К заветной цели - Наталья Ивановна Бетёва Страница 19

Да, он так решил. Начались трудные, полные напряжения и волнений дни. Ему не хватало восьми рабочих часов. В круговороте будничных дел не приходил иногда обедать, забывал даже о папиросах. Теперь уже не сомнения «быть или не быть» комплексной бригаде одолевали его, а заботы, повседневные заботы ложились на плечи: как лучше расставить людей, как укрепить дисциплину, как поднять качество работы, как сплотить коллектив, как развернуть соревнование. Тогда-то и привык он делать заметки в своей «хитрой книжке», как Федор Кузьмич называет записную книжечку, с которой никогда не расстается. В нее записывается план на месяц. В ней делаются расчеты, как должна ежедневно трудиться бригада, чтобы были выполнены взятые обязательства. Валявин решил разбить бригаду на три звена, закрепить каждый этаж за определенными людьми: два штукатура и два маляра. Исчезла обезличка. Когда человек знает, что за брак с него спросят его же товарищи, он постарается работать так, чтобы брака не было.

Дела пошли в гору, бригаду ставили в пример, а в 1959 году ей присвоили звание коллектива коммунистического труда.

О многих членах бригады я уже сказала. В числе лучших также Зина Барышева — депутат районного Совета, Галя Кутылова — комсорг бригады. Столяра коммуниста Сергея Трушкина выдвинули на ответственную работу — мастером, штукатур Виктор Стекольщиков сам возглавляет теперь бригаду. Старательно работают Алексей Алпатов, Тоня Кирпичева. Да разве всех перечислишь!

Год спустя Федору Кузьмичу посчастливилось присутствовать на совещании ударников и членов бригад коммунистического труда в Москве. Вернулся окрыленный, с новыми мыслями и планами.

Много полезного родилось в бригаде Ф. Валявина. Это она первой стала бороться за отличное качество работ, она первой выступила с призывом — крепить содружество, взаимопомощь бригад, она вслед за бригадой Спирина перешла на метод строительства с гарантийным паспортом. Словом, своей дружной работой, стремлением к новому, спаянностью бригада отвечает тому высокому имени, которое носит, — имени XXII съезда партии.

Главное обязательство бригады: выполнить семилетку за пять лет. Производительность труда здесь устойчивая. Два месяца бригада работает уже в счет 1964 года.

И как-то повелось в «Жилстрое» № 2: если принят на работу человек, свернувший с правильного пути, его лучше всего отправить «на воспитание» в бригаду Валявина. Во всех таких случаях коллектив бригады оказывал положительное влияние, человек избавлялся от недостатков, становился вровень с другими. Во всех случаях, за исключением, пожалуй, одного. Произошел он совсем недавно.

Случай этот заставил переживать и бригадира, и профорга, и комсомольцев. С год назад приняли в бригаду плотника. В прошлом имел судимость за воровство, особой дисциплиной не отличался. Отнеслись к парню лучше не надо, и он вроде бы вел себя прилично, правда, иногда выпивал. Однажды, напившись, повредил позвоночник. Ходили к нему в больницу, заботились. А он только вышел на работу — совершил хулиганский поступок, да еще оклеветал бригаду — написал руководству «Жилстроя» письмо, в котором обвинял членов бригады в семи смертных грехах.

Упала тень на бригаду, только она от этого хуже не стала. И воспитателем бригада может быть в полном смысле этого слова. Вот и сейчас весь коллектив чувствует ответственность за Колю Токарева. Как он появился в бригаде? А вот как.

Работает на участке сторожем пожилая женщина — «тетя Надя», как здесь ее все зовут. Как-то пожаловалась она табельщице Анне Петровне Воронкиной.

— Ума не приложу, что делать с сыном. Бездельничает, нас с отцом не слушает. 17 лет парню, а работать не заставишь.

«К кому обратиться? — подумала Анна Петровна. — Попрошу-ка Федора взять парня в свою бригаду».

Конечно, Валявин не отказал. На другой же день вместе с Анной Петровной поехали к Токаревым домой. Было часов 10 утра. Дверь открыла мать. Николай, оказывается, еще не вставал. Сначала и разговаривать не хотел — только бурчал что-то. Подняли его с постели: оделся, вышел, понемногу разговорился. Федор Кузьмич не стыдил, нет! Он рассказал о себе, как сам начинал работать. Говорил просто, задушевно.

— Нет, друг, без труда у нас не проживешь. Ты и сам это поймешь, как только втянешься в работу… Кем бы ты хотел быть? — как о чем-то решенном спросил он вдруг.

— Плотником бы, пожалуй, — неуверенно отозвался Николай.

На том и договорились. Прикрепили к хорошему плотнику Саше Юрьеву. Недавно Николай принес домой первую получку. Работать старается, исполнительный, расторопный.

Мне надо писать о Федоре Валявине, а рассказ все время идет о бригаде. Впрочем, иначе о Валявине и не расскажешь. И все, что происходит в бригаде, происходит при его участии, он всегда и во всем впереди. И просто, по-человечески у него можно перенять много хорошего, его советом, его мнением здесь дорожат, идет ли речь о работе или о семейных, житейских делах.

К сухому, нелюдимому человеку не придет девушка с просьбой «посмотреть» ее жениха.

— Знаю-то я его давно, да все-таки хочу, чтобы вы свое мнение сказали, Федор Кузьмич, — смущаясь, говорит молодая работница.

В такой просьбе не откажешь, хотя можно ли быть советчиком в таком деликатном деле. И все-таки договорились сходить все вместе в кино. Мнение сложилось в пользу жениха. Вскоре и свадьбу сыграли.

Купил парень новое пальто — идет домой к Федору Кузьмичу спросить, ладную ли сделал покупку.

Муж начал выпивать, грубо обошелся с женой, — она за помощью к Федору Кузьмичу. Тот беседует с супругами, разбирается. И жизнь у них, глядишь, налаживается…

Обо всем этом я узнала, конечно, не от самого Федора Кузьмича (он своих заслуг в этом не видит), а от членов бригады.

Вот, скажут, какая бригада идеальная… А ведь в действительности не все у них без сучка, без задоринки, есть свои недостатки.

Да, есть.

Недавно Федор Кузьмич уехал в Москву на съезд научно-технического общества — он член президиума. Возвращался переполненный впечатлениями. На съезде узнал много интересного. Побывал во Дворце съездов. Для каждого советского человека побывать там — счастье, а строителю интересно и с профессиональной точки зрения посмотреть, как построено. Построено — на совесть, современно, красиво, на века. Дорогой, о чем бы ни думал, возвращался мыслями к качеству строительства. Валявин — член созданной при парткоме треста комиссии контроля за качеством строительства, и его эти вопросы особенно волнуют. В своей бригаде он все время следит, чтобы работы велись добротно. Но по возвращении Федора Кузьмича ждало огорчение: без него были допущены кое-какие недоделки, не делающие чести бригаде.

— Конечно, сами виноваты, без бригадира «слабинку» почувствовали, — признают маляры.

Для Валявина это было настоящим «ЧП», он поднял на ноги всю бригаду, брак предотвратили. Всем коллективом решили: подобных случаев впредь не допускать.

Отделочные работы — последние, по