Девятый легион: туман мертвых богов - Баграт Мгелия Страница 15

— Не смотри им в глаза , парень, — прорычал Север. «Дар» подсказал: они уже не люди. Просто оболочки.

Твари шевельнулись одновременно. Без рыка, без команды. Самый крупный грузчик сорвал с петель массивный дубовый брус и взмахнул им с такой легкостью, будто это была сухая ветка.

— Влево! — крикнул Север.

Ацер среагировал быстрее людей. В тот момент, когда брус взлетел в воздух, пес мощным прыжком бросился под ноги гиганту. Он врезался всем весом в колено твари, сбивая ей замах.

Брус с грохотом разнес борт телеги, превратив дерево в щепки. Тиберий, отскочил и нанес молниеносный колющий удар в живот ближайшему существу. Гладиус вошел по самую рукоять, но тварь даже не дрогнула. Вместо крови из раны повалила густая черная слизь.

— Бесполезно! — Север уклонился от загребающей лапы второго гиганта. — Бей в связки! Руби шею!

Третий каледонец, перешагивая через обломки, потянулся к горлу Тиберия. Он бы раздавил его, если бы не Ацер. Пес взвился в воздух, вцепившись в массивное предплечье монстра. Раздался жуткий хруст, зубы молосса вонзились в податливую, массу. Ацер не разжимал челюстей, всем весом повиснув на руке твари и выигрывая для Тиберия драгоценные секунды.

— Держи его, мальчик! — выдохнул Север, занося свой меч для решающего удара.

Бывший примипил действовал как мясник на бойне. Он подсек подколенное сухожилие первой твари, заставив ее рухнуть на камни, и коротким, мощным ударом вогнал меч точно под основание ее черепа. Металл встретил сопротивление, словно он резал застывшую смолу. Черная жижа брызнула на доспехи, и Марка обожгло ледяной вспышкой чужого, бесконечного голода.

Когда последний «пустой» распластался в грязи, изнутри склада донесся звук, от которого заложило уши — хриплое, булькающее рычание. Ацер, только что выпустивший из челюстей обмякшее предплечье грузчика, мгновенно отскочил к Северу. Пес задрал голову и завыл.

Массивные двери со стоном подались внутрь, изрыгая облако едкого пара.

Двери склада медленно подались внутрь, изрыгая облако едкого пара. Из темноты, освещенной лишь тусклым, багровым сиянием углей, начало выходить оно.

Демосфен всегда был тучным человеком, но теперь его тело превратилось в бесформенную гору вздувшейся плоти. Его зеленоватого оттенка кожа лопнула во многих местах, обнажая сочащиеся гноем раны. Его лицо сохранило человеческие черты, но глаза стали совершенно белыми, лишенными зрачков. Ацер попятился, его лапы заскользили по жирной портовой грязи. Он оскалился, но вперед не шел — инстинкт зверя подсказывал ему, что перед ним опасная, коварная тварь.

— Центурион... — голос грека звучал так, будто пузыри воздуха лопались в густой смоле. — Ты пришел за товаром... Кай обещал золото... Но золото — это пыль. Туман предложил мне вечность.

Демосфен поднял руку, и Север увидел, что пальцы грека срослись с огромным медным черпаком. Он помешивал содержимое огромного котла рядом с собой, в котором бурлила та самая черная нефть.

— Огонь... — прохрипел грек, и голос его походил на лопающиеся пузыри в смоле. — Кай купил огонь... но огонь хочет есть.

Он замахнулся огромным медным черпаком, словно тяжелой палицей. Север не стал ждать продолжения. Его «дар» за виском пульсировал в такт ударам сердца, выжигая в мозгу единственную команду: убей это, пока оно не коснулось тебя.

— В сторону! — рявкнул Марк Тиберию.

Ацер, поняв команду хозяина, рванулся вправо, отвлекая внимание чудовища. Он кружил вокруг Демосфена, заходя со стороны его раздутых, сочащихся сукровицей ног. Пес не решался напасть, но его яростные выпады и ложные прыжки заставляли грека неповоротливо вращаться, подставляя под удар Севера свою бесформенную спину. Каждый раз, когда черпак со свистом рассекал воздух там, где только что был пес, Ацер отвечал коротким, захлебывающимся рычанием, удерживая тварь на месте.

Черпак с гулким звоном врезался в каменный пол там, где мгновение назад стоял центурион. Север скользнул под руку монстра, чувствуя исходящий от него жар и тошнотворный запах жженого волоса. Гладиус вошел в рыхлое, вздувшееся боко грека по самую рукоять. Демофонт даже не вскрикнул — из раны вместо крика вырвался свистящий поток серого пара.

Тварь попыталась схватить Севера свободной рукой, где пальцы уже превратились в подобие черных когтей, но Тиберий, преодолев оцепенение, зашел сзади. Его короткий меч глубоко врубился в толстую шею алхимика.

Север рванул клинок на себя, и нанес решающий удар в грудь, туда, где под слоями мутировавшей плоти еще должно было находиться сердце. Демосфен вздрогнул, его огромное тело мешком обрушилось на пол, опрокинув одну из пустых лоханей. Черная жижа медленно потекла по камням, смешиваясь с грязью.

— Всё... — выдохнул Тиберий, опуская окровавленный меч. — Он мертв.

Глава 5

Ацер подошел к туше, брезгливо обнюхал край вздувшейся кожи и тут же отпрянул, яростно вытирая морду о солому на полу.

— Бери бочки, — приказал Север, вытирая клинок о край рогожи. — Нам нужно уходить.

Тиберий бросился к ряду запечатанных емкостей у дальней стены. Он схватил одну из них, пытаясь подтащить к телеге, но крышка, плохо пригнанная, соскользнула. Парень заглянул внутрь и замер.

— Марк... иди сюда.

В багровом свете догорающих углей было видно, как в густой, переливающейся радужной пленкой масла что-то тускло блестит. Север подошел и, не колеблясь, погрузил руку в маслянистую жижу. Ацер встал рядом, положив голову на край бочки. Он издал тихий, утробный рык и прижал уши.

Пальцы Севера нащупали холодный металл.

Он вытащил на свет небольшую медную пластинку на кожаном шнурке. Жетон Десятого манипула. На нем четко читалось имя: Тит Флавий.

— Я видел его позавчера вечером у штаба, — голос Тиберия стал бесцветным. — Кай похоже отправил его сюда. Сказать греку, чтобы тот поторопился с заказом. Флавий просто зашел в эти двери...

Север нащупал в бочке еще один жетон, потом еще один. Клеймо за виском отозвалось резкой, холодной болью. Перед глазами всплыла картина: Демосфен, обезумевший от шепота Тумана, перерезает глотки посыльным Кая прямо над чанами, веря, что свежая кровь легионеров наделит обычную нефть силой гореть в этой магической мгле.

— Кай не знал, — хрипло произнес Север, сжимая жетоны в кулаке так, что края впились в ладонь. — Вчера он договаривался с алхимиком. Но Туман в этой низине превратил грека в чудовище за считанные часы. Когда его люди перестали возвращаться, Кай понял, что сделка протухла, и послал нас — тех, кто сможет забрать груз