Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура Страница 5

– Сансукэ, пусти её.

– Нет. Двинешься – и ей не жить, – голос Сансукэ переплетался с потоками ветра.

– Тебе же нужен я. Пусти девчонку, и давай сразимся.

Сюдзиро начал извлекать меч из ножен, но Сансукэ обходил его. Его присутствие ощущалось слабо, почти призрачно, хотя глаза ясно видели силуэт. Казалось, что даже его тень, отбрасываемая лунным светом, расплывается, как марево, тающее от прикосновения ветра. Такова ужасающая сила Рокудзона.

– Я уничтожу вас всех.

– Всех?

– Да, в кодоку играют и другие наши братья. Я решил собрать вас здесь.

Никаких сомнений, то послание оставил Сансукэ. Устав от своих заурядных трофеев, он нацелился на более крупную добычу – последователей Кёхати-рю, которые собрались в кодоку.

– Ты про Сикуру?

Едва клинок Сюдзиро замер в боевой позиции, Сансукэ, будто в такт качающейся траве, склонил голову в отказе.

– А еще Дзинроку и Ироху.

– О, обо всех знаешь, значит. Ты правда думаешь, что они придут?

– Придут. Нам нужно закончить битву за наследие. Я отправился в Тэнрю-дзи, хватаясь за последнюю надежду, – вдруг кто-нибудь да придёт? Других причин участвовать в кодоку у меня нет. Ну, кроме тебя.

– Ты поэтому забрал Футабу?

– Увидел, как ты спас её в храме. Я был уверен, что ты придёшь за ней.

– А ты на всё готов…

Сансукэ был настроен решительно. С последней встречи минуло немало лет, но голос его совсем не изменился, пробуждая лишь тёплые воспоминания о тяжёлых, но весёлых днях тренировок. Сердце Сюдзиро начало биться сильнее.

– Давай подождём ещё немного.

– Пока не придут остальные? Сомневаюсь, что явятся все.

Они могут и не заметить записку на доске. Да даже если и заметят, то кто в здравом уме добровольно полезет в ловушку?

– У нас есть ещё минут пятнадцать. Подождём.

Пятнадцать минут. Услышав из уст Сансукэ название, появившееся только в эпоху Мэйдзи, Сюдзиро не мог не почувствовать, как быстро летит время.

Сансукэ сделал шаг вперёд, не издавая ни единого звука.

– Скажи, почему ты сбежал?

– Не хотел убивать, только и всего.

– А если придёт Гэнто-сай? Думаешь, тебе удастся убежать?

– Это всего лишь сказка, которой нас запугивал учитель.

Ходили слухи, что всякого, кто дерзнёт бежать с поля битвы за наследие Кёхати-рю, непременно настигнет Окабэ Гэнто-сай, глава школы Оборо-рю. Об этом мастере не раз вспоминал учитель, да и Сикура клялся, будто видел его воочию. Но с Реставрации минуло уже более десяти лет, а Гэнто-сай так и не объявился. Сюдзиро всё больше склонялся к мысли, что поколения наставников попросту запугивали учеников, чтобы ни у кого не возникло и мысли о бегстве.

– Он существует.

– Что? Ты встречал его?

– Не я.

– Тогда кто?

– Сития.

Карасума Сития – седьмой из учеников Кёхати-рю, самый добрый из братьев и сестёр, всегда заботившийся обо всех.

– Неужели он…

– Да, мёртв. Его убил Гэнто-сай четыре года назад, – в голосе Сансукэ слышалась ярость.

– Нет, не может быть… Откуда… Откуда ты знаешь?

– Мы переписывались.

Учитель умер вскоре после бегства Сюдзиро, и битва за наследие зашла в тупик. Ученики один за одним стали покидать гору Курама, понимая, что не могут вечно ждать возвращения скрывающегося брата. Затем каждый из них встретил Реставрацию Мэйдзи.

Сансукэ и Сития держались вместе. Наступил второй год Мэйдзи[20], правительственные войска окончательно разбили остатки сёгуната в битве при Хакодатэ[21], а Гэнто-сай так и не объявился. Тогда братья решили, что его не существует.

– Чем вы занимались?

– Я работал рикшей.

Сложно найти работу, если ты не знаешь ничего, кроме меча. С наступлением эпохи Мэйдзи резко вырос спрос на рикш – подходящее занятие для такого крепкого парня, как Сансукэ.

– А Сития устроился лучше, он стал государственным служащим.

Всё началось с одного странного происшествия. На улицах Токио, где Сития безуспешно пытался найти хоть какой-то заработок, он спас молодую женщину, которая с первой же встречи прониклась к нему глубокой симпатией. Когда же её отец явился поблагодарить спасителя, то, побеседовав с юношей, был настолько очарован его характером, что неожиданно предложил Ситии войти в его семью в качестве приёмного зятя.

Оказалось, что этот господин, некогда самурай, а ныне чиновник из префектуры Сага, был командирован в Токио на целый год. Его жена давно умерла, и в поездке его сопровождала единственная дочь.

– Он и вправду был очень добрым… – Сансукэ горестно вздохнул, подняв взгляд к небу.

Не веря в свою удачу и сомневаясь, достоин ли он такого счастья, Сития получил от брата совет, подталкивавший его к верному решению.

Благодаря связям нового тестя юноша вскоре получил должность государственного служащего в префектуре Сага. Настало время его отъезда из Токио: на прощание Сития и Сансукэ поклялись регулярно писать друг другу.

Шло время, и вот у молодого чиновника уже появился первенец – прекрасный мальчишка. Даже беспорядки, вспыхнувшие в то неспокойное время, не могли омрачить его новой, размеренной семейной жизни.

– А в восьмой месяц седьмого года Мэйдзи[22] он сообщил, что за ним охотится Гэнто-сай.

По долгу службы Ситию перевели в город Карацу. Однажды из Саги пришло жуткое известие: кто-то зверски убил его тестя. Несмотря на то что жена требовала ехать вместе, Сития настоял на том, чтобы отправиться в путь в одиночку. Уже тогда его не покидало дурное предчувствие.

И не зря. Взору Ситии открылось поистине кошмарное зрелище: тестя разрубили от плеча к бедру смертельным ударом «кэсагири»[23], а затем обезглавили, пока тело ещё не успело упасть. Немногие могли не только застать врасплох воина – пусть и бывшего, но всё же искусного и не оставившего тренировки даже с наступлением новой эпохи Мэйдзи, – но и произвести атаку безупречной чистоты.

Кто же мог владеть таким мастерством? На ум Ситии приходили разве что его названые братья и сёстры, да тот самый Окабэ Гэнто-сай. Больше всего пугало то, что никто из наследников Кёхати-рю не владел такой техникой.

Отправив Сансукэ мольбу о помощи, Сития поспешил обратно в Карацу к жене и сыну.

– Как только я получил письмо, то тут же бросил всё и отправился к Ситии, – мрачно продолжил Сансукэ.

Карацу находился далеко на западе от Токио, даже по воде путь до него занимал немало. С того момента, как было отправлено письмо, минуло уже десять дней. Сможет ли Сития продержаться до прибытия брата?

Собравшись с силами, Сансукэ пустился в путь.

– Нет… – сдавленно произнес Сюдзиро.

Сития работал в ведомстве, которое занималось надзором