В семье Эрнста Тельмана - Евгения Александровна Сатулла Страница 16

С искренней радостью встречали меня советские офицеры и их жены. Они преподносили мне роскошные букеты цветов и приглашали в гости, как самого дорогого и близкого человека.

После премьеры первой части фильма об Эрнсте Тельмане к Розе Тельман зашел домой артист Гюнтер Симон. Она подарила ему фотокарточку мужа и сказала:

— Надеюсь, что вы тоже будете членом нашей партии.

Готовясь к съемке второй части фильма, Гюнтер Симон стал много читать о жизни и деятельности вождя компартии Германии, беседовал со старыми рабочими и товарищами Эрнста Тельмана по подпольной работе, лично знавшими его.

Все это помогло артисту глубже понять создаваемый им образ. И когда Роза Тельман смотрела уже вторую часть фильма, то воскликнула:

— Да! Да! Так все это было!..

Позже сам Гюнтер Симон рассказывал Розе Тельман, что писатель Вилли Бредель в самом начале его работы над ролью сказал:

— Как вы можете играть роль Эрнста Тельмана, ничего не зная о его работе, о его партии? Вы интеллигентный человек и понимаете, что надо глубоко изучить то, о чем вы хотите поведать миру.

И когда через некоторое время они вновь встретились, то Гюнтер Симон был уже кандидатом в члены Социалистической единой партии Германии и мог с уверенностью сказать:

— Да, вы были правы!

* * *

За благородную деятельность в пользу мира Роза Тельман была награждена орденом Карла Маркса. Она — член президиума Комитета антифашистских борцов, член правления Демократического союза женщин Германии, почетный президент пионерской организации.

Много разъезжала опа не только по своей стране, но побывала в Польше, Румынии, Чехословакии, Болгарии, и повсюду звучали ее гневные слова:

— Мы не можем безучастно смотреть, как западногерманский бундесвер стремится к обладанию атомным оружием. Реваншисты вновь кричат о походе на Восток и пересмотре границ, открыто угрожают нашему мирному созидательному труду.

Мы не можем молчать, когда бывший «лагерный врач» Герта Оберхойзер, проводившая бесчеловечные опыты над девушками и женщинами и варварски умертвлявшая свои жертвы, ныне разгуливает на свободе под защитой боннского правительства.

Мы не можем молчать, когда нацистские судьи, отправившие на эшафот тысячи мужчин и женщин, снова вершат свое черное дело в западногерманских судах, преследуя борцов за мир.

Роза Тельман ездила в Западную Германию, в город Мюнхен, на собрание антифашистов, сидевших в концлагерях. Боннское правительство вынуждено было разрешить это собрание, хотя сотни агентов следили за его участниками.

Когда она возвращалась домой, то ее в дороге задержали и обыскали, перерыв все вещи в чемодане.

«Что они у меня искали, неизвестно, — говорила друзьям фрау Роза. — Но у меня было такое чувство, будто я снова нахожусь в гитлеровской Германии».

Искренний друг Советского Союза, она часто выступала в воинских частях перед советскими солдатами и офицерами.

Офицер советских войск в Германии писал:

«На всю жизнь запомнится нам тот день, когда мы, советские солдаты и офицеры, незадолго до празднования сорок второй годовщины Советской Армии и четвертой годовщины Национальной народной армии Германской Демократической Республики встретились с ветеранами немецкого рабочего движения, в том числе и с Розой Тельман. Это была демонстрация незабываемой дружбы между советским народом и трудящимися ГДР».

* * *

Когда Розу Тельман избрали депутатом Народной палаты, перед, ней открылось новое поле деятельности, возникли новые задачи и обязанности, требующие большого опыта, силы и знаний.

Предприятия, школы, детские дома и пионерские лагеря назывались в честь Эрнста Тельмана его именем. И повсюду приглашали его верную подругу, чтобы от нее услышать рассказ о мужественной, полной борьбы жизни вождя компартии Германии.

На предприятиях, в сельскохозяйственных кооперативах, в школах и университетах, на фабриках и заводах — повсюду звучал сильный голос Розы Тельман. Уже в пожилом возрасте сна упорно и настойчиво работала над собой.

Как-то, выступая в своем родном городе Гамбурге перед большой аудиторией, она сказала:

— Сегодня я приехала из Германской Демократической Республики, где претворено в жизнь то, для чего жил Эрнст Тельман и за что боролись миллионы немцев.

Не раз она после войны посещала Советский Союз, где лечилась от тяжелой болезни. Встречи с советскими людьми были особенно радостными для Розы Тельман. Она не забывала, что советские женщины помогали ей в трудные дни в концлагере и упорно разыскивала тех, кого знала лично, интересовалась их судьбой.

С некоторыми она вела переписку. На ее имя в Берлин приходили письма из разных стран и городов, и она всегда охотно отвечала своим далеким корреспондентам.

* * *

Розе Тельман захотелось узнать о судьбе переводчицы Дуси, которая прожила в ее семье более года. Они вместе ездили по различным городам, и Дуся помогала общаться с советскими людьми, была лучшим другом, с которым делились и горе, и радость.

Когда фрау Розу и Ирму пригласили в Москву, Дуся приехала вместе с ними. Но пришло время расстаться.

Дуся поехала домой, в колхоз на Полтавщине, где жила ее семья, а Роза Тельман с дочерью уехала на юг лечиться.

Долго потом вспоминались встречи в Москве с Димитровым, которого они посещали на даче, и с М. И. Калининым, принимавшим их в Кремле.

Навсегда остались в памяти и гостеприимная советская столица, и ее чудесные люди, теплый, солнечный Крым, где лечились в санатории, и синее море, на берегу которого так хорошо было отдыхать, слушая шум прибоя и глядя на огромные волны, рассыпающиеся серебристыми брызгами.

Возвращалось здоровье и вместе с ним радость жизни. Кошмарным сном казалось пережитое в годы фашистского господства, особенно страшные мучения в концлагере.

Прошли годы.

Но память сердца сохранила образ молодой девушки — советской переводчицы, хотя фамилия ее забылась.

Роза Тельман написала письмо в «Комсомольскую правду», приложив карточку, где сфотографированы она, Ирма, Дуся и первый комендант Фюрстенберга — капитан Макаров, так много помогавший ей в первые дни после освобождения.

И Дуся откликнулась.

Прочитав статью в газете и увидев знакомую фотографию, сельская учительница Евдокия Ивановна Киричук от радости заплакала, прижав к сердцу газету.

Нелегко сложилась ее судьба. Выйдя замуж, она приехала с мужем в Западную Украину, где после войны бендеровцы терроризировали советских людей.

Вскоре убили ее мужа. Оставшись одна с маленьким сыном, Дуся поехала учительствовать в село Кутянку.

Через несколько лет она снова вышла замуж, и семья увеличилась — сейчас у нее трое детей.

Из Кутянки полетело в Берлин радостное, сердечное письмо Розе Тельман. И вскоре пришел ответ:

«Моя дорогая Дуся с семьей!

Твое письмо принесло