Дорога к миру - Герман Иванович Романов Страница 4

В пронзительной синеве над головами прошлись несколько реактивных самолетов — ВВС Эгейского военного округа проводили учения…

Первый советский реактивный истребитель МИГ-9 пошел в серию ровно через год после окончания 2-й мировой войны, благодаря германским разработкам, ставших законным трофеем. Однако этот самолет рассматривался командованием ВВС не как боевой, больше учебный для пилотов, во время перехода с поршневых на реактивные машины. Но именно «девятка» стала «предтечей» по-настоящему отличного истребителя, которому пришлось повоевать с лучшими американскими «коллегами»…

Глава 4

— Если мы бы не начали войну против русских, то сейчас капитулировали перед американцами, которые нас просто раздавили бы. Так что Дзасибуро, хотя я и восставал против генералов в этом вопросе, но сделанная мною тогда ошибка принесла огромную пользу империи в конечном итоге. И как не странно, но мы стали победителями в этой войне.

На Ямамото смотреть было страшно — чудовищный разрыв шестнадцатидюймового снаряда изуродовал старого адмирала, сделал его калекой, вот только не лишил ни ума, ни энергии. Наоборот — уже находясь на берегу и планируя операции «Объединенного флота», как начальник ГМШ, бывший главнокомандующий проявлял удивительную предприимчивость и необычайную расчетливость. И продолжал работать в том же режиме и призывал других не обольщаться коротким перемирием, а готовить флот к новой войне, которую считал неизбежной.

— Итоги конфликта не устроили американцев, они просто взяли паузу для наращивания своих морских вооружений. На достройке два чудовищных линкора с дюжиной 406 мм стволов на каждом — в конце года у янки будет десяток кораблей с такой артиллерией. Даже наши «Ямато» и «Синано» не в силах противостоять этим исполинам, «Нагато» будет сразу же потоплен — он вдвое уступает в весе залпа. К тому же «гейдзины» ввели в строй два быстроходных линейных крейсера, и недавно спустили на воду еще один такой корабль — по данным разведки на них стоят по девять двенадцатидюймовых пушек, но по своему весу эти «утяжеленные» снаряды всего на центнер легче наших четырнадцатидюймовых. Так что наши два оставшихся «конго» могут быть перехвачены и уничтожены их «айовами» — вражеские линкоры имеют большую скорость. Считаю, что эти линейные крейсера построены с одной целью — уничтожать тяжелые и легкие крейсера, как наши, так и германские «карманные линкоры», которые имеют огромную дальность плавания, но при этом недостаточную скорость — рано или поздно их настигнут.

— Немцы понимают это, они уже дважды чудом уходили от погони «балтимор». Эти новые тяжелые крейсера слишком опасный противник даже для нашего «Ибуки» — он один такой против десятка.

Одзава не скрывал тягостных размышлений — американцы строили собственные крейсера в каких-то невероятных количествах, в доложенные цифры категорически не хотелось верить, но сомневаться в них не приходилось. И тут, словно прочитав его мысли, старый адмирал негромко заговорил дальше, затронув самую «больную тему» — теперь для всех в мире стало ясно, кто является настоящим «владыкой морей»:

— Про авианосцы и говорить не приходится, Дзасибуро — тут мы проигрываем во всем. Американцы на каждый наш корабль имеют два своих, и продолжают постройку новых, чтобы создать более чем тройное превосходство по числу вымпелов, и в пять раз большую численность палубных самолетов. Наш «Кидо Бутай» просто походя уничтожат…

Ямамото тяжело задышал — было видно, что адмирал сильно нервничает. Одзава прекрасно знал ситуацию — данные поступали постоянно, причем добавляли свою информацию русские и немцы. Американцы сосредоточились на строительстве одного типа, «улучшенной» версии «Йорктауна», и постройка велась чрезвычайно быстро. Заложив массу кораблей в промежутке 1942–1943 годов, у них в строю уже было то ли пятнадцать, а может и семнадцать авианосцев, скорее поправка в сторону увеличения. И еще десяток в постройке, причем три авианосца нового типа, намного большего водоизмещения, и с увеличенной авиагруппой с восьми до двенадцати эскадрилий, если исходить из расчета дюжины самолетов в каждой. И хотя на всех японских авианосцах сделали увеличенные в размерах подъемники для поступивших на вооружение новых пикировщиков-торпедоносцев «Рюсей» и истребителей «Реппу». Их набиралось на сорок пять эскадрилий, чуть более полутысячи самолетов, на семи ударных и двух оставшихся легких авианосцах, при этом американцы могли выставить против 15–17 больших и 6–7 малых быстроходных авианосцев — до двух тысяч палубных самолетов.

Противопоставить этой американской морской и воздушной армаде было нечего — на двух уцелевших «журавлях» базировалось по семь эскадрилий на каждом. На паре легких авианосцах всего по три эскадрильи. На флагманском бронепалубном «Тайхо» и четырех новых «драконах», включая капитально отремонтированного ветерана «Хирю», по пять эскадрилий на каждом — в полтора раза меньше самолетов, чем на тех же «эссексах». И это все — новых авианосцев, как и линкоров с крейсерами, на стапелях не имелось, даже закладка не предусматривалась планами. На время «заморозили» и постройку подводных лодок, когда из Германии пришли через Индийский океан первые новые «электролодки» XXI серии. Эти субмарины буквально вогнали японских подводников в шоковое состояние, настолько велико оказалось их техническое превосходство. Пришлось с помощью прибывших по Транссибу германских специалистов несколько переработать чертежи под собственные торпедные аппараты, и недавно приняли решение о срочной закладке двух десятков таких подводных лодок. Хотелось много больше, но жизнь внесла свои суровые коррективы.

Все дело в чудовищной нехватке стали, ведь маньчжурские заводы оказались разбомбленными, а теперь вообще перешли под полный контроль русских оккупационных властей. Хорошо, что в ходе мирных переговоров «северный сосед» учел экономические интересы Страны Восходящего Солнца, и разрешил продолжить выплавку металла и добычу угля по договоренным квотам, хотя и пришлось собственными силами восстанавливать разрушенное налетами американской авиации. Хорошо, что передача русским всех островов Курильской гряды, как и отдача южной части Сахалина и всей Квантунской области обратно, не вызвало большого брожения в обществе и недовольства в армии — просто все прекрасно осознали чем может закончиться для страны война. К тому же Корея хотя и получила формальную независимость, вместе с наследным ваном, но фактически оставалась под полным контролем Токио, в точности как Маньчжурия с объединенной Монголией стали сферой влияния Советской России.

Всем колониям Британской империи, Франции, США, Португалии и Голландии, которые были заняты на начальном этапе войны, японцы еще два года тому назад сразу даровали независимость, беря на себя их защиту. И одновременно перед самым окончанием войны приняли декларацию на манер «корейской» об особом статусе Формозы, чтобы Страну Восходящего Солнца не упрекнули саму