Архив еврейской истории. Том 14 - Олег Витальевич Будницкий Страница 60

Илья вынужден был оставить обучение в еврейской школе, так как родители не могли за него заплатить[717]. «Домашнее-тюрем-ное», «домашнее и каторжное» — так иронично он охарактеризовал свое образование в анкете для вступающих в ВОПКиС и «Личном листке ответственного работника Народного комиссариата по иностранным делам»[718]. В регистрационном бланке личного дела члена РКП(б) Гейцмана за 1936 год о его образовании сказано еще более лаконично: «самоучка»[719]. При этом по данным на 1936 год он говорил и читал по-русски, по-немецки и на родном идише[720].

С 12 лет родители отдали Илью на щетинную фабрику, принадлежавшую их родственнику. С мая 1891 по апрель 1892 года он проработал на этом предприятии. Этот период Илья вспоминал позже как один из самых неприятных в своей жизни, связанный с лишениями и нищенской зарплатой. Затем отец, не желавший для сына участи рабочего, забрал его с фабрики и устроил учеником в аптекарский магазин. Девять месяцев Илья выполнял преимущественно работы по дому у фармацевта. Уже в это время проявился его бунтарский характер. В один прекрасный момент он отказался идти на базар с женой хозяина и вынужден был оставить обучение. Затем еще три года он прослужил приказчиком в фаянсовом, бакалейном и кожевенном магазинах[721]. Как он признавал впоследствии, «жизнь приказчика была решительно не по мне»[722].

В 15-летнем возрасте Илья освоил столярное ремесло. Выбор профессии был обусловлен желанием зарабатывать на жизнь своим трудом, добиться личной независимости. Кроме того, как отмечал Гейцман в автобиографии, это был бунт против родителей, не желавших, чтобы дети посвятили свою жизнь грубой физической работе[723]. С весны 1896 года он обеспечивает себя, работая столяром — сначала как самостоятельный ремесленник, затем как рабочий в мастерских[724].

События июня 1897 года положили начало политической биографии Гейцмана. Он становится организатором стихийной экономической забастовки столяров Двинска и за свою деятельность более недели проводит в тюрьме[725]. После освобождения из заключения Илья знакомится с членами Бунда и вскоре вступает в эту организацию[726]. Социалистическая среда дала Гейцману ощущение новой жизни, яркой, полной впечатлений, вырывавшей его из полосы обыденности:

Я быстро акклиматизировался в новой идее, последняя была мне по плечу. В первое время мне все нравилось в социалистическом движении: и общественность, и разговоры, и пирушки, риск, связанный с подпольными собраниями, наконец, широта замысла социалистического плана переустройства общества. Я набросился на новые книжечки, неслыханные в мире книжечки, глотал их целыми связками, изучал их почти наизусть[727].

Вскоре Гейцман становится одним из наиболее ярких активистов движения. Среди бундовцев он действовал под кличкой Пинке. В 1897 году Илья руководит бундовской организацией на пуговичной фабрике Штейна, затем — профсоюзом (цехом) мясников в Вильно[728]. В 1897–1901 годах он вел пропаганду и организовывал кружки среди рабочих в Белостоке, Бердичеве, Бобруйске, Брест-Литовске, Варшаве, Вильно, Витебске, Гомеле, Гродно, Двинске, Житомире, Киеве, Ковно, Минске, Нежине, Новозыбкове, Режице и Сувалках[729]. В 1898 и 1900 годах Гейцман был несколько раз арестован за участие в первомайских демонстрациях рабочих в Вильно и Варшаве, но освобожден, поскольку «следы организации не обнаружились»[730].

В конце 1900 года его призвали в армию. В воинской части в Ковно он вступил в подпольный кружок социалистов и развернул пропагандистскую работу, издавал и распространял революционные прокламации. Вскоре Гейцман был арестован, но сбежал с гарнизонной гауптвахты. Через две недели был схвачен в Вильно, но снова бежал, спустившись по веревке с четвертого этажа[731].

Зимой 1901 года Гейцман был вынужден выехать за границу. Первоначально проживал в Лондоне, вел работу в британских тред-юнионах, входил в профсоюз столяров[732]. Желая как можно успешнее дискутировать с оппонентами, он начал изучать анархистскую литературу, но прочитанные книги привели к обратному результату. Он все больше и больше проникался симпатией к анархизму. В 1924 году он вспоминал:

Первая книга, которую открыл по анархизму, была «Записки революционера» Кропоткина[733]. Книга произвела громадное впечатление. Бундовская брошюрочная литература побледнела, стушевалась перед революционной эпопеей названной книги. По прочтении последней я решил прочесть все, что есть Кропоткина. Прочел «Хлеб и Воля», «Речи бунтовщика», «Анархия, ее философия и ее идеалы». <…> Маркс[734], Каутский[735], Плеханов[736] с одной стороны, были слишком научны и сухи, с другой стороны — разные дешевые изложения в бундовских брошюрках убили их, если так можно выразиться. Анархисты имеют свою манеру, свой стиль писать. Стиль волнующий, подкупающий, особенно молодых людей. Недаром Кропоткин пишет к молодому поколению[737].

В сентябре 1902 года в Лондоне Гейцман начинает сотрудничать с одной из еврейских анархистских групп[738]. В 1903–1904 годах он участвует в публичных дискуссиях анархистов с Лениным, лидерами эсеров Е. К. Брешко-Брешковской[739] и Н. В. Чайковским[740].

В марте 1904 года Гейцман переезжает в Париж. Здесь в течение девяти месяцев вместе с анархистами В. В. Глазовым, Моревым, Н. И. Рогдаевым[741] и Сабуровой, при поддержке В. Л. Бурцева[742], он участвует в подготовке покушения на министра внутренних дел России В. К. Плеве[743]. Но вскоре Плеве погиб от руки эсера Е. С. Сазонова[744], группа была распущена и Гейцман вернулся в Лондон[745].

Начало революции в России побудило Гейцмана к возвращению на родину. В конце января 1905 года после пересечения границы он был арестован, разоблачен как дезертир и отправлен в полк, из которого бежал. Илья вновь совершает побег, уходит в подполье, ведет пропаганду среди рабочих, выступает на митингах и вскоре организует в Ковно и Янове группы анархистов-коммунистов[746]. Среди российских анархистов в это время он был известен под кличкой «Хаим Лондонский»[747].

В России Илья Моисеевич примкнул к анархистам-коммунистам «хлебовольцам» — наиболее ортодоксальным последователям П. А. Кропоткина, выступавшим за организацию массового рабочего движения под анархистскими лозунгами, создание анархистских профсоюзов. До 1907 года он работал над созданием кружков и организаций «хлебовольцев» в Белостоке, Бердичеве, Вильно, Гродно, Двинске, Житомире, Киеве, Ковно, Минске, Нежине, Янове. Некоторое время вел подпольную работу и в Москве[748]. Осенью 1905 года Гейцман провел конференцию групп анархистов-коммунистов «хлебовольцев» Северо-Западного края. По одним данным, местом ее проведения был Вильно. Но один из основателей Минской группы анархистов-коммунистов Яков Соломонов утверждает, что конференция с участием представителей виленских и минских анархистов, на которой обсуждались организационные вопросы, прошла в Сморгони[749].