В семье Эрнста Тельмана - Евгения Александровна Сатулла Страница 15

Вокруг памятника тянулся глубокий рой, также наполненный серым песком. Взяла горсть этого песка и с удивлением рассматривала его. Оказалось, что это... человеческий пепел. В глубокой нише внутри памятника офицеры обнаружили небольшие урны с таким же пеплом. Как выяснили позже, эсесовцы делали свой бизнес и на человеческом горе: сообщая родным о смерти какого-либо заключенного антифашиста, они продавали им урну, наполненную пеплом из крематория.

Подъехали к Бухенвальду.

Вот они, эти зловещие красно-кирпичные печи с высокими трубами, врезывающимися в небо. День и ночь дымились эти трубы, сжигая заключенных, отравляя ядовитым удушьем окрестный воздух вокруг Веймара.

Бухенвальд...

Одно это название заставляло трепетать человеческое сердце. На железных воротах концлагеря, обнесенного колючей проволокой с пропущенным электрическим током, издевательская надпись: «Каждому — свое». Справа — гранитная пещера, окруженная глубоким рвом. Это — грот «Белых медведей», специально построенный для гнусных развлечений жены коменданта концлагеря — Ильзы Кох. О ней рассказывали страшные истории, которые нельзя слушать без содрогания.

После войны в Бухенвальде сидели заключенные фашисты, а комендантом был советский полковник. Он рассказал нам:

— Здесь, в Бухенвальде, свирепствовала садистка — рыжая Ильза, жена коменданта Коха. Она любила кровавые сцены и не могла сесть за стол завтракать, пока не застрелит из своего маленького браунинга несколько человек военнопленных. Выйдя на балкон, она выбирала самых молодых, служивших ей живой мишенью, и целилась прямо в сердце.

Вечерами Ильза Кох приходила к гроту «Белых медведей» и садилась за столик. Тут уже сидели эсесовцы, пили пиво, вино, весело смеялись, слушали музыку. А рыжая Ильза с нетерпением ожидала, когда приведут молодых заключенных, чаще всего советских комсомольцев, и бросят их в грот на съедение белым медведям. Тут начиналась кровавая забава для садистки.

Медведи с ревом набрасывались на юношей, разрывая их на части, и вода в глубоком рве окрашивалась кровью...

С диким наслаждением, выпучив свои безумные глаза, Ильза Кох следила за человеческой трагедией.

Потом переходила к змеиной пещере, куда пригоняли обреченных на ужасную смерть детей. Как упивалась фашистка видом их мучений, когда огромный удав обвивался вокруг детского тельца страшным кольцом...

Но вскоре ей и это надоедало, она искала все новых и новых жутких развлечений. Заметив на груди или на руках узника татуировку, приказывала его немедленно убить и изготовить из человеческой кожи абажуры, сумочки, перчатки.

Много вещей из человеческой кожи было в ее квартире. Она окружила себя страшными изделиями, на ее письменном столе стоял череп, служивший ей чернильным прибором.

— А где все эти вещи? — спросили мы коменданта.

— Их забрали американцы, чтобы продемонстрировать во время судебного процесса в Дахау, когда судили группу эсесовцев, в том числе и Ильзу Кох. А вот посмотрите на этот выключатель, он сделан из человеческих ногтей, — сказал комендант.

Содрогаясь от ужаса, мы подошли к выключателю и осмотрели эту страшную вещь.

— Какой же приговор вынесли этой садистке?

— Международный суд в Дахау Ильзу Кох приговорил к пожизненному заключению. Но потом американцы смягчили ее участь и ограничились всего четырьмя годами, включая и время, проведенное в тюрьме. Но и в тюрьме она не скучала: ее навещали иностранные корреспонденты и просили интервью о кровавых забавах В Америке любят сенсации, и вскоре Ильза Кох стала самой знаменитой героиней комиксов.

Мы осмотрели манеж, построенный для прихотей садистки. Там нашли себе смерть тысячи заключенных: их ставили на колени полукругом вдоль всего манежа, а жена коменданта гарцевала па белой лошади, стреляя на ходу в голову каждому пленнику.

А вот и «хитрый домик», где убивали преимущественно советских офицеров. Он устроен как медпункт для осмотра врачами. Когда же раздетый офицер становился на возвышение будто бы для измерения роста, ему стреляли в затылок через специальное отверстие в степе. Кровь стекала через желобок в яму...

— Сколько же здесь погибло людей?!.

— По подсчетам, далеко не полным еще, в Бухенвальде погибла пятьдесят одна тысяча человек, в живых из пленников осталось немного. Здесь нашел свою смерть и Эрнст Тельман. Его убили здесь и сожгли в одной из печей крематория, — закончил полковник свой рассказ, прощаясь с нами.

Потрясенные всем виденным и услышанным, мы уехали. Проезжая чудесным буковым лесом, через который шла асфальтовая дорога, каждый думал о мужестве людей, сидевших там, за колючей проволокой.

Герои Бухенвальда сами освободили себя: незадолго до прибытия американских войск в Веймар заключенные подняли восстание, перебили стражу из вооруженных эсесовцев и стали свободными. Сколько же надо было стойкости, мужества, чтобы изнуренные голодом, замученные пытками люди в таких нечеловеческих условиях победили...

Помогла в этом международная солидарность заключенных из разных стран — участников подпольной организации, руководимой советскими офицерами.

Из Бухенвальда ехали молча. Не могли говорить после всего виденного.

Лес шумел... Легкий ветерок шевелил листья на столетних буковых деревьях, перебирая их. как струны.

— А где же знаменитый «дуб Гёте»? — спросила я.

— Осквернили его гитлеровцы: на нем вешали тех, кто пытался бежать из концлагеря и был пойман, — сказал один из офицеров.

На всю жизнь запомнилась эта поездка...

* * *

В Германской Демократической Республике расцвела новая жизнь. Встают из руин города. Застраиваются новые кварталы, восстанавливаются фабрики и заводы, которые теперь принадлежат немецкому народу.

Крестьяне, объединившиеся в сельскохозяйственные производственные кооперативы, обрабатывают земли, принадлежавшие раньше могущественным юнкерам и помещикам.

Новые люди, воспитанные на идеях Маркса, Энгельса, Ленина, Либкнехта, пришли на смену фашистским молодчикам с их человеконенавистнической идеей разрушения, уничтожения, смерти.

Дело Эрнста Тельмана, его идеалы и мечты осуществляются в Германской Демократической Республике.

Активно участвовала в строительстве новой жизни в своей стране его верная подруга — Роза Тельман. Несмотря на пожилой возраст, она была полна энергии и сил, бодра и деятельна.

Неутомимо разъезжала она по стране, выступая перед народом, рассказывая о замечательной жизни и борьбе своего незабвенного мужа, верного друга на жизненном пути.

С какой любовью встречали ее повсюду!

Когда в ГДР готовились к съемке художественно-документального кинофильма «Эрнст Тельман — вождь своего класса», Роза Тельман вместе с режиссером Куртом Маэтцигом и исполнителем роли Эрнста Тельмана, лауреатом Национальной премии артистом Гюнтером Симоном, а также и с другими артистами совершила поездки по многим городам Германии.

Вот что она рассказывала об этом путешествии своим друзьям: «Мы встречались со многими ветеранами революционного движения в Германии — соратниками Эрнста Тельмана, и они со слезами на глазах вспоминали своего вождя».

Один старый рабочий в Вайзенфельде сказал: «Дорогой товарищ Роза Тельман! На этом самом месте в 1925 году мы с нашим дорогим Эрнстом Тельманом совершили триумфальное шествие через весь