К заветной цели - Наталья Ивановна Бетёва

К заветной цели

ПРЕДИСЛОВИЕ

В Программе КПСС, принятой XXII съездом партий, перед советским народом поставлена великая цель — в течение двух десятилетий в основном построить коммунистическое общество в нашей стране. Ленинская партия торжественно провозгласила: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме. А коммунизм создается только самоотверженным высокопроизводительным трудом миллионов.

«Важную роль в борьбе за высшую производительность труда играет замечательное движение нашего времени — движение за коммунистический труд, — указывал Никита Сергеевич Хрущев на XIV съезде комсомола. — Это подлинная школа трудового героизма, воспитания нового человека, коммунистических отношений между людьми».

Высокие требования морального кодекса строителя коммунизма — добросовестный труд на благо общества, забота каждого о сохранении и умножении общественного достояния, сознание общественного долга, коллективизм и товарищеская взаимопомощь — стали нормой поведения многих советских людей и, прежде всего, ударников и членов коллективов коммунистического труда. «Каждый за всех, все за одного», «Человек человеку — друг, товарищ и брат» — эти замечательные принципы нашей морали выкристаллизовываются у разведчиков будущего в незыблемые жизненные правила.

Именно о таких людях и рассказывается в этом сборнике. Магнитогорский сталевар Павел Федяев и инженер Саткинского завода «Магнезит» Тамара Борисова, бригадир карабашских горняков Кадым Шайхлисламов и челябинский строитель Федор Валявин, загрузчик Уфалейского никелевого завода Степан Марков и златоустовский железнодорожник Василий Чермышенцев — все, о ком написаны помещенные здесь очерки, по праву зовутся на Южном Урале маяками. И глубокое уважение земляков они снискали не только своим мастерством, золотыми руками, технический сметкой. Главное богатство каждого из них — коммунистическая сознательность, духовная красота, возвышающая человека. Умелые производственники, они вместе с тем заботливые воспитатели. Свои знания, навыки, опыт эти люди изо дня в день передают товарищам по работе. Душевная щедрость, чуткость, скромность — вот то общее, что сближает разных по складу ума и характеру умельцев-новаторов.

Предлагаемые читателю очерки повествуют о немногих. Но эти немногие — представители большой армии пионеров будущего, которая продолжает расти день ото дня. Только в нашей Челябинской области насчитывается более 483 тысяч участников соревнования за коммунистический труд. 30 тысяч человек завоевали почетное звание ударника, а 4100 бригадам, участкам, цехам и предприятиям присвоено звание коллективов коммунистического труда.

Состоявшийся весной 1962 года в Челябинске третий областной слет разведчиков будущего обратился к комсомольцам и молодежи, ко всем трудящимся области с горячим призывом — вовлекать в это движение все новые сотни страстных борцов за коммунизм, развернуть боевое соревнование за неуклонный рост производительности труда, за досрочное выполнение плана 1962 года, за создание материально-технической базы коммунизма.

Сборник рассказывает о тех, по кому надо равняться в этом соревновании.

Н. Бетева

СВОЯ АНГАРА

За окном — февральская мгла. Через толстое стекло неяркие огни едва проступают, очертания трехэтажных домов лишь угадываются. Все уже давно сделано. Танюшка сладко посапывает в соседней комнате, угомонилась и Оленька, а Володи все нет. Галка напряженно всматривается в темную вечернюю улицу, прислушивается к звукам на лестнице. Кажется, скрипнула дверь. Точно — по лестнице кто-то поднимается. Шаги тяжелые. Так может идти только очень усталый человек. Володя! Она срывается с места и, прежде чем успевает добежать до порога, останавливается. Хлопнула дверь. Нет, это не Володя…

Третьи сутки Володя ночует в котельной. Галка снова у окна, снова всматривается в пустынную улицу. В ту самую улицу, на месте которой они когда-то разбили палатки.

…Давно это было. Жили в кубанской станице, где весной дурманит голову буйное цветение садов. Летом по воскресеньям ездили купаться — море плескалось недалеко, километров за сорок. Володя тогда работал в колхозе, она кончала десятый. А вечерами собирались большой компанией и спорили, спорили, спорили. Словно со стороны она видит сейчас тонкую, высокую девчонку с длинной пшеничной косой, горячо утверждавшую:

— Жизнь надо начинать сначала — не в отцовской хате. Только так можно найти счастье!

На восток собирались ехать многие. Но как-то так случилось, что из класса она отправилась одна. Впрочем, нет: вместе с ней комсомольскую путевку вручили Володе Шквыре. Шла осень пятьдесят шестого года. Володе исполнилось восемнадцать лет, Гале — двадцать.

Нет, они не застали, как мечталось, открытой ветрам степи или необжитого уральского леса. Правда, парней поселили в палатки, но девчатам дали вполне благоустроенные комнаты. Все здесь восхищало, все казалось замечательным: и то, что окруженная веселыми березками станция называлась Клубника, и то, что их встречали с оркестром.

К этому времени были уже заложены фундаменты, шел монтаж первой и второй печей.

Володя попал на монтажный участок, Галя — в бригаду каменщиков.

Жилье, полигон, труба, шиферный завод… Разве вспомнишь, что сделано, и разве забудешь все это! И усталость, когда стонет каждая косточка, и презрение, нет, скорее жалость к тем, кто не выдержал и уехал домой, и заполняющую все существо радость: первый эшелон с завода отправлен! И тот вечер, когда решили с Володей пожениться…

…Комитет комсомола создавали зимой, когда за окном слегка вьюжило. Володя прибегал домой очень поздно и, блестя глазами, кричал с порога:

— Собирайся — пойдем по общежитиям. Слышал: тикать ребята собираются.

И они шли. Все знали, что не к теще на блины едут, но все-таки кое-кто не выдерживал. Володя косился на чемоданы в углу комнаты и возмущался:

— Ты что, на гастроли сюда ехал? В туристическую поездку?

Чаще всего чемоданы тихо водворялись на законное место — под кровать. Он был комсоргом к тому времени, ее неугомонный Володька. Неистово собирал металлолом, как будто каждая железяка, валявшаяся на дороге, — его личный враг. Сажал деревья: «Увидишь, здесь скоро не хуже будет, чем в вашей станице!».

…Галя смотрит на часы. Минуло двенадцать: больше ждать нет смысла. Сегодня он не придет домой, как не пришел вчера и позавчера. Во сне что-то забормотала, зачмокала губами Оленька, милая тараторка с крохотными торчащими косичками.

Не первый раз им приходится ждать папу. Ждать из Темир-Тау, со стана «2700» в Ново-Троицке. Ждать на воскресенье из Челябинска, где он монтировал пятую комсомольскую домну. Первая очередь цементного завода в Еманжелинске была сдана, и Володю, к тому времени бригадира, командировали на другие стройки. Подчас Гале начинало казаться, что все грандиозные стройки в стране стремятся попасть в Володину биографию. Ездить с ним не могла: слишком мала была Ольга.

Галя в последний раз подходит к окну — сплошная, густая тьма.

…В котельной — яркий свет прожектора. Монтаж не прекращается ни на минуту: через несколько часов первый котел