И в воде скрывается пламя - Ксения Алексеенко Страница 3

К горю своему и почти разорению как раз одновременно с Лейго Кайд нанял нового кока.

Готовила женщина отменно.

Чадлен Тотс. Тифозная Чадлен. Так колбу с ее кровью подписал какой-то юный лекалх, и Совен понравилось это определение.

Совен села и написала пару писем в другие порты, чтобы предупредить их о проблеме. Ну и чтобы должным образом описать клинический случай и передать данные больнице святой Енглафирии, в которую женщину пока забрали.

Оказалось, за этой маленькой человеческой женщиной с круглым добрым лицом тянулся шлейф тифозных вспышек. В отличие от Лейго, Чадлен вовсе не склонна была считать себя проклятой, скорее неудачливой.

Тиф передается с частицами грязи, которые остаются на руках носителя после… недостаточно активных гигиенических процедур. Когда Совен объясняла это Кайду, он хмурился, представлял, наверное, как Чадлен щупает грязными руками хлеб, режет, раскладывает смерть по тарелкам…

Конечно же, историю о многих и многих заболевших кораблях за ее спиной она при найме скрыла.

Кайд сделал знак Бурииту, когда услышал имя. Если бы Совен не отправила уже женщину в больницу с парой крепких младших братьев Брагха, она бы все равно ее больше в порту не увидела.

С квартерона сталось бы и впрямь утопить Тифозную Чадлен в море. Вряд ли когда-нибудь она сможет вернуться к этой работе. Совен надеялась, что и ее общение с Кайдом на этом прекратится.

Совен не собиралась больше к «Красавице» приближаться.

Ночью ей снились сны, и в этих снах опасность тяжелой рукой вжимала в воду ее затылок. Она открывала глаза, чтобы увидеть, как другой рукой гном страхует ее за плечо — чтобы не было слишком больно вытягивать за волосы.

Холод сменялся теплом чужого камзола.

Она просыпалась, садилась на кровати и долго раскачивалась из стороны в сторону, пытаясь убедить себя, что снова в море.

И сердце билось, быстро и сильно.

Как будто и правда.

Здесь, сейчас, на суше, на скучной работе в груде бумажек, которые лишь изредка удается поджечь красивым фейерверком, она, как когда-то в море…

Снова живёт.