Первый БПЛА Второй Мировой. Том 2 - Максим Арх Страница 24

Однако тот, хоть и был сонным тыловиком, но инстинкт сработал — он отпрыгнул в сторону, кубарем покатившись по грязи.

Сергей не стал обращать на это внимание, а лихо выкрутил руль, направив тяжелую машину к главным воротам.

Интендант, к этому времени, явно поняв, что происходит что-то из ряда вон выходящее, с перекошенным от ярости и страха лицом, захлёбываясь заорал на весь периметр:

— Тревога! Диверсант! Хальт!

Да не просто заорал, его рука судорожно принялась шарить по кобуре, пытаясь вытащить пистолет.

«А вдруг попадет?» — пронеслась мысль у меня в голове.

К этому времени машина еще не набрала скорость, и доставший оружие немецкий офицер имел все шансы попасть по напарнику или в шины. А потому я принял единственно верное в данной ситуации решение и активировал сброс. Причем сделал это так, чтобы поразить не только интенданта, но и тех трёх грузчиков, которые уже бежали на крики начальства.

На экране в серо-зеленых тонах тепловизора яркая белая вспышка на мгновение ослепила камеру. Глухой, тяжелый «Бабах!» донесся до меня через секунду, уже как реальный, приглушенный расстоянием звук. Группа теплых силуэтов разлетелась, словно кегли.

Я тут же перевел камеру и направил дрон следом за грузовиком.

А там немцы у ворот, услышав взрыв и крики, уже пытались закрыть тяжелые створки, чтобы запереть выезд.

— Стоп! — скомандовал я в рацию.

Напарник молниеносно выполнил команду, и машина рывком застыла на месте. Как только это произошло, я, не целясь, скинул мину прямо перед воротами.

Уже через секунду очередной оглушительный взрыв разорвал утреннюю тишину.

«Бабах!»

Яркая вспышка озарила местность, и тяжелые деревянные ворота, смешавшись с обломками будки охранников и телами солдат, разлетелись в разные стороны под напором ударной волны. В воздух взметнулась взвесь грунта и клубы дыма.

И пока возможные выжившие не пришли в себя скомандовал:

— Гони!

Сам же, переключив внимание на планшет, направил дрон на экстренную перезарядку к моей позиции.

Как только беспилотник, жужжа, снижался ко мне, я лихорадочно, отсоединил севший аккумулятор и впихнул на его место свежий, из термосумки, подвесил новые сбросы и поднял его в воздух.

Не прошло и пары минут, как подъехал Сергей. Он выпрыгнул из кабины, вытирая рукой обильно взмокший лоб. Его лицо было бледным от напряжения.

— Охренеть можно! — вновь использовал он жаргонизм из будущего, который, кажется, уже крепко вошел в его лексикон.

— И не говори, — удивился я этому факту, закидывая свой скарб — планшет, зарядку, термосумку, маскировочную сеть, оставшиеся мины и тому подобное — в кузов.

Быстро погрузились, и машина рванула в то место, где был оставлен заминированный квадроцикл с прицепом. Да, оставлять столь ценный артефакт из будущего без экстравагантной сигнализации мы не собирались. Размышляли при минировании мы так: «Если вдруг он будет найден, то пусть не достается никому. Слишком уж много в нем было передовых технологий, чтобы оставлять все это на произвол судьбы».

Но к счастью, авиаразведка показала, что четырёхколёсник никем найден не был и мы спокойно продолжили путь.

Когда наш грузовик выехал на глухую лесную дорогу, я направил дрон обратно к складу, чтобы оценить обстановку. И был крайне удивлен тому, что увидел. Хаос был, но он уже начинал обретать черты организованности. И в центре этого хаоса я увидел фигуру в офицерской шинели — того самого интенданта! Тот был жив, лишь испачкан грязью и, видимо, контужен. И вот этот контуженый тип, яростно жестикулируя, уже забрался в коляску мотоцикла явно собираясь начать преследование.

Разумеется, этого я ему позволить не мог. А потому выпущенная из держателей мина, упав точно интенданту на голову подвела итог не только его бесполезной и никчёмной жизни, но и парочки солдат, что собирались было присоединиться к погоне за нами, а по факту присоединились к варке в адских котлах во веки вечные.

Глава 11

Интерлюдия. Анна

День выдался тяжелым и полным переживаний. Ребята ушли на очень сложное и важное задание. Анна и её мама прекрасно понимали, что командиры направляются буквально в логово врага. И если Николай должен был только прикрывать, то Сергею предстояло непосредственно контактировать с немцами, надев их форму и говоря на их языке. И это было страшно. Очень, очень страшно!

Женщины не могли найти себе места в тесном пространстве бункера. Каждая в душе боялась и за ребят, и за то, что если они не вернутся, то их судьба тоже, скорее всего, будет печальной. Без защиты и знаний шансы выжить в этом лесу, окруженном врагом, стремились к нулю.

Галина Ивановна молча штопала одежду. Анна то подходила к входной двери, прислушиваясь к звукам снаружи, то бесцельно переставляла немногие вещи в их комнате на полках.

Время тянулось мучительно медленно.

И когда, несмотря на все тревожные мысли, их командиры вернулись живыми и здоровыми, — словно камень свалился с плеч, позволив снова дышать полной грудью.

О том, что запланированное у ребят получилось, красноречиво свидетельствовал прицеп, заполненный трофеями. Из-под брезента виднелись углы ящиков с немецкой маркировкой.

Анна и её мама сразу же присоединились к разгрузке, не дожидаясь просьб. Работа была простой — заносить ящики с минами и гранатами в коридор бункера, ставя их аккуратно у одной из свободных стен.

Вначале женщины боялись даже шелохнуться лишний раз, неся столь опасный груз. Они смотрели на эти зеленые коробки с безмолвным страхом.

Но потом Сергей, заметив их напряжение, объяснил спокойным, уставшим голосом, что боеприпасы сейчас не находятся в боевом положении.

— Без детонаторов они не активируются, — сказал младший лейтенант, беря очередной ящик. — Им нужен специальный взрыватель, как спичка пороху. Сейчас тех взрывателей мы не привезли. Их захватим последним рейсом — отдельно.

— А сколько этих рейсов всего будет? — поинтересовалась Аня, поправляя платок.

— Думаю, не считая этой ходки, ещё не менее четырех, — ответил Николай, вытирая пот со лба. — Когда привезём детонаторы, в целях безопасности, хранить их будем вдалеке от самих боеприпасов. Думаю, гараж для этого подойдёт лучше всего.

Вскоре мужчины, перекусив на скорую руку, уехали за новым грузом. А женщины, закрывшись в убежище, остались ждать, вновь погрузившись в тягостное неведение о судьбе их защитников. Этот второй этап ожидания был уже немного легче первого — самое страшное, проникновение в логово врага и выход оттуда живыми, было