Меченый. Том 6. Огонь наших сердец - Андрей Николаевич Савинков Страница 10

Одновременно были закуплены в той же Японии — смешно, но кредит на это был взят под минимальный процент в той же Японии, а учитывая ожидавшиеся там проблемы со взлётом инфляции и подъёмом ставок, это было иронично вдвойне — POS-терминалы и оборудование для их производства в СССР. В Ленинграде в гастрономах начали массово оборудовать кассы с возможностью оплаты картой. Народ, надо признать, пока новинкой пользовался неохотно, предпочитая по старинке снимать всю наличность сразу после прихода зарплаты на счёт, однако лиха беда начало.

А ведь нужно ещё и сами карты производить, там вообще речь о сотнях миллионов штук идёт…

— Вот тебе первое организационное предложение — ввести налоговые декларации для партийцев для начала, — озвучил я одну из своих «домашних заготовок». — У нас же появился специализированный налоговый орган, пускай работают. Короткий ежегодный отчёт о доходах и расходах. Кто что купил в этом году — начиная, например, от суммы в сто рублей. А то смотришь бывает: оклад у человека двести рублей, а дома добра как у внука подпольного миллионера Корейко. Машина в гараже, дача двухэтажная. Возникает вопрос — на какие шиши? Что, Григорий Васильевич, поддержит твоя организация такое начинание?

Говорят, в каждом вопросе содержится половина ответа; в этом вопросе ответ содержался на 100%.

— Конечно поддержит, Михаил Сергеевич. Расходы партийца — это, можно сказать, его лицо. Оно должно соответствовать. — Чему соответствовать должно лицо партийца, уточнять, что характерно, никто не торопился.

— А ещё есть идея создать на базе Центрального вычислительного центра Госбанка аналитический отдел, который бы работал с данными и искал выбивающиеся из общего ряда случаи. Сейчас это, конечно, мало что даст — пока просто недостаточно населения вовлечено, — но вот в будущем… — А вот и зачатки советской «Биг Даты» начинают обретать форму. Впрочем, даже уже сейчас, собрав данные по вкладам в сберкассах, вполне можно поймать какую-нибудь рыбку. Особенно если ввести запрет на хранение больших сумм в наличности. Вот зачем, например, честному трудящемуся может понадобиться под матрасом хранить условных 30 тысяч рублей? Особенно когда есть сберкасса и когда каждый год эта сумма «худеет» на определённый процент. Незачем. Если человек прячет свои деньги от государства — значит, есть что скрывать, нужно к нему как минимум внимательнее присмотреться.

— Кроме того, мы прорабатываем идею о выплате вознаграждений за предоставление сведений о хищениях. Сдал вора — получи кусок от того, что вернулось государству в казну, — озвучил ещё одну задумку Романов.

— Это же что, опять доносы? Как в 1937-м? — Лигачёва наш напор с двух сторон окончательно сбил с толку. И это при том, что именно в нашем главном по кадрам я был уверен на сто процентов: в плане личного обогащения Егор Кузьмич был совершенно простым человеком, я у него и дома был. Не коммуналка, конечно, но и золотых унитазов там точно нет.

— А чем плохи доносы? Людям снизу часто видно то, что сверху от глаза ускользает. Нужно только какой-то предохранитель в систему встроить, чтобы злоупотреблений избежать, а так — какие проблемы?

Ну и был ещё один момент. Самой крупной сейчас наличной купюрой были коричневые сторублёвки с Шолоховым, причём после смены старых рублей на новые количество данных банкнот было уменьшено до минимально возможного минимума. 100 рублей — чуть меньше половины средней зарплаты на момент 1988 года; большая часть населения такие бумажки держала в руках крайне редко, они зачастую в быту просто не нужны, как, впрочем, и полтинники. Самыми ходовыми были рубли и трёшки, а самой крупной из «повседневных» — червонец. Но пройдёт время, деньги будут потихоньку контролируемо обесцениваться, и, например, через 20 лет средняя зарплата должна дойти при том же взятом темпе с определённым опережением инфляции до 500 рублей. И чем дальше, тем оперировать большими суммами в наличке будет сложнее и сложнее. Честные люди перейдут в безнал, а нечестные… Ну что ж, посмотрим, как они смогут существовать в условиях «цифрового коммунистического концлагеря».

Глава 5−1

Краснодар

05 сентября 1988 года; Краснодар, СССР

АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ: Новые страницы международной справедливости

В мировом правосудии наметился важный поворот. Вслед за государством Науру, обратившимся в Международный суд ООН с иском к Австралии за ущерб, нанесённый в годы колониального гнёта (Науру обрело независимость в 1968 году), к судейской трибуне Гааги идёт и Кения — с требованием законного возмещения от Великобритании.

Это решение кенийского народа — не только правовой шаг, но и нравственный приговор самой системе колониализма. Путь Кении к свободе был тяжёл и кровав: британские власти, стремясь подавить национально-освободительное движение, вводили режим чрезвычайного положения, сеть «лагерей перевоспитания» и «защищённых деревень», практиковали массовые задержания и высылки, пытки и унижения, внесудебные расправы. Широко известны коллективные наказания целых общин, конфискации земель у крестьян, насильственные переселения, разрушение традиционного уклада и культуры. Колониальные каратели отвечали на стремление народа к свободе штыком и плёткой, в то время как кенийские патриоты платили за независимость жизнью и здоровьем.

Как свидетельствуют документы и многочисленные показания, «цивилизаторская миссия» метрополии обернулась для Кении сломанными судьбами, разорением хозяйства, истощением природных богатств. Лондон несёт полную ответственность за преступные методы управления, за систематическое попрание человеческого достоинства и прав коренного населения. Сегодня, когда свободная Кения уверенно строит будущее, пришло время назвать вещи своими именами и потребовать возмещения причинённого ущерба — в строгом соответствии с нормами международного права и принципами исторической справедливости.

Советский Союз всемерно поддерживает справедливые требования Найроби. Страна Советов неизменно стоит плечом к плечу с народами Африки, Азии и Латинской Америки в их праве на развитие, суверенитет и достоинство. Мы убеждены: голос Кении в Гааге — это голос всех, кто пережил гнёт колонизаторов, это шаг к упрочению мира на началах равноправия и взаимного уважения.

Создание положительного прецедента в деле Кении откроет широкую дорогу десяткам других пострадавших стран XIX и XX веков — от Африки до Карибского бассейна — для законного взыскания с бывших метрополий того, что им принадлежит по праву. Международный суд ООН призван ясно показать: эпоха безнаказанности колониальных преступлений безвозвратно ушла в прошлое.

И пусть этот судебный