Рыцарь Резервации. Том IV - Александр Артемов Страница 36

Я вздохнул.

— В маскировочном костюме. Дурочка.

Хотя этого следовало ожидать. То, что Аки неровно ко мне дышит, ясно и ребенку. А ревность — страшное чувство, способное загнать нас обоих в могилу. Вернее, нет, загнать в могилу вообще всех. С этим надо что-то делать…

— Может, перепрошить ей сознание? — предложила Метта-404. — Я могу. Мой жучок у нее в голове сделает все на раз-два!

— Нет. Я с ней поговорю. Аки, — и подойдя к ее месту под деревом, опустился рядом.

Она не ответила. Натирала и натирала свой меч тряпочкой.

— Аки! Ты слышишь?

Она подняла взгляд.

— Что? — спросила она ледяным голосом. На меня, впрочем, она глядела всего миг. — Вы что-то хотели, Илья Тимофеевич?

Приехали. «Ильей Тимофеевичем» она не называла меня довольно давно…

— Вернее, никогда, — заметила 526-ая. — Был же Марлин-сан, а потом Илья…

Оглянувшись на своих, я проговорил тихим голосом:

— То, как ты сражаешься. Бросаешься в бой быстрее, чем парни успеют открыть огонь.

— А как вы хотите, чтобы я сражалась?

Я закатил глаза. В дурочку играет.

— Ты должна сразаться так, чтобы помогать своим, а на мешать.

— Простите, Илья Тимофеевич, от моего меча умирает каждый третий чуд и каждый пятый юд, я…

— Нет, Аки. Больше так не делай.

— Почему⁈ Хотите, чтобы я пряталась за ВАШЕЙ спиной?

В ответ я поднялся. Больше играть с ней я не намерен. Точно не здесь.

— Акихара Самура, вы кажется, поклялись мне в верности?

Она поджала губы. Сжала кулаки. Выпрямилась.

— Да…

— Вот и выполняйте мои приказы. Больше никакой самодеятельности. Вы разведчик, вот и ведите себя как разведчик, понятно?

Она кивнула. Глаза снова смотрели в землю.

* * *

— И зачем это, глупышка? Для чего?

Аки подняла глаза и увидела Метту, сидящую рядом с травинкой во рту.

Илья давно ушел. Вокруг нее никого не было, даже Милы. «Эту безумную японку», как называли ее бойцы, предпочитали обходить десятой дорогой.

Только скалились за спиной, и все. Ей было плевать.

— О чем вы, госпожа Метта? — спросила Аки. — Я убиваю монстров эффективнее всех. Каждый пятый юд и…

— Угу, — и ее невидимая собеседница выплюнула травинку. — И при этом подставляешь команду. Зачем? Хочешь, чтобы Илья волновался, да?

Аки поджала губы.

— Глупо. Сколько там тебе? В твоем возрасте творить всякие глупости дело обычное, но это…

— А вы-то откуда знаете⁈ — и Аки почти с ненавистью поглядела на Метту. — Вы же не…

Она запнулась.

— Не материальная, не живая и не стареющая? А вот тут ты дала маху, — и закрыв глаза, Метта сложила руки за головой. — То что меня могут видеть только те, у кого в голове роятся жучки, ничего не меняет. Я умру так же как и ты, стоит только моему 404-ому жучку погибнуть. А значит, и состариться тоже могу… теоретически.

— И что? Какое вам дело до меня?

Метта пожала плечами.

— Ну… Ты мне нравишься. С тобой иногда весело болтать, а твои мысли…

— ЧТО⁈

Метта хитро улыбнулась.

— Иногда их бывает интересно читать. Нет, там в основном одни подростковые глупости, но иной раз… — и увидев как Аки напряглась, она примирительно подняла ладони. — Ладно-ладно, шучу. Без спроса заглянула всего раз. Все же Илья доверил тебя мне, Метте-404. Уж кому, как не мне?

Аки фыркнула. Хорошенько дело! Доверил!

— Я не хоч…

— Хочешь, чтобы он рыдал над твоим трупом⁈ — и Метта приблизилась вплотную. — Хочешь, чтобы волновался? Хочешь, чтобы каждый миг думал не о собственной безопасности и не о безопасности команды, а о ТЕБЕ, да? Хочешь, чтобы и его…

Метта уткнула палец себе в висок и сделала «пух».

Аки буквально сжалась. Перед глазами пронеслись все те десятки смертей. Все те десятки взглядов Ильи, из-за которых и его могли убить.

— Нет…

— Тогда отчего, Аки?.. К чему это позерство? Амерзония дает тебе силу, так какого черта ты используешь ее так бездарно?

Аки нечего было ответить. Она хотела возразить, но не могла. Никогда в жизни она бы не поставила Илью на грань жизни и смерти, никогда не стала бы рисковать тем, за кого она поклялась отдать жизнь и вдруг…

И где же…

— В Амерзонии, в самом опасном месте на Земле, — закончила за нее Метта. — Ты позволяешь глупой ревности затмить твой рассудок.

— Как будто ему есть дело до меня… — буркнула Аки. — У него есть Софья.

Метта вздохнула.

— Дурочка… Она красотка, это да. Такую грех не поцеловать, особенно если она сама этого хочет…

После этих слов Аки совсем осунулась. Метта улыбнулась.

— Знаешь, сколько раз Илья за время нашего путешествия думал об этой красотке?

Аки отвела глаза в сторону.

— Сколько?..

Метта вытащила планшет. Пощелкав по кнопкам, повернула.

— Четырнадцать раз в Амерзонии, и еще тридцать за те дни с тех пор, как они познакомились. В основном он думал о том, что у нее немного попахивало изо рта во время поцелуя.

Аки зарделась. Метта хихикнула.

— А о тебе…

Снова пощелкав кнопками, она снова повернула Аки планшет.

— За последнюю неделю девятьсот пятьдесят три раза. Из них триста здесь.

* * *

За окном спальни был поздний вечер. Где-то стреляли. Городской пейзаж был объят дымом.

Софья, стоя перед окном, смотрела на пустую улицу и ежилась от холода. На ней был яркий макияж, тонкое вечернее платье и россыпь ярких кристаллов, увы, надетых зря. Никакого вечера у Лариных не случилось, ибо в городе объявили комендантский час.

Она могла порадоваться освободившемуся вечеру, но нет — смотря на свое бледное лицо в оконном отражении, она видела тени, то и дело мелькающие у за забором.

И снова выстрел, где-то совсем близко.

Еще Марлинский… Она никак не могла заставить себя выкинуть его из головы. А тот факт, что члены Братства приказали ей отправить его на тот свет, а она…

— Не справилась. Опять.

…Этот факт, сводил ее с ума.

Сжав зубы, Софья не стала оборачиваться — знала, что говорили из самого темного угла. Ее рука незаметно скользнула к кулону, к ее боевой геометрике.

— Да, — сказала она. Ее бросало то в жар, то в холод. — Он…

— Ушел. Мы знаем.

Софья кивнула. Скосив глаза, увидела тень — и два глаза, что еле заметно светились в темноте.

— Не волнуйтесь, из Амерзонии он не вернется, — сказала она, совсем не веря в это. — Этот рейд — чистое самоубийство.

Тень двинулась — и прямо к ней. Обычно скрипучие половицы молчали.

— Вернер не отправляет людей в Амерзонию зазря. Да это и не важно.