Роанна Аньер. Путь на Север - Виктор Постоенко Страница 20

Убрала оба мешочка в сундучок со слитками, что стоял за кроватью в моей теперь комнате, закрыла на внутренний замок. Ключик повесила на шею. На улице меня ждала Айма с полотенцем, тазиком и кувшином теплой воды.

— Ой, а я только шла к Вам, вот умыться несла.

Я поблагодарила ее, умылась, потом позавтракала и засела опять в беседке. Часа через два пришла Нанке. Видимо, Франкис ее серьезно припахала. Она села, выпила сразу подряд две кружки компота и принялась за виноград.

— Эй, а разрешения спросить слабо?

— Чего?

Обе засмеялись. Затем я сказала ей, что мне нужна ее помощь, чтобы сходить к ювелиру Грейтору. Она ответила, что он как раз и занимается в своей мастерской литьем всяких недорогих безделушек. Там можно и пуговицы заказать. Я подумала, что это просто замечательно. Рассказала ей об утреннем приключении.

Отправила ее переодеться, оделась сама, не забыла вуаль, пояс с золотой пряжкой, взяла мешочек с жемчужинами, сообщила Даймону о нашем уходе, и мы отправились на Ремесленную улицу. Она была за рынком у реки, в двух кварталах от последних рыночных рядов. Там располагались мастерские многих ремесленников: кожевников, стеклодувов.

Зашли в мастерскую, и я попросила пригласить мастера Грейтора. Вышел невысокий мужчина средних лет, больше похожий на профессора из моего прежнего мира. Спросил, чем может служить госпоже. Я попросила его подойти, наклонилась к его уху и прошептала: «Дортон Сейл».

Он вздрогнул, поклонился, потом пригласил меня пройти к нему в комнату за прилавком. Я показала на Нанке и сказала, что она со мной. Он кивнул. В комнате я молча протянула ему мешочек. Сказала, что тут ровно сто штук. Он даже не стал проверять и положил мешочек в закрывающийся небольшой сундучок.

— Вы даже не будете его развязывать? — спросила я.

— Нет, госпожа. Но я бы попросил Вас снять вуаль. Ведь отныне я обязан Вам подчиняться. И Вы должны развеять все мои сомнения.

Я выполнила его просьбу. Он долго внимательно всматривался в мое лицо, а потом вдруг низко поклонился.

— Вы так похожи на свою матушку. Просто удивительно похожи, особенно когда улыбаетесь и у вас на щечках появляются ямочки. Я знал Вашу матушку много лет. Поэтому у меня нет даже тени сомнения, что Вы не ее дочь. Любое Ваше пожелание будет исполнено. Сундук с пятьюстами слитками доставят в поместье вечером, повозкой, как всегда, со стороны реки. Пусть кто-то в двадцать один час ожидает у калитки. Он слишком тяжел, чтобы его можно было нести, не привлекая чужого внимания. Мои люди занесут его и поставят там, где Ваша Светлость прикажет.

Я ошалело посмотрела на него. Глянула на Нанке — та выглядела очень серьезно и не сводила с мастера глаз.

— Вы меня как назвали?

Он вдруг испуганно взглянул на меня и побледнел.

— Простите, как-то само вырвалось. Простите...

— Погодите. Вы сказали, что знали мою матушку много лет, так что...

Но он прервал меня:

— Простите меня заранее, но я не имею права ничего говорить. Ваша матушка запретила. Случайно вырвалось — Вы так на нее похожи. Ищите документы. Есть документы, я их видел собственными глазами семнадцать лет назад.

— Хорошо, спасибо за откровение. А теперь у меня вопрос. — Я достала сложенную бумагу, где были набросаны эскизы пуговиц и примерные их размеры. — Вы знаете, что тут изображено?

— Знаю. Это украшения для знати, я иногда их отливаю. Но зачем они понадобились?

Я объяснила ему, как смогла, для чего и почему разные размеры. Он удивился, сходил в мастерскую, принес несколько образцов. Мы посмотрели их, выбрали те, что мне понравились. Я спросила, можно ли их покрыть позолотой. Он утвердительно кивнул. Сказал, что через два дня всё будет готово.

Назад мы шли в полном молчании. Я переваривала услышанное, Нанке просто молчала. Но, видимо, думала о том же.

— Что скажешь? — спросила я.

— Да ничего. Но как-то странновато, что есть те, кто знает тайну твоей мамы. А мы вот не знаем. И я не помню ничего о сундуках. Если, как ты говоришь, каждые два-три месяца шли такие поступления, то где-то всё это должно храниться. И это явно не тот тайник.

Вечером отправили дежурить к калитке Айму. Тао пошла вместе с нею. Мастер оказался точен. Ровно в двадцать один час подъехала повозка, и четыре подмастерья занесли сундук. Я попросила поставить его в спальне, в изголовье кровати.

Он не был большим, но, судя по тому, как напрягались люди, тяжелый. Открыла — ровными столбиками расположились серебряные слитки. Взяла один в руки — Императорское казначейство. Положила на место. Пятьсот серебряных или пятьдесят золотых слитков. Да тут замок можно было небольшой купить.

Спать Нанке осталась у меня. Долго лежали и болтали, строили догадки, где могут быть спрятаны документы. С тем и уснули.

Глава одиннадцатая. Элисия. Министр Хан

Утром, после завтрака, захватив выкройки и книгу, отправились к портному. Материал для костюма я решила сначала посмотреть у него, резонно подумав, что, покупая материал у портного, тем самым расположу его больше к себе. Так и вышло: у него нашелся прекрасный бархатистый материал темно-зеленого цвета с серебристым отливом.

Рубашку под низ я задумала белую, с длинными рукавами, заканчивающимися кружевными манжетами, а также с отложным кружевным воротником, который планировала поднять наверх и уложить поверх отложного воротника сюртука. Портной не сильно удивился, увидев рисунки, но вот выкройки его поразили. Он позвал жену и невестку, и они внимательно их посмотрели, обсуждая каждую деталь.

— Госпожа, получается, что, имея такой рисунок, можно сразу шить несколько подобных платьев, просто меняя размер по клиенту?

Я подтвердила. И рассказала, что можно самим вносить изменения, чтобы не получалось одинаковых изделий. Показав пальцем на карман, я сказала, что я сама уже внесла изменение — и вот тут будет по-иному.

Достала свой рисунок и показала, как будет выглядеть внутренний карман, прикрытый сверху фигурным клапаном. Пояснила, для чего это. Мастер удивился:

— Мы шьем мешочки в рукавах наших платьев, а тут вон как всё просто.

Сняли сразу же с меня мерки. Сын мастера принес лист бумаги и тщательно, соблюдая пропорции, перерисовал все выкройки, выписал все размеры. Получилось у него довольно-таки точно. Я похвалила его. Он смутился. Отец сказал, что сын увлекается рисованием картин, поэтому и рука у него набита. Договорились, что встретимся послезавтра.

Мастер аж загорелся. Естественно, я взяла с него слово, что потом он может использовать эти выкройки, но только после того, как я покажусь в городе в этом новом