Как гром среди ясного неба - Наоко Уодзуми Страница 6

* * *

Первая встреча Карин и Имаи-старшей произошла вчера поздним вечером, когда та, вернувшись с работы ближе к десяти часам, прошла в квартиру в официальном костюме, с сумкой и бумажным пакетом в руках.

– Извини, что опять так поздно. Я тебе сладенького купила, из твоей любимой кондитерской, – едва завидев «дочь» извинилась она, после чего выудила из пакета целый голубичный тарт и поставила его на стол в гостиной.

– Честно говоря, сейчас как-то вообще не до сладенького. Мне надо Вам кое-что сказать, – нетерпеливо ответила Карин. Этого момента она ждала весь день. – Я не Рико Имаи. Ну, то есть, я выгляжу как она, но я не она.

– М-м? – обернулась женщина, попутно стягивая пиджак. – Что ты сейчас сказала?

– Я не Рико Имаи, – уверенно повторила та. В ответ мама Имаи добродушно рассмеялась.

– Ах-ха! Рико, маленькая моя, ты что такое говоришь? Что случилось?

– Да говорю же, никакая я не «маленькая Рико»! Я только выгляжу так, а внутри все вообще по-другому.

– Хм-м, да, ты права, – кивнула Имаи-старшая. – Ты уже не маленькая. Как никак, восьмой класс…

– Да нет же! Блин, я, вообще-то, серьезные вещи тут пытаюсь говорить. Можете нормально выслушать?

Мама Имаи слегка нахмурилась.

– Хорошо, я поняла. Серьезные, значит серьезные. Ну, раз такое дело, у меня есть к тебе одна маленькая просьба.

– А?

– Эти «серьезные вещи» могут подождать до завтра? Очень тебя прошу. Я сегодня с самого рассвета на ногах – вымоталась ужасно, еще и голова трещит. Правда, доченька, прости меня. Просто, боюсь, даже если мы поговорим обо всем сейчас, я в твои «серьезные вещи» толком не вникну.

– Но как же…

– Извини, милая. Обещаю, завтра обязательно вернусь пораньше и очень внимательно тебя выслушаю, – чужая мама виновато опустила голову.

Уже в следующую минуту Имаи-старшая, не позволяя себе ни секунды передышки, принялась суетливо крутиться по всей квартире. Кухня, ванная комната, веранда, родительская спальня – по-видимому, перед сном ответственная женщина решила закончить различные домашние дела. Изредка она встречалась с Карин взглядом и ободряюще указывала на тарт, бросая на ходу: «Кушай, кушай».

Прошло какое-то время, прежде чем та наконец переоделась в пижаму.

– Еще раз прости меня, Рико. Я пойду спать. В душ уже с утра схожу, – в конце концов обратилась она к «дочери», а затем, словно сбегая с места преступления, торопливо скрылась в своей комнате.

Карин пребывала в растерянности – мать Рико Имаи оказалась полной противоположностью своей слегка неказистой дочке. Нет, безусловно, в их внешности прослеживались схожие черты (например, маленькие глаза и округлый нос), однако Имаи-старшая, как ни посмотри, была значительно миниатюрнее, стройнее и, вдобавок, одевалась в стильные, явно дорогие вещи.

Впрочем, сейчас размышлять об этом Карин не сильно хотелось.

Ну, раз уж эта меня слушать не стала, может, попробовать поговорить со своими предками? Хотя, блин, на дворе одиннадцатый час… Меня в квартиру-то впустят вообще?

Следующей идеей было: «А может вообще наведаться к Аяпон?». Вот только стоило вспомнить об истории с «Кагосимской Чернохрюшкой», как идти к подруге резко расхотелось. Виноватой она себя по-прежнему не считала. К тому же, сейчас девушка находилась в теле Рико. А уж Аяпон-то, пожалуй, в ее чудесную историю поверит даже меньше, чем родители.

Ну, походу, выбора у меня нет… Придется ждать завтрашнего вечера и поговорить с мамой Имаи.

Так, прогоняя по кругу ворох хаотичных мыслей, Карин незаметно для самой себя заснула.

* * *

И вот, сегодня Имаи-старшая с утра пораньше умчалась на работу. Стоило входной двери закрыться, девушка выползла из кровати и, переступая через по-прежнему разбросанные по полу чужой комнаты вещи, направилась в гостиную.

На столе были заботливо оставлены пачка молока (та самая, которую потом следовало убрать в холодильник), черный чай, нарезанные томаты, поджаренные сосиски и вчерашний голубичный тарт. Последний, что совершенно ошарашило Карин, вместо привычных кусочков-секторов был разрезан на две огромных половины.

Аппетит все никак не приходил. Заставив себя выпить хотя бы чай, девушка помыла кружку, а нетронутую еду, предварительно обернув ту пищевой пленкой, вместе с молоком отправила в холодильник.

Так, ну и что делать дальше?

Сходить в свою квартиру и попытаться вытащить оттуда наверняка сидящую сейчас в ее собственном теле одноклассницу? Выловить родителей и попытаться поговорить? Или, может, для начала попробовать прямо в таком виде сходить на учебу?

Решение Карин приняла моментально. Хотела стать Рико Имаи – вот и будь.

Короче, схожу-ка я в школу.

* * *

Вернувшись в комнату Имаи, девушка сняла с вешалки школьную форму. С первого взгляда стало ясно – юбка ужасно широка в талии. Попробовала надеть – длинная, не подрезанная, ну прямо по вступительным требованиям. Еще и ноги полнит.

Сходила в ванную, умылась, расчесала растрепавшиеся волосы. Вот только чем больше расчесывала, тем сильнее те походили на одуванчик. Попыталась вытянуть их феном, но быстро оставила эту затею – уж больно трудновыполнимой та оказалась.

«Хм-м, а ведь в шестом классе со мной училась девчонка прям с такими же волосами, – вдруг вспомнила школьница. – У нее они, правда, после летних каникул волшебным образом распрямились. Говорила, вроде, что в салоне какую-то процедуру сделала».

В конце концов приведя «себя» в более-менее божеский вид, Карин покинула квартиру.

Пешая прогулка до школы, обычно занимавшая около пятнадцати минут, на этот раз длилась в разы дольше. Тело было тяжелым. По ощущениям все это напоминало Карин ходьбу в толще воды: не будешь сознательно переставлять ноги – никуда не продвинешься.

И как только ей вчера удалось туда-сюда носиться по этажам в таком-то теле? Адреналин? Переизбыток эмоций? Шок? Да, пожалуй, что-то из этого.

К очкам девушка тоже не привыкла. Особенно ее волновал тот факт, что цветная оправа ограничивает поле зрения. С другой стороны, снимать очки тоже было плохой идеей – без них Рико Имаи едва ли видела дальше, чем на метр.

Наконец впереди показалось здание школы. Стоило Карин приблизиться, как сзади раздался знакомый голос.

– Доброе утречко!

Школьница машинально обернулась – Аяпон собственной персоной. Вот только поздоровалась та, похоже, вовсе не с Карин, а с идущей сразу позади нее Рэй. Поравнявшись, подруги плечом к плечу зашагали в сторону ворот. Карин остолбенела – одноклассницы понемногу приближались к ней. Сердце отчаянно заколотилось.