — сказала она ему и на секунду задумалась. — Мы останемся здесь на какое-то время, пока не приедут покупатели из Ривердауна и не заберут у нас товар. Я не хочу никаких неприятных сюрпризов, пока мы ждем, — закончила она.

— Ты же знаешь, Херад, что ни я, ни кто-либо другой не может давать никаких обещаний, когда дело касается леса, но я сделаю все возможное, — серьезным тоном сказал он.

— Как профессионально. Ты уж постарайся. Я поговорю с тобой позже, когда наведу здесь порядок. А пока займись чем-нибудь полезным, — небрежно ответила она.

Сэйтер кивнул, и она отвернулась. Затем Черный Коготь отправился вслед за хозяином обратно в лагерь. Гоблин в последний раз нервно оглянулся назад, на Херад. Это не осталось незамеченным Сэйтером.

— Тебе не нужно так бояться ее, Черный Коготь, — сказал он гоблину.

— Она злая и страшная, хозяин, — проскулил он в ответ.

— И опасная, но иначе она не была бы тут главной. Хороших бандитов не бывает, но у Херад есть свое собственное извращенное понятие о справедливости, и она его придерживается. Чего не скажешь о большинстве этих подонков, — объяснял Сэйтер, пока они шли по грязной лесной дороге.

Когда хозяин замолчал, Черный Коготь кивнул. Но не потому, что был согласен с хозяином, а потому что всегда должен был во всем с ним соглашаться. Он по-прежнему собирался держаться от Херад как можно дальше, насколько это было возможно. Она смотрела на него так, словно он был букашкой, и думала, раздавить его или нет.

На подходе к лагерю кто-то окликнул их.

— Ба, только гляньте, старик Сэйтер и его верный спутник, гоблин Черный Коготь. Давненько я не наслаждался вашим обществом. Наверное, потому, что вы здесь жили припеваючи, спали в теплой постели, отдыхали целыми днями и ели хорошую еду, а я в это время таскался по дорогам и пялился на задок чертовой повозки, — крикнул Геральд с притворным весельем.

Худой мужчина сидел на земле под брезентом, натянутым от дождя, и обеими руками массировал ноги. Он расшнуровал и снят ботинки с носками, и теперь они лежали на земле рядом с ним.

— Да, именно так мы и проводили время, — ответил Сэйтер с сарказмом.

— Ах, Сэйтер, оставайся всегда таким же веселым и острым на язык. Без тебя мир был бы скучнее, и мне не с кем было бы вести философские беседы, — парировал Геральд с не меньшим сарказмом.

Через секунду он задел больное место на ноге и поморщился.

— Что ты здесь забыл? — без обиняков спросил его Сэйтер.

— Ну, если ты хотел спросить, зачем я здесь, на этой прекрасной земле, и для чего существую, то, полагаю, это тема для отдельной философской дискуссии, — ответил Геральд, улыбаясь. — Но если ты имел в