Открытая вражда - Владимир Михайлович Мясоедов Страница 30

Богатый аристократ, получивший отменное семейное образование или же вообще располагающий переводом этой же книги, только сделанным две-три тысячи лет назад, вряд ли бы заинтересовался подобным реликтом. Ну, может скопировал себе пару-тройку страниц, чтобы сравнить отличия…А вот для бедных, но умных студентов такой источник знаний, знаний не подвергавшихся умышленному вымарыванию страниц или же излишнему нагромождению метафорических смыслов и оголтелой пропоганды поверх достаточно четких и простых инструкций, стал бы настоящим сокровищем…И в копиях книг на современном языке было сказано, где можно взять ещё. Вернее, там было написано, что эти учебники являлись частью коллекции книг русского боярина Олега Коробейникова и были пожертвованы им Французской Академии Наук для того, чтобы все желающие могли их свободно прочитать. Не следовало обладать академическим складом ума, дабы понять — у щедрого мецената найдется литература из того же источника, но более качественная, вернее посвящена следующим ступеням развития одаренного. И он готов делиться.

— Одну секунду, мне нужно настроить барьер на посещение группой лиц, не имеющих разрешительных пропусков и поставить оттиск своей ауры. — Неожиданно притормозил французский магистр перед одним из зданий, обладавшим собственным защитным барьером. — К сожалению, правила недавно ужесточились…Одного из преподавателей с факультета журналистики поймали на том, что он ежедневно проводил по пять-шесть простолюдинов на открытые лекции, доступные только для благородных!

— Не вижу в этом ничего страшного, — неуверенно пожал плечами Олег. — Если это были лекции, да тем более открытые, то есть доступные для посещения любым желающим, то каких-то великих тайн там по определению быть не могло.

— Ну, так-то да, — вынужденно согласился с ним француз. — Однако на тех занятиях учили тому, как правильно и с наименьшими трудозатратами подчинять своему роду дикий овес…Ну, то есть магически одаренных бастардов, знать не знающих о своем истинном происхождении и не считающих себя ничем обязанным владельцам той земли, на которой им повезло родиться. А ведь зная меры воздействия, можно и меры противодействия подготовить. И этой информацией студенты Академии из числа простонародья, не оплативших доступ к подобным знаниям, активно обменивались между собой!

— Вот почему-то людьми придумано столько хороших идей: свобода, равенство, братство…Но в жизни всё зачастую сводится к иерхахической пирамиде и деньгам. — Вздохнул чародей, приближаясь к зданию музея. Ну, во всяком случае, если верить висящий над ним вывеске, где информация дублировалась на десятке языков, в том числе английском и русском. — И что потом случилось с этими студентами?

— Судили по закону, конечно. Как за воровство в пределах Академии, у лиц благородного сословия и промышленный шпионаж. — Пожал плечами Бетанкур. — Кажется, отправили их к магам крови как расходный материал…И преподавателю тому, соблазнившемуся их деньгами, тоже досталось! Он теперь года два будет только на оплату штрафов работать…

Здание музея было большим, одних только наземных этажей в нем было целых восемь, и Олег мог бы поспорить, что под землей скрыто не меньше, а может даже и больше. Причем экспонаты начинались даже не сразу за порогом, а ещё перед ним. Две статуи каких-то крылатых и бородатых грифоночеловекольвов, настолько реалистичных, что они казались живыми, были выполнены, несомненно в одной манере, но тем не менее представляли из себя вне всяких сомнений разных существ, лишь отдаленно похожих друг на друга чертами лица. Изваяния, своей детальностью заставившиеся Олега вспомнить рабов, которых по приказу хозяина обращала в камень его знакомая горгона, покоились на массивных мраморных тумбах у самого крыльца, были снабжены табличками, описывающими данные свидетельства древнего величия. И если верить сообщенной там информации, то попали они сюда как археологические находки, вывезенные в семнадцатом веке из гробницы какого-то царя Ассирии. И, предположительно, имели ещё более легендарное происхождение, поскольку в летописях посвященных жизни того царя они описывались как: «полученные в дар от могучего мудреца из державы великой, весь свет когда-то в страхе державшей и бывшей старой тогда, когда молоды были горы».

— Такая редкость и под открытым небом? Даже без навеса? — Олег был далек от любителей археологии его родного мира, искреннее радующихся возможности поглядеть на разбитые ещё во времена Древней Греции горшки, но тут даже в его душе шевельнулось возмущение. Скульптуры, напоминающие громадных грифонов, если бы им орлиную голову заменили человеческой и довольно бородатой, со словно бы завитыми на каких-то бигудях колечками, где получилось бы пересчитать каждый волосок, были настоящими произведениями искусства! Да только дождю, ветру, холоду, зною и всяким безмозглым вандалам, от нечего делать желающими непременно увековечивать свое существование на чем-то великом при помощи кое-как выцарапанных каракулей, на красоту разрушаемого объекта было плевать по определению!– Ну, знаете, вот от кого, а от вас не ожидал…

— Они конфликтуют с защитными чарами музея! Вернее медленно портят и сигнальные заклинания, и даже разложенные там артефакты одним своим присутствием, только никто не понимает — как. — Пожаловался Бетанкур. — Кстати, это не просто статуи, а големы…И, в теории, даже работающие! Только вот заставить их сделать хоть что-нибудь за последние две с половиной тысячи лет так и не получилось ни у кого. Но зато системы самовосстановления у них функционируют исправно! Стоит только обсыпать изваяния более-менее подходящей крошкой, которую на факультете скульптуры ежедневно производят килограммами, и любые трещины сразу затягиваются…

— Хм…Работа атлантов? — Предположил Олег, ступая на крыльцо, а потом резко останавливаясь. Его чувство опасности начало подавать сигналы, что происходит нечто неладное. Вход заминирован? Внутри засада? Там сейчас на экскурсии кто-нибудь из тех, кто имеет к чародею претензии вроде прибывшего посетить собрание археологических диковин Саввы или же каких-нибудь родичей французского министра экономики?

— Определенно — нет! — Последовал ответ от поднимающего к дверям Бетанкура, не заметившего заминки своего собеседника. — Я очень внимательно изучал дошедшие до наших реликвии того времени, и это совсем не их стиль! Более того, определенное сходство наблюдается с артефактами…

С треском, напоминающим пушечный выстрел, один из мраморных человекольвов бросился на Олега, будто большой голодный кот. Из его широко распахнувшейся пасти, снабженной острейшими клыками, вылетели клубы пыли, сноп каменной крошки и более-менее членораздельный рык, в котором чародей без особого труда угадал слово: «Мятежник!». Сказанное на гиперборейском.

Глава 6

Глава 6

О том, как герой получает