По прозвищу Святой. Книга 4 - Алексей Анатольевич Евтушенко Страница 37

— А я разве не сказал? Замок Вартбург. К слову, любимый замок фюрера. Так что цените, вам оказана великая честь.

С этими словами в сопровождении автоматчиков он вышел, оставив Максима и Людмилу одних.

— Где мы, Коленька? — спросила Людмила, присаживаясь на стул и машинально придерживая одной рукой живот.

— В Германии, замок Вартбург. Какое-то время поживём здесь.

— Какое?

— Надеюсь, недолго. Как ты себя чувствуешь?

— Более-менее. Только устала очень. Это была трудная ночь.

— Прими ванну с дороги и ложись спать, — сказал Максим. — Я говорил, что тебя люблю?

— Пока ещё нет, — улыбнулась она. — А ты любишь?

— Больше жизни. Тебя и нашего ребёнка. Знаешь, что это значит?

— Что?

— Что с вами ничего плохого не случится. Я не позволю.

— Это хорошо. Я тоже тебя люблю, Коленька. И он любит, — она показала на живот. — Я знаю.

— Давай, — сказал он. — В ванную и спать. А завтра, точнее уже сегодня, я всё тебе расскажу. Обещаю.

Людмила выключилась сразу, как только после ванной залезла в постель. Максим тоже принял душ, лёг рядом и некоторое время изучал планы Вартбурга, которые имелись у КИРа.

Он быстро пришёл к выводу, что нужно знакомиться с замком в реальности, поскольку тот неоднократно перестраивался и реконструировался, а планов, относящихся именно к началу сорок второго года, у КИРа не имелось.

Тем не менее, было понятно, что при хорошо организованной охране сбежать отсюда очень и очень трудно.

В плане замок напоминал силуэт кита, который разлёгся на вершине лесистой горы хвостом к северу. Длина «кита» — сто тридцать метров. Ширина — сорок в середине и семнадцать возле «хвоста». Это вместе с толщиной стен. Собственно, стен, как таковых, немного, большую часть периметра занимают замковые каменные строения, которые и служат стенами. Высокими и крепкими стенами, надо сказать.

Единственная дорога, ведущая к замку из города Айзенах, петляет по горе с востока на запад и с запада на восток и, наконец, подходит к воротам в «хвосте» с севера. От замка по дороге до Айзенаха километра два. Напрямую — около километра. Да только они с Людмилой не птицы, чтобы летать по воздуху напрямую. А жаль…

Максим и сам не заметил, как уснул. Когда проснулся, часы показывали ровно семь утра, и в окно сквозь шторы сочился утренний свет.

Людмила продолжала тихо спать, подложив под щёку ладошку.

Какое-то время он полюбовался любимой, потом встал, тихо перешёл в другую комнату, сделал короткую, но энергичную зарядку и отправился умываться и бриться.

Людмила ещё спала.

Кой чёрт, подумал Максим. Если нас тут держат пока в санаторных условиях, то почему бы не воспользоваться моментом и не поухаживать за любимой женщиной, как она этого достойна?

Он быстро оделся и вышел в коридор. Посмотрел направо — в пяти метрах застыл автоматчик. Налево — ещё один. Понятно.

Дошёл до лестницы, спустился на второй этаж, быстро нашёл столовую, больше напоминающую небольшое уютное кафе. Десяток столиков, большей частью свободных. Паркетный пол. Натюрморты по стенам. Пахнет настоящим кофе и свежей выпечкой. И впрямь санаторий.

Он сел за столик. Тут же подошла миловидная официантка, поздоровалась.

— Доброе утро, — сказал он. — Как вас зовут?

— Простите, нам запрещено разговаривать с посетителями на любые темы, которые не касаются обслуживания, — ровным голосом ответила она.

— А мы тихонько, — он понизил голос и улыбнулся. — Никто не узнает. Обещаю.

— Эльза, — сказала она и чуть покраснела.

— Прекрасное имя. Мою преподавательницу немецкого языка тоже звали Эльза. Замечательная женщина. Скажите, Эльза, я могу взять завтрак в номер? Он на третьем этаже. Просто я здесь новенький и не знаю, что можно, а что нельзя. Дело в том, что со мной жена. Она беременна и ей трудно ходить по лестнице. Вы понимаете?

— Понимаю, — кивнула Эльза.

— Я сам отнесу, а потом верну поднос. Можете организовать?

— Мне нужно посоветоваться с начальником столовой, — сказала Эльза. — Я не могу самостоятельно решать такие вопросы.

— Так посоветуйтесь, — обаятельно улыбнулся Максим. — Я буду очень ждать. Вернее, мы с женой будем очень ждать. И будем очень благодарны, если вопрос решится положительно.

Спустя четверть часа с подносом в руках, на котором теснились две тарелки с варёными яйцами, две розетки со сливочным маслом, тарелка с белым хлебом, две чашки кофе (одна с молоком), столовые приборы и салфетница, Максим вернулся в номер.

— Коля, это ты? — послышался сонный голос Людмилы из спальни.

— Я, любимая, — ответил он. — Скажи, пожалуйста, когда тебе последний раз приносили завтрак в постель?

[1] Война в Вартбурге (нем.)

Глава пятнадцатая

С завтраком Максим покончил быстро.

— Я не знаю, сколько у нас времени, — сказал он. — Поэтому ты ешь, а я буду рассказывать. Пока — коротко, потом, если захочешь, подробнее. Хорошо?

— Хорошо, — сказала она.

— Учти, всё, что я тебе расскажу, может показаться бредом сумасшедшего. Но это не бред, а чистая правда. Доказательство — то, что мы с тобой находимся здесь. Немцы пошли насерьёзнейшие затраты сил, времени и средств, только бы нас с тобой заполучить. И у них, к сожалению, это получилось. Подожди секунду.

Он взял со стола блокнот, карандаш и быстро написал: «Нас наверняка подслушивают и записывают. Делай выводы».

Протянул блокнот Людмиле. Она прочитала, кивнула.

— Для начала меня зовут не Николай, а Максим…

Решение Максима рассказать всё Людмиле да ещё и так, чтобы этот рассказ услышали и записали немцы, было осознанным. Людмиле в любом случае надо было рассказать, иначе не получалось, если он хотел провести с ней всю оставшуюся жизнь. А он хотел.

Что касается немцев, то это уже не имело значения по большому счёту. Они уже знали, кто он такой, и скрывать от них нужно было не факты его биографии, а совсем другое — истинные знания. Его собственные и знания, которые хранились в необъятной памяти КИРа.

О существовании КИРа вообще не должен был пока знать никто. Даже Людмила.

Более того, Людмила — в первую очередь.

Просто потому, что ты не можешь никому рассказать о том, чего не знаешь.

Хоть под пытками, хоть как.

А в том, что немцы прибегнут к пыткам, если решат, что это необходимо,