Возвращение на Восток с автоматом - Андрей Олегович Белянин Страница 4

Я оставил бдительного Сунь Укуна присматривать за всей дамской компанией, а сам тихонечко скользнул внутрь. Со двора можно было пройти в общую спальню — все видно, двери нараспашку — и в небольшую кухню, за которой располагался традиционный домик-туалет.

Либо же выдвинуться в главное здание, которое хоть и намекало на то, что рухнет в любую секунду, но тем не менее являлось подобием храма или молельного дома. Мне не особо известны все индийские религии. Разве что я помнил, что их там в тыщу раз больше, чем в Китае! А значит, придется выкручиваться по ситуации…

— Кто ты? — спросил старческий голос из дурманной темноты помещения, не имеющего окон.

— Ли-сицинь.

— Это не твое имя.

— Не спорю, но так меня прозвали в Китае.

— Настоящее имя, то, которым тебя одарили родители?

— Антон Лисицын, — честно признался я, и на душе даже как-то стало легче.

После недолгого размышления голос из темноты спросил:

— Ты русский? — Не успел я ответить, как последовал счастливый вздох. — Я бабушка Линь Ху, и я училась в университете дружбы народов имени Патриса Лумумбы на переводчика. Никогда не думала, что смогу еще хоть раз увидеть человека из России…

Ко мне навстречу вышла очень пожилая сухонькая старушка, которая искренне обняла меня, по-матерински, трижды расцеловав в обе щеки.

— Как же вы сюда попали? В другое время и пространство?

— Уже и неважно, я словно всегда тут жила. Антоша, пожалуйста, расскажи, что у вас там и как? Мы же на границе Китая и Индии, вообще лишены хоть какой-то вменяемой информации. Тем более из реального времени!

Мы уселись на циновки и болтали, наверное, больше часа. Линь Ху прекрасно говорила по-русски, я — еще лучше на мандаринском, так что языковые барьеры нам явно не мешали. Нам обоим было важно выговориться!

Линь Ху попала сюда фактически сразу после окончания пятилетних курсов, прожив всего с полгода в Пекине, и до сих пор не знает, была ли на то воля богов Поднебесной, ученых-коммунистов из института изучения времени в Шанхае, или все тот же литератор У Чэнъэнь просто пытался найти новые перспективные пути продвижения своей книги на Запад.

На другой Запад, если вы правильно поняли, о чем речь. Слишком многие из нас верят, что истинная культура произрастает лишь на западно-либеральных почвах. Утверждение в корне неверно! Тот же Леонардо не принял бы закон об активной пропаганде ЛГБТ! И пусть у него самого были «проблемы» с подмастерьем Салаи, но они всегда оставались лишь в личном поле.

Микеланджело Буонарроти не жаловал женщин. Рафаэль Санти писал с проститутки Мадонну. Карл Брюллов не стеснялся быть «содержаном» у княгини Самойловой, Сергей Есенин отправился под венец с Айседорой Дункан — лишь в надежде на проникновение в высшие круги европейского общества. Сальвадор Дали стал знаменит благодаря талантам менеджмента своей возлюбленной Галы. И даже великому Владимиру Высоцкому путь на Запад, в том числе, открыла Марина Влади, а отнюдь не только лишь собственная гениальность.

Я к чему. К тому, что не надо принижать роль женщин!

— Золотая ложка… Я слышала о ней, но тот тигр не из нашего дома.

— А-а, возможно, вы знаете, где его искать?

— Знаю. Но…

— Но?

— Сначала мы выпьем чай, а потом споем «Катюшу»!

Мы задержались еще и на «Ты ждешь, Лизавета…», «Темная ночь, только пули свистят по степи…» и даже «О, море, море…», хотя любая попытка перепеть Муслима Магомаева — это святотатство. Моя мама очень его любит.

Так что не раньше, чем через полтора часа, я покинул раздолбанный храм госпожи Линь Ху, куда считалось честью отдать на воспитание юную дочь, то есть любую «лишнюю» в доме. И старушка всегда умела пристроить их к делу. Кройка, шитье, вышивка, кулинария, уборка, цветоводство, ничего неприличного.

Ну и в задачи Линь Ху входило указывать, подобно доброй Бабе-яге, правильный путь любому достойному кандидату, пришедшему за свитками Будды. То есть прикиньте, я тут не первый и наверняка не последний участник этого шоу!

«Путешествие на Запад» написано так, что в него всегда можно включить неких новых персонажей, но от этого повествование только выигрывает! А победитель действительно получает право вернуться домой. Если захочет, конечно. Как мне сказали, были и те, кто добровольно не пожелал вернуться…

— Укун, сворачивай тут всю карусель! — крикнул я, приветливо махая руками юным индианкам. — Нам пора! Добрейшей души бабушка Линь Ху указала нам точную дорогу к чудесному тигру, который, как и предполагалось, таки похитил золотую ложку!

Девушки-смуглянки капризничали и упирались, развлечений у них мало, всем понравилось кататься, да и вообще прекрасный царь обезьян вел себя как настоящий кавалер, каких они тут и близко не видели. Судите сами…

В храм сдавали девочек из бедных семей, определенной касты; в идеале они могли выйти за какого-нибудь ремесленника и о большем даже не помышляли. А тут подкатывает такой китайский красавчик, с голыми руками, подтянутым прессом и золотым обручем на голове, и тоже намекает на какой-никакой, а доход.

Короче, Сунь Укуна пришлось буквально вырывать из нежных женских рук! Белый конь понес меня тряской рысью, брат-обезьяна прыгал впереди, а Ша Сэн прихрамывал сзади. Мы пустились в путь по все той же лесной дороге, наблюдая за тем, когда она начнет переходить в звериную тропу: вот там и надо быть готовым к нападению тигра. Который, как вы уже наверняка догадались, вовсе не обыкновенный зверь…

— А свинью будем искать?

— Чжу Бацзе сам отыщет нас, Учитель, — уверенно разулыбался Мудрец, равный Небу. — Как ты еще его называешь? Кабанидзе?! Очень смешно!

— Главное, чтоб его не съели пчелы, — сочувственно вздохнул синий демон. — Наш брат и так заметно похудел после Диюя.

Это, кстати, верно. На скоромной вегетарианской пище много веса не наберешь. Фермерские хозяйства откармливают свиней не только травой, но и зерном, и хлебом, и витаминами, к тому же им там не надо бегать по горам, драться, нервничать и все такое. Ешь себе вволю да спи по двадцать часов, копи жирок…

— Парни, тропинка сужается, будьте бдительны! Как мне сказала бабушка Линь Ху, этот тигр тоже из семейства демонов, он знает толк в превращениях и любит нападать из засады.

Мы прошли буквально десять шагов, свернув за большое дерево, и тут же нашим глазам отрылось ужасное зрелище. Юная красавица-китаянка в крайне эффектно разорванном платье была привязана к стволу красного клена