Дневник. 1964-1972 - Александр Константинович Гладков Страница 95

В газетах сообщается список произведений, выставленных на Лен<инскую> премию. Что касается литературы, кино и театра — проект этот небывало убог. Все пожимают плечами. За старые детские стишки, которым чуть ли не 40 лет, выставлен Михалков. Он служит верой-правдой и конечно премию получит.

Это все — одно к одному — идет общее наступление реакции на всех фронтах.

2 марта. <…> Ночью высокая температура. Термометра нет и я не меряю, но чувствую себя отвратительно. <…>

Оказывается, третьего дня в Москве была паника. Прошел слух, что водка с марта будет стоить 4 р. 30 к. Осаждали магазины, брали ящиками. Какой-то психоз. Будто бы есть проект: ввести «сухой закон» и повысить налог на 7 %, чтобы взять в бюджет ту сумму, которую дает водка.

Звонки Юры, Левы, Саши Борщ<аговского>. Множество медицинских советов и предложений помочь.

3 марта. Болен. Скверная ночь. <…>

Вечером еще звонок Левы: ему звонила Эмма со съемок: она сейчас приедет к ним. Прошу не выдавать мой телефон, отделаться незнанием и пр. Тем не менее — взволновался и даже приняв бехтеровку[89], еле уснул.

4 марта <…> В Москве шабаш антиизраильских воззваний и митингов. <…>

5 марта. Под «антисионистским» воззванием стоят подписи Плучека и Райкина. Для Плучека — это большой карьерный успех. Подписи Слуцкого нет, так же как подписи Каверина. Оказалось вдруг, что Быстрицкая — еврейка.[90]А в общем-то смысл всей этой к<а>мпании туманен, хотя проводится она рьяно и старательно. Вчера прессконференция передавалась по телевидению. Любопытно, что под воззванием есть подпись заместителя председателя еврейской автономной области. А где же председатель? Ясно, что он Петров или Сидоров.

Моя квартирная хозяйка, сестра Переца Маркиша, подтвердила мне, что М. Эппельбаум[91] оговорил на следствии ее брата и других и стало быть на его руках была их кровь. Как шла очная ставка. Записать. <…>

Во вчерашней Лит<ературной> газете впервые в нашей прессе статья о Владимире Набокове, в которой говорится о нем все что угодно кроме того, что он очень талантлив. Впрочем, не утверждается, что он агент ЦРУ.

Сегодня вторично передавали по теле прессконференцию о сионизме. Жалкое лицо Райкина. Плучека не разглядел. Апломб старых карьеристов, прожженных демагогов, которым все равно, что говорить. Вялые, циничные, скучающие лица наших корреспондентов: напряженно хмурые иностранцев. Зловещая комедия!

6 марта. <…> Звонок В<еры>. Ее неудачи. Сердится, что я не слишком энергично сочувствую. Саша Палам<ишев> снова хочет видеться. Отговариваюсь. Лева рассказывает о поведении новой редколлегии в «Н<овом> м<ире>». Из № 2 снята только статья Рассадина о библиотечке «Огонек». Пока Косолапов заискивает перед аппаратом. Твардовский, как и следовало ожидать, запил…

7 марта. Мне лучше и я выходил на пол-часа: опустил письма (Леве и Т.) и купил хлеба. <…>

Утром Ц. И. мне сделала по телефону сцену, что не звоню ей. У нее тоже головные боли. Еще звонок Юры. Слух, что с 10-го все-таки подорожает водка

Я уже месяц в Москве. Буду ли я через месяц в Загорянке?

8 марта. <…> Звоню и «поздравляю» Ц. И.: мне звонят Юра и Лева. Юра маниакально боится заразиться гриппом и не заходит ко мне. <…>

Много и часто мучительно думаю об Эмме. От самого себя это можно и не скрывать. <…>

Сегодня взялся за пьесу, но не очень работается.

В Москве полтора десятка домов, где мне рады, когда я прихожу, но я по-чему-то нигде не бываю.

9 марта. Днем хозяйка ушла и я немного помылся. Потом поехал к Юре. Его уговаривает писать сценарий А. Зархи.[92]Он советуется.93 Я откровенно говорю ему все, что знаю и думаю о Зархи.94 Он колеблется. Его посылают от СП на 10 дней в Монголию. Готовится сесть за «Желябова»: прочитал бездну. Я принес ему «Истоки».[95]

Р. А. М<едведева> исключили и на КПК.[96] Слух о готовящейся новой акции ак<адемика> С<ахарова>. А в общем во всем застой и торжество реакции. Твардовский пьет. Наверху сейчас самым влиятельным человеком называют Кириленко, который понемногу все забрал в свои руки. <…>

Кстати, А. Зархи прямо сказал Юре, что хочет иметь «долю», что «у нас обычно берут половину», но он согласен и на 30 %. Из своих 4‑х картин я давал «долю» только в первой — Рязанову — 25 % (или 30 % — уже не помню).

11 марта. <…> Позвонил Авениру Заку[97], чтобы узнать телефоны Кинопроката. Он дал мне телефон их главной бухгалтерши и она сразу мне ответила, что напечатано уже 652 копии широкого экрана и в мартовской ведомости мне перечислят что-то около 5 тысяч рублей. Это меня как-то ошеломило и даже не верится. Таким образом, бедности осталось всего 2 недели.

12 марта. <…> Проснулся с мыслью, что в ответе бухгалтерши какая-то путаница. М. б. она не разобрала название фильма или мою фамилию? Уж как-то чересчур благополучно. Но звонить проверять неудобно. Можно было бы попросить Ольгу Константиновну в ВУАПе, но она всегда зла как чорт и может отказаться. Остается ждать.

14 марта. <…> Вчера в «Веч<ерней> Москве» объявление о том, что с 16-го будет демонстрироваться «Хламида».

16 марта. Сегодня в 22 кинотеатрах Москвы идет мой фильм. Но я вероятно схожу на него завтра.

17 марта. <…> Прочитал роман Ивана Шевцова «Во имя отца и сына» — это достойное продолжение «Тли» и «Чего же ты хочешь?» — еще один роман в жанре пасквиля, который у нас так успешно развивается.[98] В книге много больших и мелких доносов и доносиков. Она грубо откровенна и выговаривает то, что более умные «охранители» прикрывают. Любопытно, что в книге совсем нет нападок на «русситов», в отличие от кочетовского романа. Уж не пытаются ли «охранители» заключить с «русситами» некий блок. На практике он уже, пожалуй, существует.

21 марта. Сегодня посмотрел «Хламиду» на обычном киносеансе в к/т «Встреча» на Садовой Черногрязской. Сеанс 16.10. Народу довольно много, но все же зал не полон. Я был вместе с Левой, Люсей и ее сестрой Олей.

Зрители смотрели фильм внимательно: был смех иногда.

Видимо я волновался, потому что после был как избитый: все болело, как после сильного физического напряжения.

24 марта. <…> Звонил Ольге Конст<антиновне>. Вычетов больше, чем 1200 рублей. Если отдам все долги и заплачу по всем счетам и обязательствам, то останется около 2000 рублей. Маловато, но могло бы быть и меньше. Чудо, что напечатали