Голодные игры: Контракт Уика - Stonegriffin Страница 47

— Ладно. Давайте попробуем.

К вечеру второго дня лес словно стал теснее. Деревья росли ближе друг к другу, подлесок сгущался. Двигаться стало труднее, медленнее. И именно тогда они услышали хруст веток. Поспешный, неуверенный. Кто-то шёл, не слишком умело скрываясь.

Клов вскинула руку мгновенно. Все замерли. Сердца забились в унисон — быстро, глухо. Из-за кустов выскочил мальчишка. Худой, грязный, с мешком, который был ему явно велик. Он увидел их — и на секунду застыл, как олень перед ударом. Потом развернулся и побежал.

— Стоять! — рявкнул Сет и сорвался с места прежде, чем кто-либо успел его остановить.

Это не была охота. Это была погоня без плана, без красоты. Мальчик спотыкался, цеплялся за корни, плакал вслух. Сет догнал его быстро — слишком быстро. Сбил с ног, навалился сверху, ударил кулаком. Один раз. Второй. Третий.

— Сдохни! — выдохнул он, и в этом было больше отчаяния, чем ярости.

Глиммер подбежала следом. Она замахнулась древком лука и ударила — не точно, не сильно, но с остервенением. Мальчик закричал. Этот звук разорвал тишину леса, сделал происходящее необратимым. Клов подошла последней. Она присела рядом, внимательно посмотрела на его лицо, на расширенные от ужаса глаза. Потом вогнала нож ему в плечо — аккуратно, выверенно. Не смертельно. Крик стал выше, тоньше. Ника стояла чуть поодаль. Она не вмешивалась и не отворачивалась. Просто наблюдала. Запоминала. Это было не убийство ради выживания — и она это знала. Это было что-то другое.

Когда всё закончилось, лес снова стал обычным. Птицы вернулись. Листья перестали дрожать. Они стояли вокруг тела, тяжело дыша. На руках была кровь. Никто не сказал ни слова — но что-то изменилось. Страх никуда не делся, но к нему примешалось новое чувство — извращённое, тёплое, опасное. Чувство контроля. Общей вины. Общей тайны.

На третий день они вернулись к Рогу Изобилия. Подходили медленно, тихо, держась в тени деревьев, постоянно осматривая периметр. Сердца колотились, руки потели, но они шли, заставляя себя не останавливаться. Рог Изобилия встретил их пустотой. Тела убрали — камеры гейм-мейкеров срабатывали быстро, трупы увозили невидимыми механизмами, чтобы не портить зрелище. Но кровь осталась — тёмные пятна на земле, впитавшиеся в сухую поверхность, молчаливое напоминание о том, что здесь произошло.

Клов первой вышла на поляну, оглядываясь. Тихо. Пусто. Только ветер шуршал в ветвях.

— Чисто, — сказала она. — Идём.

Они вошли в Рог Изобилия как в святилище — осторожно, почти благоговейно. Внутри были сокровища: ящики с едой, рюкзаки, оружие, инструменты, одежда, медикаменты. Всё, что нужно для выживания и войны. Они начали действовать.

Первым делом — еда и отдых. Сет разжёг огонь в защищённой яме, используя сухие ветки и консервированное топливо из припасов Рога. Они наконец наелись нормально — консервированное мясо, энергетические батончики, фрукты из банок. Желудки, привыкшие к жёстким пайкам тренировок, радостно приняли Изобилие. Они спали по очереди — двое бодрствовали, двое отдыхали. Впервые за три дня сон был спокойным, глубоким, восстанавливающим.

Наутро они были другими. Не теми самоуверенными карьерами, что бежали к Рогу в первый день. И не теми испуганными беглецами, что прятались в лесу. Они были чем-то средним — осторожными, но решительными. Готовыми. Экипировка заняла ещё полдня. Клов перебрала весь арсенал метательных ножей, выбирая самые лучшие, самые сбалансированные. Она нашла кожаный пояс с двенадцатью петлями для ножей и лёгкий меч для ближнего боя — короткий, острый, надёжный.

Глиммер выбрала композитный лук — лёгкий, но мощный, с идеально натянутой тетивой. Колчан с тридцатью стрелами, наконечники острые как бритва. На пояс — кинжал, на всякий случай. Сет нашёл то, о чём мечтал: тяжёлый боевой топор с двусторонним лезвием и сеть с свинцовыми грузилами на концах. Оружие брутальное, требующее силы, но смертельно эффективное.

Ника взяла два тесака — лёгкие, изогнутые, удобные для быстрых атак. Плюс комплект метательных пластин — тонких, заточенных дисков, которые можно кидать как сюрикены. Они оделись в прочную экипировку: нагрудники из кевлара, поножи, перчатки. Не броня, но защита. Рюкзаки набили припасами, медикаментами, верёвками.

Когда они закончили, то впервые за дни увидели друг друга не как беглецов, а как воинов.

— Вот теперь мы готовы, — сказал Сет, любуясь своим топором.

Клов кивнула.

— Теперь начинается настоящая работа.

* * *

Строительство «крепости» заняло два дня.

На внешнем периметре — примерно в ста метрах от Рога, на границе леса, Ника работала над ложными тропами. Она намеренно ломала ветки, приминала траву, оставляла следы, ведущие в тупики, к обрывам, к болотистым участкам. Затем помечала настоящие пути условными знаками — царапинами на коре, камнями, сложенными особым образом. Только они знали эти знаки.

Клов и Сет устанавливали растяжки — тонкие, почти невидимые тросы на уровне щиколотки и груди. Некоторые были привязаны к «сигнализации» — пирамидам из пустых консервных банок, которые с грохотом рухнут при малейшем задевании. Другие — к более опасным вещам: натянутым веткам с заострёнными концами, готовым ударить в грудь.

Сет выкапывал ямы. Глубокие, метра три, замаскированные ветками и листьями. На дне — заострённые колья, сделанные из толстых веток и обожжённые для прочности. Упал в такую яму — сломаешь ногу в лучшем случае, в худшем — проткнёшь насквозь.

На средней дистанции — опушке леса — ловушки были более изощрёнными. Сет с помощью Ники установил систему падающих брёвен на склонах. Массивные стволы, удерживаемые скрытыми механизмами из верёвок и противовесов. Дёрнешь за нужный трос — бревно полетит вниз, сметая всё на пути. Глиммер помогла сделать примитивные самострелы. Натянутая тетива, заострённый кол, растяжка. Шаг не туда — кол вылетает на уровне груди со смертельной силой. Клов лично проверяла каждую ловушку, запоминала расположение, составляла ментальную карту. Она знала, где можно пройти безопасно, а где смерть ждёт на каждом шагу.

Они расчистили нижние ветви деревьев вокруг поляны на двадцать метров. Теперь это была зона свободного обстрела — никаких укрытий, никакой возможности подкрасться незаметно.

В центре, у самого Рога, организовали «штаб» — место с чётко распределёнными зонами: сон, еда, оружие, медикаменты.

Они стояли на краю поляны, оглядывая свою работу. Лес вокруг выглядел спокойным, безобидным. Но они знали — каждый метр был смертельной ловушкой. Их разговоры стали тише, но увереннее.

— Неплохо, — сказала Клов, скрестив руки на груди.

— Неплохо? — фыркнул Сет. — Это шедевр. Если он вернётся сюда, он не дойдёт до поляны живым. Сначала ему придётся пройти через ямы, растяжки, самострелы и падающие брёвна. Если он всё ещё жив после этого… тогда