Что такое Родина - Андрей Юрьевич Богдарин Страница 8

Коля перестал копать, сел на край ямы и задумался.

– Лучше вот как, – сказал он через пару минут, – мы будем не откапывать клад, а закапывать: напишем послание потомкам, положим какие-нибудь ценные вещи, и лет через триста археологи найдут этот клад и узнают о нас.

– Здо́рово, – сказал я, – а послание положим в чугунный горшок, у меня есть один на примете.

– Почему в чугунный?

– Потому что он и триста, и четыреста лет пролежит и не заржавеет.

– А писать будем на бересте, – предложил Коля.

– А на ней удобно писать?

– Посмотрим.

Мы сняли с упавшей берёзы большой кусок бересты, взяли на старой кухне, где раньше на дровяных плитах отдыхающие готовили еду, припрятанный мной когда-то зачем-то чугунок с крышкой и уселись в беседке сочинять послание. Решили сначала писать на бумажке, чтобы не портить бересту.

Я написал: «Я – пионер, живу в СССР», – а рядом нарисовал человечка с галстуком, около галстука написал «красный галстук» и провёл стрелочку от слов «красный галстук» к галстуку. Потом достал из кармана пятачок, положил на него листок, как раз на ту сторону, где был герб СССР, и стал аккуратно водить карандашом по бумаге – вскоре на листочке появилась настоящая копия советского герба. «Пятачок положу в чугунок», – подумал я и поглядел, что пишет Коля.

Коля написал: «Я – землянин», – и нарисовал Землю и Луну, а на кружочке с подписью «Земля» – большой многоугольник с пятиконечной звездой в левой части. Около звезды было написано «Москва», на самом многоугольнике – «СССР», а рядом с Землёй и Луной была нарисована ракета и написано «Восток, Гагарин».

– Вот что интересно, – сказал я, – в Швеции живут шведы, в Дании – датчане, в Англии – англичане, во Франции – французы, а кто живёт в СССР? Эсэсэсэрцы, что ли? Как написать: «Мы, эсэсэсэрцы, шлём вам привет»?

– Напиши: «Мы, советские граждане, шлём вам привет», – сказал Коля.

– И всё-таки какой-то аналог слов: швед, англичанин, француз – у нас должен быть? – продолжал рассуждать я, – например, в Армении и Узбекистане, которые входят в СССР, живут армяне и узбеки…

– А… вон ты о чём, – кивнул Коля, – пиши: «Мы, русские, шлём вам привет».

– Вот именно, что «русские», – сказал я. – Швед, англичанин, армянин – имена существительные, а «русский» – имя прилагательное; русский учёный, русский человек – это понятно, а национальность русский – это непонятно.

– Действительно, – сказал Коля, – отец недавно был на конференции и показывал фотографии. Он говорил: «Это – англичанин, это – два американца, это – датчанин, а наших здесь – я да белорус из Минска».

– Как он сказал про наших?

– Я да белорус из Минска…

– Слышишь: белорус из Минска. Он же не сказал белорусский из Минска, он сказал белорус… А ведь белорус – это тот же русский, только из Белоруссии… Может, и нас правильнее называть русы или как-то так?

Коля посмотрел на меня взглядом, в котором читался вопрос: «Ты сам-то понял, что сказал?» Мой взгляд красноречиво ответил: «Конечно, понял!»

Коля почесал затылок. Я взял карандаш и под своими рисунками написал:

«Русь → царская Россия → СССР». Около слова «Русь» написал IX век, а около «СССР» – XX век. Коля продолжал о чём-то думать, а я спросил:

– Ты знаешь, что было на Руси до IX века?

– В книжках пишут, что ничего не было, – очнувшись от размышлений, сказал Коля и написал ниже своих рисунков современными буквами: «Аз есьм школяр».

– Что это? – удивился я.

– Это на старославянском. Означает, что я – школьник.

– Только запутаешь потомков, – возразил я, – то на одном языке пишешь, то на другом. Ещё на немецком или английском напиши. И так в истории полно белых пятен и чёрных дыр, а ты новую путаницу вносишь – люди станут думать, что в XX веке говорили «Аз есьм».

– На немецком не буду, а вот рунами напишу, – сказал Коля и написал «ᚱᚢᛋᛁ».

– Что это? – спросил я.

– Это означает «ру́си», то есть русский; я видел в одной старой книжке, которую отец из Индии из командировки привёз, там и рунами написано, и на санскрите, и на хинди, и на английском…

– Постой, постой, – говорю я, – то есть индийцы наших предков называли «руси»?

– Они и нас сейчас так зовут. У них есть язык, санскрит называется, которому больше трёх тысяч лет, так в нём куча слов, похожих на наши слова, – Коля минуту смотрел на облака, а потом выдал, – тамас – это тьма; гири – это гора; ватар – ветер; вяк – говорить, вякать; прия – приятный; ади, два, три, чатур – один, два, три, четыре… Это всё, что я сейчас вспомнил, а так – много слов.

– Значит, они с нашими предками общались три тысячи лет назад? – округлив от удивления глаза, почти шёпотом сказал я. – Значит, наши предки жили три тысячи лет назад! Надо об этом написать туда, где учебники делают, – пусть переписывают: не может быть, чтобы на Руси до IX века никого не было. Не было, не было, а потом вдруг раз – кто-то появился и Русь создал. Из книжки твоей понятно, что индийцы знали «руси» гораздо раньше IX века, если слово такое использовали…

– С чего ты взял, что три тысячи лет назад знали? – не разделяя моего восторга, спросил Коля. – Они могли это слово и с IX века использовать. Хотя нет, не могли: на санскрите уже много сотен лет только священники и ученые-санскритологи разговаривают, а простые индийцы им не пользуются.

– Вот именно, – сказал я. – Слово «руси» специально для священников и учёных придумывать не стали бы. Значит, оно очень древнее.

– Может быть, слово и древнее, – ответил Коля тоном старого профессора, – а Русь всё равно создали шведы Рюрики.

При слове «шведы» я возмутился:

– Шведов тогда не было, были варяги…

– Ну хорошо, варяги Рюрики…

– Не перебивай. Три варяга со своей дружиной не могли создать государство: для государства должно быть много людей, должно быть население, на Руси уже города были, когда Рюриков позвали.

– Стоп, – сказал Коля, – мы сейчас снова к слонам и львам вернёмся, а нам послание надо сделать.

Я немного помолчал: было досадно, что Коля перебил мою пылкую речь и вообще что он знал про санскрит и руны, а мне ничего не говорил. Потом подумал: «Я тоже много знаю о рыбалке и ему мало об этом говорю – ведь он не спрашивает. Наверное, пока я не спрашивал, он и не знал, что мне это интересно, а как спросил – он мне сразу же рассказал». Прогнав досаду, я предложил:

– Давай под моим словом «Русь» напишем рунами «руси», под