Пришелец в СССР. Том 3 - Дмитрий Сергеевич Самохин Страница 8

— Так я на работу в больницу устроился. И почти сразу ко мне поступил пациент с острым синуситом. Я его осматривал. Завязался разговор. Слово за слово. Это был Банников Семен. Потом мы с ним в парке встретились, где я с семьей гулял. Там зашли по пиву выпить в местное кафе. Ну так и начали общаться. Мужик он хороший, душевный. Потом он меня пригласил на шашлыки, там я и с Коробейниковым познакомился.

— Как вы тело обнаружили?

Булыгин стал рассказывать известную нам историю про леску и ныряние в озеро, но Стрельцов его тут же перебил:

— Можете не утруждать себя этой версией. Коробейников рассказал нам всю правду.

— Так вы все знаете. Тогда ладно.

Булыгин потер переносицу, собираясь с мыслями:

— Да мы решили добыть больше рыбы. Применили метод глушения.

— Откуда динамит взяли?

— Его Семен привез. Я не знаю откуда он его взял. Его и спрашивайте.

Разговор с Булыгином топтался на месте. Он ничего толком не знал. На рыбалке с применением метода глушения участвовал в первый раз. Тело помогал доставать, только вот карманы не обшаривал, про часы луковицу и голову черта ничего не знал. Никакой интересной информации у него не было. Зацепиться было не за что.

— Вы каждый год на это место ездите? — спросил я.

— На озеро то да.

— Нет, я имею виду этот участок берега?

— Нет. Обычно мы немного правее забираем.

— Почему в этот раз здесь остановились?

— Сема сказал, что место тут порыбальнее. Можно больше взять.

— А вы когда приехали, не видели следов других машин? Отпечатков шин на земле? Следов пребывания людей?

— Да вроде нет… хотя дерево было одно сломано. Молодое, словно специально надломили. Но мало ли это лоси. У нас там много лосей ходит. Мы не придали этому значения. Хотя если подумать, то его могли сломать при неудачном маневре машины. Задели и подломили.

— А это место где вы рыбачили, вообще его рыбаки любят? Часто там людей можно встретить? — продолжал я расспрос.

— Вообще чаще всего народ рыбачит с другой стороны озера. Мы чуть правее место выбирали обычно, но там тоже глухо. Людей мало. Мы палатки ставили, надувная лодка, то да се.

— Когда вы рыбачили в этот раз, людей рядом не видели? — спросил я.

— Нет. Никого не было.

— Когда тело достали, кто милицию поехал вызывать?

— Семен. Он вызвался сам.

Больше ничего толкового от него узнать мы не смогли. Кроме того, что они извлекли тело из воды, никакой другой информации не было. Самый бестолковый свидетель из всех возможных. Одна полезная деталь — сломанное дерево, только оно свидетельствовало лишь о том, что автомобиль «Диана» сам приехал на берег озера, а не на ковре-самолете прилетел.

— А вы до переезда в Мичуринское где проживали? — задал я последний вопрос.

— Под Рязанью в селе Подвязье, — ответил Булыгин.

Мы распрощались с ним и ушли.

— У нас собственно ничего толкового не прибавилось, — резюмировал визит Стрельцов.

— Думаешь Семен Банников нам что-то даст? — спросил я.

— Вряд ли. Они просто рыбаки. Просто нашли тело. Надо голову черта забрать, если он ее еще не уничтожил, и узнать, где он динамит взял.

Семен Банников жил в двух кварталах от Булыгина. В похожем доме, только на первом этаже. Разговор с ним занял чуть меньше часа. Он полностью подтвердил все слова Коробейникова и Булыгина. Ни от чего не отпирался, в браконьерстве и присвоении вещественной улики признался и тут же ее выдал. Он показался мне обстоятельным, серьезным человеком, склонным к авантюрам, полностью погруженным в рыбалку и собирательство.

Странное свойство этой земли. У меня на Родине соотечественники не увлекались собиранием грибов и рыбалкой. Это осталось где-то глубоко в прошлом. У нас были другие средства проведения свободного времени. Мы увлекались вирт-театрами, вирт-реальностями, конструированием абстрактных моделей мироустройства, изучением истории родной планеты и других планет, а также терраформированием. Правда, я мало что из этого помнил, потому что поступил на службу в звездный десант в достаточно раннем возрасте.

Но здесь на Земле грибы и рыбалка были наилюбимейшем средством проведения досуга особенно в летнее время.

На вопрос, где он взял динамитные шашки, Банников сказал, что нашел ухоронку в лесу, где они еще с войны лежали. Уклончиво, но правдоподобно.

Мы вышли от Банникова, уже стемнело. Заметно похолодало.

— Ну что в Приозерск? — спросил я.

— На ночь глядя? — поежился Стрельцов.

— А где мы здесь на ночь остановимся?

— У местных мичуринцев есть дом отдыха. Поехали туда, приютят. Только сначала в магазин заглянем, пока не закрылся. Возьмем напитков и закусок, посидим, поговорим за следственное дело.

В ближайшем магазине мы взяли две бутылки «Столичной», колбасы, сыра, хлеба и рыбных консервов. После чего поехали в сторону дома отдыха «Мичуринское». Дорогу показывал Стрельцов. Он сразу сказал, что однажды здесь уже был и кое с кем из местных знаком. Ночлег нам обеспечен. Как потом выяснилось в Мичуринском проживала его старая знакомая, с которой он встречался еще до женитьбы. Дело было давнее, но год назад они случайно встретились в Ленинграде, узнали друг друга, разговорились. Она приглашала его в гости, и тут, оказавшись случайно в этих местах, он решил воспользоваться приглашением. Теперь понятно, почему Стрельцов с такой радостью согласился на роль моего напарника в этой поездке. Как говорят на Земле, старая любовь не ржавеет. А может ли вообще существовать старая любовь? Как вообще любовь может быть старой? Странные люди эти люди.

Дом отдыха «Мичуринский» — пятиэтажное бетонное здание с большими окнами и балконами на каждом этаже — стоял на берегу озера и предназначался для отдыха сотрудников сельскохозяйственной сферы. Мы приехали туда к восьми часам вечера. Я оставил машину на стоянке возле входа, и мы вошли внутрь. Стрельцов пошел договариваться о номере, а я сел на большой покрытый красным дерматином диван и взял с журнального столика газету «Мичуринская молния». Я лениво листал страницы, пробегая глазами сухие строчки статей, посвященных трудовым подвигам местных жителей. Все эти уделы, надои, стройки и прорывы меня волновали мало. Меня волновали мои проблемы, вернее их полное отсутствие.

После того как мой соотечественник Кармий помог мне с устранением Садовника